Штурмовик - Владимир Максимович Ераносян

— Так ты ж говорил, что он родной брат твой? — поинтересовался шутник у Сливы.

— Так и есть, — подтвердил Слива. — Только не любит он меня и всех, кто рядом со мной оказывается, кто в дружки мне набивается. Так что ты подальше от меня держись. И иди рой себе яму.

— Не каркай, я ж не могилу рою? — обиделся сослуживец.

— Мне почем знать? Из стакана этого все равно ж надо будет вылезти, когда по малой нужде захочется.

— И то верно, — задумался шутник и решил поинтересоваться у старлея, как тогда быть. — Товарищ старший лейтенант, а вот, к примеру, в туалет как в таком узком окопе сходить? Придется же вылезти, и тогда дрон точно поразит.

— «Стакан» использовать при атаке БПЛА. Если приспичит и детектора дронов нет, то под себя. Как услышите команду «Отбой воздушной тревоги», тогда и расслабите булки в ближайшей лесополке. А стакан новый выроешь, если брезгливый. Понятно?!

— Так точно.

— Ну рой тогда, пока не прилетит рой!

Слива рыл, как и шутник. Правда, поглядывал на родного брата, но тот по-прежнему не проявлял никакого интереса. Разве что придирался. Вдруг вспомнилось Игорю, как он опустошил мамину тумбочку, где складировала она свою скудную зарплату и деньги, вырученные от продажи кур. Эти средства предназначались Матвею, мечтавшему поступить в Рязанское воздушно-десантное военное училище, чтобы облегчить его жизнь «на абитуре». Получается, много чего натворил. И это в довесок. Воровство у близких. По факту — крысятничество…

Ну и как после такого ждать поблажек? Мать мечтала, чтобы один сын стал офицером, а второй хотя бы не покатился вниз по наклонной. Один не подвел, но мама не дожила до выпускного парадного марша с подбрасыванием монет, не съездила в Рязань, а вот младший сел до ее безвременной кончины.

В учебном классе Филин все же обратил внимание на Сливу, раздраженно заметив, что тот совершенно невнимателен.

— Ну и как передать метку, к примеру, с этого спутникового телефона? Это трофей, «Иридиум 9575 Экстрим». Им пользуется спецназ — силы спецопераций Украины и их ГУР, а также наемники врага. Или ты думаешь, что у них «Азарты» наши? Его-то хоть освоил, в каких диапазонах рабочих частот он работает?

— А мне он к чему? Он все равно только у командира тактической группы будет. Мне вряд ли доверят. — ответил, словно чужому, Слива, оглядываясь на братву.

— А если, не дай боже, командир твоей тройки — двухсотый. То все? Группа без связи? Как обеспечишь эвакуацию или вызовешь подкрепление?

— У меня свой имеется, мобильник… Метку пошлю, — то ли в шутку, то ли всерьез изложил свой план экстренной связи Слива.

— То есть телефон ты с собой носишь не для переписок в мессенджерах? А для определения геолокации? Чтоб враг тебя по GPS засек? Допереписываетесь, что враг вскроет вашу геолокацию и насыплет из всего, чем только можно насыпать, от мин до гаубичных и реактивных снарядов. Ладно, смотрим все на экран.

Филин продемонстрировал экран трофейного портативного телефона.

— Изучаем меню. Сперва эту строчку. Потом дальше. Вводим телефон контрагента, куда будете отправлять координаты обнаруженной цели. Потом нажимаем сюда. Понятно?

— Да понял я, понял, — солгал Слива брату, чтобы не выглядеть в его глазах дегенератом. — Только нужно же знать телефон этот контрагента этого.

Ну, мой запиши, пригодится.

Это был хороший знак. Может, весь этот спектакль на то и был рассчитан, чтобы дать брату номер телефона? Во всяком случае, вариант так подумать у Сливы был, и эта мысль его обрадовала…

Однако, после того как на следующий день Матвей загонял подразделение до седьмого пота, Слива решил, что погорячился с выводами о том, что брат не прочь с ним пообщаться.

— Замыкающий! — кричал Матвей, контролируя передвижения по траншеям тактических троек сверху. — Замыкающий прикрывает сзади, а не плетется, как гусь в стае! А ты почему не бросил гранату за угол, видишь же, что зигзагообразная траншея?! Куда поперся? Сперва РГД или «ананас», потом боковая стрельба, потом заходит первый…

— Зверь твой брательник, — оценил бывший шутник, которому уже было не до шуток.

— Есть такое… — подтвердил Слива, когда добрался до койки, чтобы уснуть на третьем вздохе от усталости и злости.

— Ангел мой, повлияй на своего Матвея, — попросил генерал-лейтенант Ларин свою дочь Ангелину, приехав к ней на обед. — Ты ведь забеременела? А он все просится на фронт. Причем мне доложили, что его бывшие сокурсники, что сейчас на передке, в удовольствием его там принимают и дают возможность изучать зачищенные лесополки и опорники. Так что он умудряется лезет на рожон! Сбегает на передок с регулярной периодичностью. Ползает в грязи, вынюхивает, как крот роет. Не штурмовик, а археолог какой-то. Дотошный, как судмедэксперт. Может, так и надо. Командиром он будет хорошим, если доживет…

— Папуля, не каркай, пожалуйста… Ты же уже успел узнать. Он другим не будет, он как Серега, такой же. Спаси ты его, — погладила отца по плечу Геля.

Отец посмотрел на погибшего на СВО сына, брата Гели, что смотрел своим юным взором с фотографической рамки, и в горле вновь появился ком.

— Не уберег я Сережу нашего, — вымолвил генерал, но постарался взять себя в руки и объяснил суть происходящего как полагается, четко и без лишних слов. — Благо твой Муромов пишет рапорта по команде, как полагается. В конечном итоге документ оказывается на моем столе. Но проблема вся в том, что пишет он грамотно, так что отказ может быть чреват санкциями. Для меня! Именно для меня. Подставляет фактически твоего отца!

— Папочка, не пускай его туда, — заворковала дочка. — Пусть сидит на своем теплом месте и возвращается каждый день домой! Он тронулся со своей войной? Говорит все время про каких-то дроноводов, двойки, тройки… Крыша поехала уже. Тест положительный. У нас ребенок будет! А он живот гладит и приговаривает: «Будущий штурмовик…» Я в армию, если сын будет, ни за что его не отдам! И не суди меня за это. Я брата потеряла, а ты — сына! Научи его расставлять приоритеты!

— Ну, не утихомирить мне Филина твоего с его инициативой. Отбрыкиваюсь исключительно ради тебя. Спец он действительно знатный и уважаемый, у командира части на хорошем счету. Тот и сам его отпускать не хочет. Но каков шельмец. Вот почитай, что пишет в рапорте.

Генерал извлек из портфеля файл с рапортом зятя и протянул дочери.

— Прошу вашего ходатайства перед вышестоящим командованием… — с выражением зачитывал генерал, — об отправке меня на передовые рубежи обороны в Курскую область