Урок первый: зверский шум! - Зильке Шельхаммер

– Я могу примагничивать металл только в тепле. А озеро холодное.

Мала умела нагревать воду: она регулярно тренировалась в школьном саду, где стоял бак с водой. Вот только её опыты нельзя было назвать удачными: в результате неизменно получался кипяток. Да ещё Тилль всякий раз, когда появлялись пузырьки и пар, кричал «пока, рыбки», подливая масла в огонь. Оставалось лишь надеяться, что большой объём воды немного сдержит способности Малы. Времени на тренировку, к сожалению, уже не было.

Мала и Йонас сели во вторую лодку и заработали вёслами. Вскоре обе шлюпки отошли на середину озера, стараясь держаться недалеко друг от друга. Альва время от времени нервно поглядывала на берег. Несколько минут назад, когда они сталкивали лодки в воду, за ними с подозрением наблюдала фрау Тинериус. Но теперь она куда-то пропала.

– Можно начинать, – кивнул Тилль Мале.

Она слегка высунулась из лодки и пристально уставилась на воду.

– Что там с температурой? – спросил Тилль спустя какое-то время. В другой лодке Йонас вытащил из воды термометр на верёвочке.

– О, супер, уже 20 градусов, – сообщил он.

– Только осторожно, смотри не перегрей, – предостерёг Тилль Малу. – А то превратишь озеро в самую большую кастрюлю мира, и придётся неделю хлебать одну уху.

Сосредоточенно глядя на воду, Мала проворчала:

– Если сейчас же не замолчишь, начинай резать морковку.

– Пауль, может, пора попробовать? – спросил Йонас.

Едва Пауль протянул руки, как из воды выскочил металлический прут и прилип к его ладоням.

– Получилось, – тихо сказал Тилль, чтобы не мешать Альве. Та, закрыв глаза, как раз прислушивалась к голосам рыб. Всем хотелось убедиться, что с ними всё в порядке. Но услышать их разговоры под водой было очень сложно.

– О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о, к-к-к-к-к-к-к-ка-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ак-к-к-к-к-к-к т-т-т-ту-у-у-у-ут-т-т-т-т с-с-с-с-с-се-е-е-е-е-е-е-его-о-о-о-о-о-о-одня-я-я-я-я-я-я-я-я жа-а-а-а-а-а-а-а-а-арко-о-о-о-о-о-о!

– И-и-и-и-и-и на-а-а-а-а-а глу-у-у-у-у-у-у-у-уби-и-и-и-и-и-и-ине-е-е-е-е-е то-о-о-о-о-о-о-оже-е-е-е-е-е-е!

– Рыбам жарковато! – сообщила Альва. Мала прекратила нагревать воду.

Лодки плавали кругами, и Пауль вылавливал из озера одну ржавую штуковину за другой.

– Кажется, вода чересчур остыла, – сказал он парой минут позже, когда из озера перестали выпрыгивать железки.

Мала снова принялась греть воду. Так они провели всю первую половину дня: нагревали воду, вытаскивали металлические предметы, потом гребли к берегу, выгружали ржавый хлам, возвращались, нагревали озеро.

Надежда Альвы найти ту самую капсулу таяла с каждым часом. Что ж, по крайней мере, груда металлолома на берегу росла, а значит, фрау Тинериус будет довольна.

– А зачем вам, кстати, понадобилось чистить озеро, если завтра мы все разъезжаемся по домам? – спросил Пауль, когда Альва и Тилль, выгрузив на берег очередную партию металлолома, вернулись в лодку.

– Наказание от фрау Тинериус. Мы затопили школьный сад, – объяснил Тилль.

– А, так это были вы!

– Да, и мне жаль, что чистка дна так затянулась, – извинилась Альва.

– Всё лучше, чем собирать вещи. Не хочу уезжать, – сказал Пауль с несчастным видом.

– И я не хочу, – согласился с ним Тилль.

Альва с удивлением поняла, что и она тоже не хочет возвращаться домой уже завтра. Кажется, она всё-таки искала клад не только для того, чтобы помочь друзьям.

Первоначальное воодушевление давно испарилось. С каждой минутой друзья мрачнели. Мусора в озере почти не осталось. Клад так и не нашёлся. Даже рыбы притихли.

И всё же никто не хотел сдаваться. Ведь тогда пропала бы надежда на спасение.

Но спустя какое-то время Пауль сказал:

– Я думаю, на дне ничего больше нет.

Альву охватило отчаяние.

– Может быть, сделаем ещё один круг? – предложила она, обведя взглядом остальных.

– Согласен грести хоть в Америку, лишь бы не паковать чемодан! – буркнул Тилль и взялся за вёсла.

