Кавказ. Выпуск XIII. В плену у горцев - Иван Загорский

8. См.: Головлев А. А. К вопросу о беглых и пленных русских у Шамиля // Истоки и традиции русско-северокавказского боевого содружества в дореволюционном прошлом: Тезисы докладов и сообщений региональной научной конференции. Грозный, 1990. С. 38–42; Дударев С. Л. О беглых и пленных российских солдатах и казаках у горцев в XIX в. // Там же. С. 42–45; Еремин Н. М. Казаки «былые» // Там же. С. 47–48; Виноградов В. Б. К истории одной мистификации (сотник Атарщиков и мнимые некрасовцы) // Там же. С. 48–51.

9. Попко И. Д. Терские казаки со стародавних времен. Нальчик: Эль-Фа, 2001. С. 52, 70–71.

10. См. напр.: Тхамоков Н. Х. К вопросу о роли системы аманатства в развитии русско-кабардинских связей в XVIII в. // Ученые записки КБГУ. Нальчик, 1971. Вып. 43; Мамбетов Г. Х. Институт аманатства и его роль в распространении и изучении русского языка на Северном Кавказе // Вестник КБГУ. Серия «Гуманитарные науки». Нальчик, 2003. Вып. 8; Тютюнина Е. С. Аманатская школа в Нальчике // Горянка, (г. Нальчик). 2003. № 20. Май. С. 15; Она же. Аманаты в Кизляре 1756 г. // Генеалогия Северного Кавказа (г. Нальчик). 2007. № 18; Такова Д.Д. Аманаты — гаранты верности складывающегося сообщества // Вопросы южнороссийской истории. М.; Армавир, 2007. № 13. С. 108–110; Магомадова Т. С. Аманаты-чеченцы в Терском горде в XVI–XVII вв. // Вопросы южнороссийской истории. М.; Армавир, 2010.

11. Шабаньянц Н. Академик П. З. Захаров, художник «из чеченцев» // Прометей: Историко-биографический альманах. М.: Молодая Гвардия, 1977. Т. 11. С. 131–137.

12. ЦГА Республики Северной Осетии — Алании (РСО — А), ф. 53, oп. 1, д. 901, л. 44.

13. См.: Тютюнина Е. С. Об источниках этнографических страниц поэмы А. С. Пушкина «Кавказский пленник» // Актуальные проблемы истории Северного Кавказа: Сборник научных трудов. Пятигорск: ПГТУ, 2004. С. 62.

14. ЦГА КБР, ф. 16, oп. 1, д. 110, л. 2–5.

15. Зубов П. А. Подвиги русских воинов в странах Кавказских с 1800-го по 1834 год… // Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа / Сост. Р. У. Туганов. Нальчик: Эль-Фа, 2001. Т. 2. С. 89–95 (впервые опубликовано в 1835–1836 гг.).

16. Потто В. А. Кавказская война. Т. 2. Ермоловское время. Ставрополь: Кавказский край, 1994. С. 361.

17. Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ) (Собрание 1-е). Т. 37. С. 389–390. № 28354.

18. Бейтуганов С. Н. Кабарда и Ермолов: Очерки истории. Нальчик: Эльбрус, 1993. С. 75.

19. Нечаев С. Д. Отрывки из путевых заметок о Юго-Восточной России // Русские авторы XIX века… / Сост. Х. М. Думанов. Нальчик: Эль-Фа, 2001. T. 1. С. 102.

20. ПСЗ (Собрание 2-е). Т. 2. С. 271. № 977.

Е. С. Тютюнина, кандидат исторических наук

Иван Николаевич Румянцев (1845–1880) — писатель, журналист, происходил из крестьян Пензенской губернии. Известно, что, будучи мальчиком, он тянул лямкой суда по Волге. Попав в караван, отправлявшийся в Персию, был взят в плен; изучил ряд восточных языков, служил переводчиком в сношениях мусульман с русскими. Печатал статьи и рассказы в разных изданиях, многие из них анонимно. В 1877 году в Санкт-Петербурге вышла его книга «В плену у Шамиля. Записки русского».

В 1879 году он приобрел еженедельный журнал «Гражданин. Журнал литературы, политики и общественной жизни». После второго номера журнал был переименован, стал называться «Луч. Журнал политики, литературы и общественной жизни» и выходил еженедельно. Именно в этом издании было опубликовано несколько романов, повестей и рассказов И. Н. Румянцева.

Мне минуло ровно 16 лет, когда я окончил свое незатейливое воспитание; это было в 1854 году.

Распростившись с моей школьной скамейкой, а вместе с тем и с моими родителями, я, жаждущий труда и опасности, поехал прямо на Кавказ с целью составить себе служебную карьеру.

До Астрахани я ехал на перекладных, в Астрахани сел на косовую (маленькое судно с особо приспособленным парусом) и, покачавшись двое суток на седых волнах бурного Каспия, благополучно прибыл в портовый город Петровск (тогда он назывался еще укреплением).

Такой резкий переход с гладкой, зеркальной поверхности моря к заоблачным горам Кавказа сильно повлиял на мою молодую впечатлительную душу. Да иначе и быть не могло: настроенный еще в младенческих летах разными чудесными рассказами о Кавказе, где, как уверяли меня маленького, будто солнце, совершая свой дневной путь, нередко задевает собой за каменные хребты гигантских утесов, хотя в это время я уже не верил в задевание солнца за утесы, но тем не менее, увидев воочию громадную панораму гор, так дико, гордо и чудно воздвигнутых одна над другой, почувствовал неудержимое волнение и душой моей овладели совершенно новые чувства. Меня вдруг охватил какой-то неизъяснимый восторг и вместе с тем самая отчаянная безотчетная тоска. Мне показалось, что будто бы я в кого-то страстно влюблен; между тем не любил никого, кроме моих милых и добрых родителей. Мне хотелось поделиться с кем-нибудь восторгом, охватившим меня при виде красот величественной природы, и в то же время от избытка впечатлительности меня давила ужасная тоска. Мне хотелось упасть к кому-нибудь на нежную, сочувствующую мне грудь и горько заплакать, жалуясь на свое ничтожество пред таким величием творения Божьего.

А картина была действительно поразительная. Светлое июльское солнце находилось как раз на половине пути своего дневного течения, когда наше маленькое судно, скользя по волнам Каспия, тихо приближалось к гавани укрепления Петровск. Подъезжая ближе, моим взорам представилось: с одной стороны расстилавшаяся необозримая поверхность кипучих волн бурного Каспийского моря, отражая и переливая в себе тысячами радужных оттенков палящие лучи полуденного солнца; с другой стороны высятся, как бы перегоняя друг друга, чудовищные громады угрюмых каменных гор. Эти мрачные допотопные гиганты, как могучая, непобедимая стража заколдованного царства, величаво и гордо группировались в преддвериях Кавказа; их гранитные впадины, прорытые временем и вековыми водопадами, как глубокие морщины древних волшебников, таинственно отражались в зеркальных водах Каспия; их каменные, совершенно обнаженные вершины, облитые яркими и почти перпендикулярно падающими лучами солнца, сверкали несчетными миллионами ослепительных искр, отражаемых кремнистыми осколками. Небо было чисто и прозрачно, только изредка усеянное кое-где громоздящимися один на другом фантастическими слоями белоснежных облаков, тихо и грациозно подвигавшихся к югу, налагая мимолетную тень на обнаженные хребты гранитных гигантов. Светло-туманные массы облаков своей фантастической стройностью скорее похожи были на подвижные города, построенные на тверди