Битва за Расколотые Небеса - Оливер Ло

— В самый раз, чтобы смыть сладкий привкус речей молодого господина Шао, — усмехнулся юноша, возвращая кувшин.

Тай Цзин наконец повернул лицо. Его спокойный взгляд скользнул по фигуре начертателя, задержался на широких плечах под угольным халатом и опустился к пальцам Мина.

— Твое дыхание изменилось, — заметил мечник. — Вчера в полдень, когда ты выходил против Бао Ту, твоя сила казалась тяжелой, но зажатой в тесные рамки. Сейчас под этой тканью чувствуется плотность, которой не место на ранних ступенях Потока. Ты скрываешь основу или успел улучшить свою культивацию прямо посреди праздничной ночи?

— Скорее, мне поднесли хорошую чашу с правильным отваром, — не стал вдаваться в подробности Мин.

Тай Цзин отпил вина и перевел взгляд на сияющий Разлом.

— На этапе Формирования Потока ты лишь готовишь землю, Лу Мин. Русла можно сделать сколь угодно широкими, но решает все зерно, которое ты туда бросишь. Только когда появится Истинное Ядро, станет ясно, возьмешь ли ты судьбу в свои руки или до конца дней останешься прислугой чужих кланов.

Мечник провел ладонью по гладкому дереву ножен.

— Большинство здесь и за пределами Долины получают Обычное Ядро, похожее на тусклую бронзу. Они переступают рубеж смертных, живут долго, но внутренняя сила течет неохотно, без нужной скорости. Иное дело — Серебряное Ядро, очищенное от примесей. Мое Ядро Меча закалялось в студеной воде северных пиков, поэтому острие клинка без труда рассекает обычные доспехи.

Он немного помолчал и негромко продолжил:

— А на вершине стоят Золотые Ядра, одно на десять тысяч мастеров. Тот же Шао Хэн сформировал Золотое Ядро Пламени. Но его пламя грязно. В нем нет покоя, и чтобы очистить это золото, он сжигает все, до чего могут дотянуться его руки. Мне действительно любопытно, какое Ядро взрастишь ты.

Мин слушал, запоминая каждую деталь. Иерархия высшей силы Срединных Земель вставала на свои места.

— Ты наблюдал за мной в трех поединках, Тай Цзин, — произнес Мин, поворачиваясь к нему корпусом. — А я не видел ни одного твоего взмаха. Слишком мало сведений для того, кто собирается выйти против тебя в следующем круге. Это несколько… несправедливо, не думаешь?

Тай Цзин слабо улыбнулся уголками губ.

— Мне тоже не по душе слепые схватки. Если ты одолеешь наследницу Звонкой Струны, наш бой станет неизбежен. А побеждать соперника, который не знает веса твоего оружия — дешевая победа.

Мечник отставил кувшин на парапет и сделал три шага назад, освобождая пространство на широкой площадке террасы.

— Отложим техники. Никаких духовных всплесков и пространственных доменов от меня, и начертаний от тебя. Сойдемся в спарринге. Посмотрим, насколько быстры твои руки, когда их не страхует ремесло.

Мин не заставил просить себя дважды. Его ладонь стремительно скользнула под халат, три секции «Драконьего Хребта» выскользнули из креплений и с сухим щелчком сомкнулись в цельный белый посох.

Тай Цзин в ответ просто опустил руку на эфес. Сталь беззвучно покинула ножны. Тусклое лезвие на секунду поймало холодное сияние Небесного Разлома.

Соперники замерли на расстоянии пяти шагов.

Мин не успел и глазом моргнуть, как силуэт Тай Цзина просто исчез с места. Первый Меч континента преодолел разделявшую их дистанцию за короткий вдох, обойдясь без капли ци, на одном лишь мастерском контроле сухожилий и мышц. Клинок безжалостно метнулся вперед, целя прямо в правое плечо.

Сработали инстинкты, когда-то давно вбитые в ученика старым садовником. Мин резко сместил вес на пятку и крутанул древко. Нижняя треть посоха успела перекрыть линию удара.

Металл тяжело лязгнул о драконью кость.

Но Тай Цзин не стал продавливать блок. Его меч скользнул по гладкой поверхности кости, как живая змея, описал полукруг вокруг рукояти и устремился к шее начертателя с противоположной стороны.

Скорость атак мечника ошеломляла. Ни одного лишнего движения, ни одной заминки на развороте корпуса. Клинок плясал в воздухе, рассыпаясь десятком колющих и секущих выпадов, заставляя Мина непрерывно отступать к каменной балюстраде. Каждый блок начертателя отзывался звоном, посох едва успевал перекрывать траектории летящей стали. Мечник давил техникой, заставляя юношу расходовать пространство террасы.

Еще два шага, и спина Мина упрется в парапет.

«Он просчитывает мои возможные движения заранее и закрывает их», — мелькнуло в мыслях юноши.

Мин резко изменил ритм. Вместо очередного глухого блока он сделал длинный замах, пуская верхушку «Драконьего Хребта» по широкой дуге снизу вверх, открывая всю грудную клетку и левый бок.

Тай Цзин мгновенно решил, что разгадал уловку. Опытный глаз мечника сразу увидел, что широкий замах — лишь приманка для встречного выпада. Мечник не стал отступать, а шагнул прямо в мертвую зону замаха, сместил клинок на ладонь вправо и приставил острие меча в упор к горлу начертателя.

Холодная сталь коснулась кожи Мина.

Тай Цзин замер, слегка наклонив голову набок с победной усмешкой.

— Слишком размашисто для короткой дистан…

Он осекся.

Мин не шелохнулся под клинком. Юноша лишь чуть опустил взгляд вниз и насмешливо приподнял бровь.

Пока верхушка посоха совершала отвлекающую дугу в воздухе, Мин не стал удерживать оружие двумя руками. Перехватив рукоять у самого центра, он коротким тычком от локтя вывел нижний, тупой торец древка вперед. Тяжелая белая кость застыла ровно в половине пальца от кадыка Тай Цзина.

Один толчок, и трахея мечника была бы раздроблена.

Тишину террасы нарушил тихий звон. Тай Цзин медленно отвел меч от шеи Мина и сделал шаг назад, опуская оружие к бедру. В глазах мечника вспыхнуло искреннее, неподдельное уважение.

— Обманное движение сверху, чтобы скрыть короткий тычок снизу от локтя, — произнес Тай Цзин, и на его губах появилась широкая улыбка. — Превосходная реакция. Твои мышцы отвечают на удар раньше, чем взгляд успевает его заметить.

Мин опустил «Драконий Хребет». Он шумно выдохнул, разгоняя ток горячей крови по новым руслам меридианов:

— А ты на лету считываешь чужие стили. Сунуться против тебя на арену без разминки — надежный способ потерять голову.

Меч Тай Цзина безупречно ровно скользнул в ножны до щелчка гарды.

— На самом турнире я перестану сдерживать ци, Лу Мин. В реальной схватке места уступкам не найдется.

— Мой посох тоже не для подпорки стен создан, — усмехнулся Мин. Он вернулся к оставленному кувшину, сделал основательный глоток вина и пытливо посмотрел на мечника. — Ты тут помянул Небесный Разлом. С деньгами и статусом Дома Лазурного Клинка можно было спокойно сидеть на своих северных пиках. Зачем тебе