Урок первый: зверский шум! - Зильке Шельхаммер

Мала посмотрела на неё с сочувствием.

– Что, планшету всё-таки крышка?

– По-моему, выглядит убедительно, – сказал Йонас, протягивая Альве подписанный конверт. Она вложила внутрь дарственную, заклеила конверт и шумно выдохнула.

– Ну что ж, пора, – дала она сама себе отмашку и направилась к миниатюрному дворцу.

Обернувшись, Альва увидела, что Тилль, Йонас и Мала выглядывают из-за зелёной изгороди, провожая её взглядом. Тилль и Мала ободряюще закивали, а Йонас вдобавок ещё и показал большой палец вверх.

На парковке Альва заметила автомобиль землемеров. На этот раз они приехали вчетвером. Один из них, широко растопырив руки, держал перед собой огромный чертёж – план будущего строительства. Остальные оживлённо тыкали пальцами в разные стороны. И нигде поблизости не было фрау Тинериус, чтобы их прогнать.

Во дворце всё тоже указывало на скорый отъезд. В фойе высились башни из коробок, да и второй этаж целиком занимали какие-то ящики.

Альва постучала в дверь секретариата.

– Что там ещё? – отозвался господин Петрулла.

Альва тихонько открыла дверь.

В секретариате царил полный хаос. На полу стояли коробки – наполовину заполненные, закрытые, пустые, а на каждом свободном пятачке громоздились стопки папок.

От ярко-жёлтых стикеров рябило в глазах. Не залеплен ими был разве что сам секретарь.

– Здравствуйте, у меня тут одна проблема, – робко начала Альва.

– Везёт тебе – только одна, – проворчал господин Петрулла и вопросительно взглянул на неё, оторвавшись от сборов.

Альва притворилась, будто случайно вспомнила о конверте у неё в руках, и сказала:

– Ах да, кстати, вот. Лежал под дверью.

– Под какой дверью? – спросил господин Петрулла, взял конверт и уставился на него, наморщив лоб.

Альва почувствовала, как заливается краской.

– Внизу у входа? – продолжил расспрашивать господин Петрулла.

– Нет-нет, здесь, наверху, – быстро ответила Альва. Внизу его, наверное, сдуло бы ветром. Внутри у неё всё съёжилось, в животе заурчало. Врать – это так сложно.

– Странно, почтальон сегодня уже приходил, – удивился господин Петрулла, крутя конверт в руках.

– Может быть, он забыл его отдать, – невинно хлопая глазами, предположила Альва. Она казалась себе очень смелой.

– Но на нём нет ни марок, ни адреса, и даже отправитель не указан, – заметил секретарь, сверля Альву взглядом.

– Я просто нашла его под дверью! – пролепетала она.

Кто бы мог подумать, что отдать конверт секретарю окажется такой сложной задачей…

– Ладно, – сказал наконец господин Петрулла и, не выпуская конверта из рук, выжидающе посмотрел на Альву. – Так что у тебя там за проблема?

Вздохнув с облегчением, Альва осторожно достала из сумки планшет.

– К сожалению, он немного намок, – тихо сказала она.

– Он что? – гневно спросил господин Петрулла.

– Он намок, когда сверху обрушилось озеро. А я побежала спасать рыб и не успела отнести его в безопасное место… – скороговоркой выпалила Альва.

– Это самое нелепое объяснение из всех, что мне доводилось слышать, – негодовал господин Петрулла. Он взял в руки планшет и попытался его включить. Прибор не реагировал.

Альва услышала, как кто-то вошёл в помещение.

– Альва? Что случилось? – раздался голос директора Францена у неё за спиной. Глаза Альвы широко распахнулись. «Ромашка. Ромашка. Ромашка», – принялась она твердить про себя. Кажется, это всё ещё был самый действенный метод утаить что-то от читающего мысли директора школы.

– Мой планшет вышел из строя, – быстро объяснила она.

Директор Францен подошёл к ней и критично осмотрел сломанный прибор. Альву бросило в пот.

– Ах да, вам тут пришло письмо, – в этот самый момент сказал господин Петрулла и протянул директору конверт. Открывая его, директор взглянул на Альву и спросил:

– А как сломался твой планшет?

«Ромашка, ромашка, ромашка…» – продолжала мысленно повторять Альва. Она уже открыла рот, чтобы ответить на вопрос, но господин Петрулла её опередил:

– Ущерб от порчи водой, – сказал он, многозначительно закатив глаза.

– Ага, – пробормотал дядя Томас и наконец посмотрел на документ, который держал в руках. Альва затаила дыхание.

Прочитав первые строчки, директор Францен судорожно вздохнул и повернулся к господину Петрулле:

– Откуда это взялось?

– Понятия не имею. Лежало под дверью, – сказал секретарь и вопросительно взглянул на Альву.

«Ромашка, ромашка, ромашка!..»

Должно быть, дядя считает её безнадёжной тупицей.

Впрочем, директор Францен, казалось, не обратил никакого внимания на её цветочные мысли.

– Где фрау Тинериус? – спросил он, едва дыша. Взгляд его был прикован к бумагам.

– В учебном корпусе. Сходить за ней? – осведомился господин Петрулла.

Директор кивнул, не отрываясь от чтения.

– Да, это было бы здорово, – сказал он, когда секретарь уже шагнул за дверь.

Оставшись в секретариате наедине с Альвой, директор Францен осторожно отложил документ в сторону.

– У тебя всё в порядке? – спросил он. Лицо его уже не казалось таким каменным, но при этом он и не думал скакать до потолка от радости. Альва едва заметно кивнула и уставилась на свой планшет. Почему он так спокоен?

– Не беспокойся насчёт планшета. Тебе просто выдадут новый.

Она подняла голову и не поверила своим глазам. На лице директора сияла широкая улыбка.

– Ну так что? – продолжил он. – Тебе тут нравится? Останешься с нами ещё на пару недель?

– Но разве мы завтра утром не разъезжаемся по домам? – сказала Альва, гордясь тем, как ловко ей удалось изобразить растерянность.

И тогда дядя сказал кое-что, чего она не ожидала от него услышать:

– Неа! Мы остаёмся!

– Что ж, тогда и я ещё тут побуду, – улыбнулась Альва.

Альва вышла из секретариата с чувством огромного облегчения. На лестнице она столкнулась с господином Петруллой и фрау Тинериус, те спешили наверх. Оба казались серьёзными и настолько озабоченными, что школьный секретарь даже не высказался насчёт сломанного планшета.

Пересекая фойе, Альва вдруг услышала громкий вопль ликования. Фрау Тинериус, безошибочно определила она.

Альва торопилась на улицу. Её друзья сгорали от нетерпения.

– Думаю, мы остаёмся, – широко улыбнувшись, сказала им Альва.

– Точно? – спросил Тилль. Во взглядах Йонаса и Малы тоже читалось сомнение.

Альва хотела было рассказать о радостных воплях в секретариате, но тут тяжёлая входная дверь резко отворилась.

Фрау Тинериус бросилась к землемерам.

– Точнее некуда, – ответила Альва, наблюдая за ней.

– Так что же, выходит, у нас получилось? – тихо спросила Мала. У неё над головой появились облачка и закружились в стремительном танце.

– Похоже на то, – усмехнувшись, ответил Тилль и показал на землемеров. Те с недовольным видом швыряли оборудование в багажник. – Они отступают, – воскликнул он и захлопал в ладоши.

Рядом с ним подпрыгивала от восторга огромная райская птичка. Йонаса наконец-то отпустило напряжение.

Из Малиных облачков во