Юрист с Рублёвки. Том 2 - Дмитрий Лим

Я посмотрел на неё. Полина была умной, упрямой и иногда слишком быстрой на язык. Но она училась, и училась быстро. Однако за её вопросом стояло кое-что другое, и я прекрасно это видел. Денис, который сидел за соседним столом и демонстративно стучал по клавиатуре, тоже это видел. И его бесило то, что Полина — племянница Когана, студентка последнего курса, девочка из приличной семьи — снова и снова обращала внимание на меня, а не на него.

— Полина, — я говорил спокойным тоном. — Ты уже помогаешь мне по делу Воронина. Это твоя основная задача. По аренде кофейни — я передаю дело Марине. Если ей понадобится помощь, она обратится к тебе сама.

Полина кивнула. А вот Денис, услышав мой ответ, демонстративно отодвинулся от стола и вышел курить, сказав:

— Тут вообще-то и другие работники есть.

Я проводил его взглядом и подумал: «Денис, если бы ты тратил на работу хотя бы половину той энергии, которую тратишь на зависть, ты был бы лучшим юристом в этой конторе. После меня».

К обеду позвонила Софья.

— Лёш, я всё отправила тебе на почту. Платёжки, переписку с арендодателем, копию уведомления. И ещё… я нашла кое-что. В договоре есть пункт о форс-мажоре. Там написано, что при наступлении обстоятельств непреодолимой силы арендатор освобождается от ответственности за нарушение режима работы. Авария относится к этому⁈

— Хм, хороший вопрос, — я открыл её письмо на телефоне. — Я передам это Марине, она уже согласилась взять твое дело.

— Поняла, — она помолчала, я помолчал, и затем, Софья выпалила: — Лёш, а когда ты передашь дела… мы пойдём пить тот кофе?

— Как только мы закроем первичный аварийный вопрос и передадим Марине спор по аренде, обязательно.

— Договорились, — она повесила трубку.

Я улыбнулся, понимая, что всё это общение… плавно переходило в будущий роман. Роман с человеком, который мне… нравился? Да, определённо нравился.

— Кто звонил? — оживилась Полина, и ровно в эту же секунду послышался «зов» Семёна Борисовича:

— Смирнов? Где ты там? А ну подойди!

Я прошёл в кабинет. Коган встал, закрыл за мной дверь, сел за стол и молча положил передо мной три папки, трёх разных цветом.

— Тут три дела, — он ткнул пальцем в каждую. — Жёлтая — Воронин. Зелёная — спор по аренде кофейни. Как там её…

— Софья Андреевна.

— Ага. И синяя — ЖК «Парковый квартал».

Я посмотрел на три папки.

Коган откинулся на спинку кресла и скрестил руки.

— Э-э-э, время ограничено. С какой начнёшь?

— Почему вы меня об этом спрашиваете?

— Потому что ты, именно ты привёл эти дела в мою контору. Так что. Выбирай, чем займёшься ты, и чем остальные.

— Жёлтая и синяя — мои. Зелёную, спор Софьи по аренде, передайте Марине.

— Две?

— Да!

— Но время, — протянул было он. — Время, понимаешь? Ты не успеешь везде!

— Успею. Первым делом — берусь за Воронина. Там срок измеряется ближайшим собранием участников. Кравцов назначил собрание на следующую среду. Если мы не успеем добиться дополнительных обеспечительных мер до этого срока, Кравцов может попытаться оформить видимость одобрения сделки и усложнить её оспаривание. Аренда кофейни важна, но там нет срочной процессуальной угрозы. Дефекты дома тоже важны, но лабораторное заключение будет через неделю. А у Воронина — дни.

Коган смотрел на меня долго, и, кажется, даже не моргал. Да и тика у него не было. И всё же, он кивнул.

— Э-э-э, ладно. Два дела так два… но, чтобы это… без жалоб! И чтобы работал, а не разгильдяйничал?

— Разумеется, Семён Борисович.

Вечер выдался тихим. Настолько, что я даже успел этому удивиться.

По Воронину всё срочное на сегодня было сделано: ходатайство подано, документы разосланы. Суд должен был рассмотреть его сегодня, но к вечеру определение так и не появилось.

Я сидел на кухне и разбирал расчёты по делу Самойлова: график платежей, акт сверки выполненных этапов и спорные пять миллионов, которые банк пока держал под мораторием. Уголовное дело находилось у следователя, а материалы сопровождал Корнеев, и лезть туда мне запретили дважды — сначала Коган, потом сам Корнеев. Я старался не лезть. Но получалось… через раз.

Цифры сходились. А ощущение оставалось прежним: это ещё не финал. Дело мутное и запутанное. И кто знает, чем закончится расследование, которое теперь вёл не я.

Новый телефон, который я всё-таки забрал из магазина, лежал рядом с блокнотом и вёл себя прилично — ни музыки, ни рекламы казино, ни тайной ночной жизни. Уже прогресс.

В половине десятого он всё-таки ожил. Звонил Витёк.

— Лёха, ты занят? — голос был напряжённый, быстрый и, что самое непривычное, абсолютно трезвый. — Тут не обычный кипиш. Гаражи режут. Прямо сейчас. На Трубах.

Я отложил ручку.

— Так, стоп. Кто режет?

— Да мужики какие-то! Кран пригнали, платформы, прожекторы врубили — светло как днём! Кузьмич орёт, Санёк сейчас кому-нибудь втащит. Ты либо приезжай, либо потом уже в отдел к нам поедешь.

«Трубы».

Гаражная полоса у промзоны, куда мы — точнее, прежний Смирнов и его компания — таскались лет с пятнадцати. Через пустырь там идёт надземная теплотрасса на бетонных опорах, и боксы стоят по обе стороны от неё: к северу — ржавые «ракушки», к югу — старые железные боксы и несколько кирпичных. Под этими трубами мы когда-то прятались от дождя, пили дешёвое пиво и считали себя хозяевами района. Судя по всему, теперь хозяином там возомнил себя тот, у кого нашлись манипулятор и бумага с печатью.

— Витя, по порядку. Полиция есть?

— Не-а.

— Документы кто-нибудь показывал?

— Показывали. Кузьмичу в нос сунули какую-то бумажку и говорят: отойди, дед.

— Гаражи уже вскрывали?

— Один железный краном сняли, целиком. И это… они уже на нашу сторону перешли, с болгарками ходят. Кресты на воротах малюют.

Я встал.

— И последний вопрос. Ты трезвый?

— Трезвый я, Лёх! — обиделся он так искренне, что я едва не улыбнулся. — Я вообще со смены. Мне в шесть утра снова на работу. Тут без меня все остальные пьяные от злости.

— Понял. Слушай внимательно. Под технику не лезешь. Рабочих не трогаешь. Санька держишь за куртку и никуда не отпускаешь. Включи запись на телефоне и не выключай. И найди Кузьмича вместе со всеми его бумагами, какие только есть. Всё, я еду.

Такси я вызвал сразу. За руль самому сесть не вариант: в автошколу я записался, но