Другая жизнь Ромы Гончарова 6 - Поток Нейтрино
Когда наши дурные восторги малость улеглись, Жарков, давно привычный к неудержимой радости побеждающих студентов, пригласил на сцену остальные команды и передал слово жюри.
Первым микрофон взял Станислав Ракитин — тот самый актер и автор программы «Дежурный по городу» на «Первом экране». Пережидая визг и свист, он с вежливой, кажется, единственной в зале интеллигентной улыбкой вальяжно поднялся, и зрители сразу притушили энергетику, придавленные авторитетом судьи.
— Поздравляю всех с хорошей игрой! — начал Ракитин, и зал одобрительно заорал. — Бауманцы, вашу разминку я бы еще послушал. А «Лифт»… — Он нахмурился и строго предъявил: — Вы чего творите, ребята? Вы же мне завтрашнюю съемку сорвали! Ваш чертов припев теперь из головы не выгнать, так и буду в кадре напевать про грузчика! — И рассмеялся.
Слава рядом со мной беззвучно повторил свой танец, и Ракитин показал на него пальцем: вот, мол, главный виновник. И зал послушно ответил на заигрывания судьи овациями.
Потом микрофон попросил композитор Рустам Сабиров и сразу почему-то взглянул на меня:
— Гитарист, как вас зовут?
— Роман Гончаров, — вытянув шею, ответил я в микрофон Жаркова.
— Роман, у вас прекрасный голос, — одобрительно покивал Сабиров, и на лице его на мгновение отразилось задумчивое выражение. — И конец вы исполнили потрясающе! Собрать так искусно голоса девяти человек непросто, но у вас получилось!
Вот ей-богу, умел бы — зарделся бы от похвалы, как красна девица на первом свидании.
Андрей толкнул меня плечом, и я сказал в микрофон спасибо — за всех.
И, окинув зал взглядом, увидел Нину в первом ряду. Она смотрела прямо на меня и улыбалась, отчего мне захотелось поскорее спуститься к ней, обнять, сказать хоть что-нибудь. Но у судейского стола уже поднимался очкастый редактор лиги Кирилл Терехов, и мне пришлось остаться, чтобы выслушать и его.
— Ребята из «Лифта», хочу вас выделить отдельно, — начал Терехов. — Впервые на моей памяти команда, которая после первого конкурса была последней, победила. Поздравляю с заслуженной победой! И обе команды ждем в полуфинале.
Он кивнул нам и бауманцам. Я хлопал вместе со всеми и искал взглядом Селиванова. Тот поймал мой взгляд, поднял большой палец. Я ответил тем же.
Виталик наклонился ко мне:
— Слышал, че он сказал? Победа у нас заслуженная!
Улыбнувшись, я кивнул, а потом краем глаза заметил Буровцева — полочники стояли слева от нас, и он ушел за кулисы первым, не дожидаясь своих и не глядя в нашу сторону. Ну что ж, моей вины в этом нет. Его подвели собственная спесь, хамство и чувство вседозволенности. Таким людям рано или поздно дают щелчок по носу, потому что жизнь самонадеянности не любит, всем приходится распрощаться с иллюзией собственной исключительности и спуститься с небес на землю. Сейчас настал черед Буровцева, и свое пророчество про разминку он, похоже, запомнит надолго.
Когда я спустился в зал, появилось сообщение.
Цель выполнена: команда «Лифт» вышла в полуфинал лиги.
Срок аренды истек. Доступ к арендованным навыкам прекращен.
Штраф не применяется. Подаренные навыки сохранены в полном составе.
Награда не выдается: в ходе задания использована аренда.
Я выдохнул. Ни одного подарка не потерял. Десяти процентов к внешности было жалко, правда жалко, но недолго: все равно на снимках я останусь таким, какой есть.
Нина пробралась ко мне через проход, обняла и сказала прямо в ухо, перекрикивая зал:
— Когда вам четверки поставили, я чуть не разревелась. А вы потом… Ром, я не знала, что ты так можешь.
— Я тоже, — ответил я, и это была чистая правда.
Кантемир дождался, пока Нина отпустит меня, и коротко по-медвежьи обнял, отодвинув гитару в сторону.
— Ромка, молотки, вытащили игру! Мы, честно говоря, уже начали думать, как вас утешать, а вы!
Голос у Кана сел после бурной поддержки из зала, а он все пытался перекричать остальных.
Денис стучал меня по плечу, Илья требовал с Дениса обещанный рубль, а Костя Вяземский протиснулся из бауманского сектора и пожал мне руку:
— В полуфинале встретимся, Гончаров! И Селиванова на вас натаскаем отдельно.
— Натаскивайте, — сказал я. — Только он у вас и так хорош.
— Всем «Лифтом» к стене! — скомандовал Йося, размахивая фотоаппаратом. — И наши все сюда! Нина, Кан, девчонки, не прячьтесь! Нет, Гончаров, нормально стоять не надо, вы же КВН! Веселее! Вспомните танец под грузчика!
Я и не собирался. Поднял гитару над головой, Слава рядом застыл в своем танце, Виталик оперся ему на плечо с начальственным видом, девчонки обняли Нину с двух сторон, остальные втиснулись сзади. Йося присел, прицелился, и вспышка ударила нам в глаза.
— Еще раз, — сказал он. — Теперь без гримас. Хотя нет, с гримасами лучше.
Жаль, сейчас мы не могли взглянуть на снимок! Но ничего, увидим, когда Йося проявит пленку. Пока я убирал гитару в чехол, к нам подошел Селиванов.
— Вы праздновать пойдете? Мы собираемся в «Старый дуб», тут недалеко. Хорошая таверна, и кормят вкусно. Давайте все вместе.
— Пойдем, — не раздумывая сказал Виталик и оглянулся на меня. — Ром, ты как?
Утром мне нужно было на поезд в Петербург, на олимпиаду. И самым правильным было бы