Новый человек-невидимка - Джон Диксон Карр

Картина упала на ковер с глухим стуком.

– Иногда я не вспоминала о нем… и о вас тоже, – поспешно добавила она, – по шесть, по семь месяцев подряд. Однажды – почти целый год. Но какая-нибудь случайная мелочь… и все возвращалось. Воспоминания накатывали с такой силой, что я не могла пошевелиться от боли.

– Постой! Хватит! Я не имела в виду…

– Хотите, я расскажу вам, – продолжала женщина, – как в этой самой студии мы встретились с Фредом? Я не подозревала, что его сыщики меня выследили. Я сидела вот на этом стуле и мыла кисти, повернувшись к двери изуродованной стороной лица. Дверь отворилась – и вошел Фред. Он не стал делать вид, будто ничего не заметил, не унизил меня жалостью. Просто сказал: «Это все, что тебя беспокоит, Бетти? Мы справимся с этим за одну-две недели». И я… я разрыдалась.

Если прежде в голосе Айрин Стэнли еще слышались нотки гнева, теперь они исчезли. Ее речь стала плавной и даже умиротворенной.

– Это случилось несколько месяцев назад. Тогда я и воскресла из мертвых. Помните, сэр Генри, вы упомянули Рихтера из Вены?

Г. М., развалившись в кресле и подпирая кулаком подбородок, кивнул.

– Фред, – объяснила Айрин Стэнли, – привез его сюда на частном самолете. И он, – она слегка коснулась левой щеки, – сделал это.

– Думаю, мэм, лишь два человека в мире способны на подобное.

– Что касается Фреда… – Она вытащила из стопки холстов, сложенных без подрамников, один, спрятанный в самой середине. Это был поясной портрет Мэннинга, удивительно точно передающий его неистощимую энергию. – Кажется, он не постарел ни на один день. – Она сняла с мольберта чистый холст и заменила портретом. – Только волосы стали совсем седыми. А руки, плечи, торс – все могло принадлежать мужчине лет на двадцать моложе. Он стал старше, но остался все таким же романтичным и… глупым.

Она медленно обвела всех взглядом:

– Знаете, что мы собирались сделать? Устроить второй медовый месяц. Все было спланировано. Но тут появился дьявол – и его уже было не остановить.

– Вот в этом-то и дело, – раздался хрипловатый голос сэра Генри Мэрривейла. – Нам нужно знать о ваших планах раньше, чем узнают копы. Вы расскажете нам?

Сай затаил дыхание. Айрин Стэнли бросила на него настороженный взгляд, вернулась к дивану, села и сцепила пальцы в замок.

– Теперь это не имеет значения, – тихо сказала она.

– Не имеет значения?

– Да. Сегодня, сэр Генри, вы поднялись сюда чуть позже половины одиннадцатого. Вы рассказали мне – благодарю вас за деликатность – все, что произошло. Я уже прочитала дневные и вечерние газеты. Знаете, трюк Фреда с исчезновением меня даже позабавил. Вы попросили меня подождать детей… и я ждала.

– Прекрасно, мэм. Почему вы сказали: «Это не имеет значения»?

В ее темно-синих глазах невозможно было прочесть ничего.

– Все зашло слишком далеко. Если умрет Фред – умру и я.

Раздался сдавленный крик – Сай не понял чей – и мгновенно затих. Г. М. поднялся с кресла.

– Вы прекратите нести этот вздор? – хмуро спросил он.

– Вы бы не сказали так, если бы знали, через что мне пришлось пройти.

– Но разве вы не хотите, чтобы человека, который пытался его убить, поймали и наказали?

– Этот человек, – спокойно возразила она, – никогда не будет пойман. И не будет наказан.

По студии словно прошел ледяной сквозняк. Цвет драпированных стен, казалось, стал таким же бледным, как лицо на портрете. И Мэннинг, с ироничным взглядом и длинными седыми волосами, аккуратно подстриженными на висках, как будто смотрел на них теперь по-другому.

– Когда вы ушли отсюда сегодня вечером, сэр Генри, я была в отчаянии. – Айрин Стэнли еще сильнее сжала пальцы. – Мне необходимо было знать, как он там. Я понимала: слуги не поверят, что я его жена. Но потом я вспомнила о Стаффи. Он ведь сообщил, что служит у нас уже двадцать один год?

– Да, – еле слышно пробормотал Сай Нортон.

– Сначала Стаффи тоже мне не поверил. Но я убедила его. Рассказала то, что самозванка знать не могла.

– И что же?

– Сегодня вечером Фред несколько раз приходил в сознание. С ним все это время был детектив – какой-то лейтенант.

Ее лицо вспыхнуло, и у глаза проступил тонкий красноватый шрам.

– Фред отказывается назвать имя человека, который на него напал. Вернее, клянется, что не знает его. Понимаете? Он кого-то выгораживает. А это значит…

Она медленно повернулась и перевела взгляд с Кристал на Джин, а с Джин на Боба.

Где-то в глубине студии, за портьерой, пронзительно зазвонил телефон.

Айрин Стэнли вскочила на ноги.

– Это Стаффи, – объяснила она. – Он обещал звонить каждый час, что бы ни случилось. Прошу меня извинить.

Она исчезла за портьерой, а Сай не сводил глаз с троих, смотревших ей вслед.

– Она удивительная, – выдохнула Джин. – Я всегда представляла ее идеальной. Оказалось, что она такая на самом деле!

– Джин, ты в своем уме? – яростно зашептал Боб. Несмотря на высоченный рост, он казался испуганным сильнее остальных. Он схватил сестру за руку. – Ты что, не поняла, к чему она клонит?

– Клонит?

– Она думает, что на папу напал кто-то из нас.

Они говорили почти шепотом, стараясь уловить каждое слово, произнесенное женщиной за портьерой. Кристал, в элегантном атласном пальто, накинутом поверх золотистого вечернего платья, взглянула на Сая сияющими глазами:

– Знаешь, Джин права. Она действительно милая. Но по-моему, слегка не в себе. Сай!

– Да? – отозвался он, доставая из внутреннего кармана карандаш и старый измятый конверт.

– Ты правда веришь в то, что она сказала?

– Она много чего наговорила. Что ты имеешь в виду?

– Что мужчины ценят в женщинах только физическую привлекательность?

– Господи, Кристал! Да понятия не имею! – простонал он. Каждый раз, когда она была рядом, мысли у него путались. – Наверное, так и есть.

– Черт бы тебя побрал… – тихо проговорила Кристал.

– Но если ты, лапочка, думаешь, что дело в возрасте, придется тебя разочаровать. Тебе двадцать четыре, значит твоей матери, должно быть, где-то сорок три. Но вот вы войдете вместе в бальную залу – и ни один мужчина на тебя не посмотрит.

Кристал открыла рот, чтобы повторить: «Черт бы тебя побрал», – но едва не расплакалась.

– Что ты собираешься делать с этим конвертом? – зло спросила она.

Сай бросил взгляд на Г. М., который мрачно восседал в кресле, изучая свою сигару. Хоть репортером он уже не был, привычка осталась – он нацарапал предполагаемый заголовок и пару коротких фраз.

– Видишь того старого лиса?

– Н-ну и что?

– Кажется, я понял, к чему он ведет. Он хочет не просто раскрыть это дело – он хочет расставить все по местам. В центре этой шарады зияет дыра – загадка бассейна. Все остальное уже понятно. Если нам удастся