– Ту-у-у-у-ут та-а-а-а-а-ак про-о-о-о-о-о-охла-а-а-а-а-а-а-адно-о-о-о-о-о!

Альва удивлённо прислушалась. Рыбьи голоса звучали очень тихо, как будто издалека. Но разве не вся вода в озере прогрелась? Альва спустила руку из лодки. Тепло, почти как в ванне.

– Ну-у-у-у-у-у-уж-жно-о-о-о-о ле-е-е-е-е-е-е-ечь пря-я-я-я-я-я-я-я-ямо-о-о-о-о-о на н-е-е-е-е-е-е-е-ё.

– О-о-о-о-о-о-о-о, как здо-о-о-о-оро-о-о-о-ово-о-о-о-о! По-о-о-о-о-о-ос-сле-е-е-е-е-едня-я-я-я-я про-о-о-о-о-о-о-охла-а-а-а-а-ада-а-а-а-а!

Альва наморщила лоб. Чем это рыбы там занимаются? И о какой последней прохладе идёт речь?

Альва попыталась понять, откуда именно доносятся голоса. Судя по всему, рыбы собрались в дальней части озера.

– А мы можем подплыть вон туда? – спросила Альва, указывая на прибрежные заросли тростника. Тилль кивнул и развернул лодку.

– О-о-о-о-о-осто-о-о-о-о-о-оро-о-о-о-ожно-о-о-о! При-и-и-и-ибли-и-и-и-ижаю-ю-ются-я-я-я-я бе-е-е-е-е-еспла-а-а-а-авнико-о-о-о-овы-ы-ы-ые-е-е-е-е на-а-а-а-а сво-о-о-о-ое-е-е-е-е-ей пла-а-а-аву-у-у-уче-е-е-е-ей де-е-е-е-е-ере-е-е-е-евя-я-я-я-яшке-е-е-е-е.

– О-о-о-о-о не-е-е-е-е-ет, о-о-о-они-и-и-и за-а-а-а-абе-е-е-еру-у-у-у-ут на-а-а-а-ашу-у-у-у-у по-о-о-о-осле-е-е-еднюю-ю-ю про-о-о-о-охла-а-а-аду-у-у-у-у!

Видимо, они были на верном пути, потому что голоса рыб слышались всё отчётливее. Надо же, они называют людей бесплавниковыми. Альва невольно хихикнула. Но что это за последняя прохлада? Вряд ли они там лежат на кубиках льда.

– А можешь ещё немного подогреть? – попросил Пауль, повернувшись к другой лодке. – Что-то ничего не выходит!

Альва вскочила на ноги. Лодка опасно зашаталась.

– Эй, ты что, решила нас утопить? – возмутился Пауль, испуганно вцепившись в бортик.

Альва пропустила его слова мимо ушей. Рыбы нашли клад!

– Подогрей воду как следует! У них внизу есть что-то металлическое, что ещё не нагрелось! – взволнованно крикнула она Мале.

Мала не подвела. Альва опустила руку в озеро – вода стала теплее… теплее… ещё теплее…

– Слушай, Альва, вода уже горячая, – забеспокоился Тилль. Он поднял весло и осторожно встал на ноги.

– Ого! 23 градуса! – испуганно объявил из другой лодки Йонас.

– Альва? – тихо сказал Тилль.

– Там внизу что-то есть! – с упорством прошептала Альва, хотя в глубине души уже понимала, что Тилль прав. Надо было остановиться. Она кивнула Мале. Та остановилась.

Всё было кончено.

И тут вдруг Паулю в руки прилетел металлический цилиндр.

– Так вот что вы искали? – озадаченно спросил Пауль.

Альва и Тилль взволнованно переглянулись.

– Нет-нет, но зато в озере теперь не осталось мусора, – Тилль пытался сдержать восторг. – Когда дело касается уборки, Альва – настоящий перфекционист!

Он хотел было забрать капсулу у Пауля, но тот принялся крутить её в руках.

– Что это такое? – спросил он.

– Старый термос, – ответила Альва и тоже потянулась за капсулой.

Пауль покачал головой.

– Нет. Термосы делают из нержавеющей стали, которая не магнитится, – сказал он, увлечённо разглядывая капсулу.

На выручку пришёл Тилль:

– А что насчёт телефона? Он не ломается из-за твоей способности всё примагничивать?

– Нет, у него тоже корпус из нержавеющей стали, – ответил Пауль, повернувшись к Тиллю, и мгновенно забыл о той штуке, что держал в руках.

Альва осторожно забрала у него капсулу и быстро сунула её в сумку.

Впрочем, ей не о чем было беспокоиться. Разговор с Тиллем о преимуществах нержавеющей стали поглотил всё внимание Пауля без остатка.