Леонид. Народная, священная. Том 1 - Виктор Коллингвуд

— Из крепости. Тяжёлые калибры, господин генерал. Батареи подавления работают, но русские продолжают стрелять.

Со стороны Буга донёсся новый взрыв. За деревьями поднялся густой столб земли; через несколько секунд по полю застучали падавшие комья. Командующий не обернулся.

— Дальше на юг. Разведать следующие участки. Здесь работу возобновлять после подавления батарей. Потребуйте авиацию по крепости.

Офицер записал приказ. Для нового участка вновь требовались разведка, подъезды, лесоматериалы и мостовое имущество. Часть понтонного парка сгорела на дороге, часть разбили у реки. Чтобы собрать уцелевшие секции, сапёрам предстояло вытаскивать их из-под огня.

А на восточном берегу уже находились разведывательные батальоны двух танковых дивизий и немецкая пехота. Они удерживали небольшие плацдармы и ждали подхода моторизованных сил и тяжёлого оружия. А танки оставались по эту сторону Буга.

Генерал посмотрел на часы. Прошло уже несколько часов с начала наступления, а движение к Кобрину на этом участке так и не началось.

Москва. Доклад о Бресте. Замысел предполья.

По прежней истории я помнил, как долго держалась Брестская крепость. Её защитникам не оставили ни времени приготовиться, ни возможности нормально снабжаться. Каменные стены и старые валы пережили многое. Если заранее усилить их бетоном, установить защищённые орудия и обеспечить связь, крепость могла задержать гораздо больше сил.

Новую морскую артиллерию нам бы туда никто не отдал. Да я её и не просил. Зато на складах и в береговой обороне оставались восьми-, десяти- и двенадцатидюймовые пушки ещё царского времени. Для современных кораблей они устарели, а вот стрелять по скоплениям немцев у Буга могли вполне успешно.

Такими орудиями можно было рискнуть на передовом рубеже. Совершенно понятно было, что эти орудия через несколько дней замолчат, а еще через неделю — другую окажутся в руках врага. Но за это время они успеют стократно отбить свою ценность.

Еще в конец 39-го их привезли по железной дороге, смонтировали на подготовленных основаниях. Пришлось проделать немалую работу. Для тяжёлых установок требовалось переделывать помещения, усиливать перекрытия, устраивать подачу снарядов. Старую кладку сохранили снаружи, для маскировки, но внутри все залили бетоном, а амбразуры закрыли броневыми масками.

Строительные работы успешно замаскировали под ремонт складов и казарм.

Сектора обстрелов назначали заранее. Орудия не могли обстреливать всё вокруг, зато подходы к мостам и несколько удобных мест для понтонных переправ укладывались в их возможности. При разрушении постоянных мостов немцы должны были искать именно такие участки. Топкий берег вынуждал устраивать настилы и собирать технику у немногих пригодных съездов.

Теперь Гудериан подвёл туда понтоны. И ожидаемо огреб по самое «не балуйся».

Для авианалёта цель получилась ещё лучше, чем для пушек. На длинной дороге, заполненной машинами, главный недостаток однокоординатной бомбы — ошибка по дальности — уже не имел никакого значения. Надо было удержать её над полосой скопления, а место падения вдоль этой полосы могло отличаться на сотни метров.

С радиоуправляемыми бомбами мы возились с тридцать шестого года. Остехбюро хотелось поручить аппаратуре сразу слишком многое. Для массового изделия я настоял на простом варианте: стабилизатор удерживает бомбу, оператор видит хвостовой огонь и поправляет направление вправо или влево. Ни поиска цели, ни сложного самостоятельного манёвра.

Двухкоординатные авиабомбы мы тоже доводили, но выпускали ограниченно, для авиации флота. По шоссе с несколькими рядами грузовиков хватало более простых, «азимутных». Даже промах на два десятка метров не оставлял скученным, набитым, как сельди в бочке немцам никаких шансов.

Именно так я и хотел встретить врага.

Всё предполье до старой границы и линии укреплённых районов мы готовили по одному принципу: останавливать и бить.

Взорванный мост, фугас под головной машиной, засада у тесного прохода, артиллерийский налёт — способ остановки зависел от местности. Дальше требовалось ударить по колонне, пока она стоит. Подтягиваются новые части, заполняют дорогу, скучиваются на развилках; командиры ищут объезд, сапёры расчищают проход. Скопление хорошо видно разведчику, артиллерии и бомбардировщикам остаётся нанести удар.

Немцы расчистят дорогу и пойдут дальше. Но на следующем рубеже их снова встретят.

Брестская крепость когда-нибудь падёт. Мы не строили там неприступного замка и не рассчитывали остановить всю войну несколькими старыми батареями. Но сегодня её пушки разбивали понтоны, стены держали ответный огонь, а танки Гудериана к исходу дня 22 июня все еще стояли на западном берегу.

И каждый потерянный им час доставался нашим войскам, раскручивая счетчик Победы.

22 июня 1941 года, 11 часов 20 минут. Шоссе Кальвария — Алитус. Бросок к мостам через Неман.

— Вилли, что мы копаемся? Объезжай по обочине!

— Не могу, экселенц! Говорят, они все заминированы!

Генерал Функ, командир 7-й танковой дивизии танковой группы Гота, раздраженно уставился на два преграждавшие путь грузовика. У одного лопнула шина, второй остановился помочь, и за ними собиралась колонна. Рядом обер-лейтенант отводил танки на встречную полосу. Пока дорога позволяла объехать, терять время было незачем.

Чешские танки катили мимо с открытыми люками. Командиры высовывались по пояс, подставляя лица ветру. Водитель штабной машины нажал на клаксон и танкист у дороги завернул к кювету, вздёрнув руку в приветствии.

Наступление шло успешно: за Кальварией сопротивление почти прекратилось. Отдельные выстрелы ещё доносились из перелесков, но русские нигде не задержали передовые части надолго. Разведка сообщала о брошенных позициях: ни артиллерийского огня, ни танкового заслона. Теперь седьмая танковая стремительно уходила вперёд, к Неману, за ней по тому же шоссе шла двадцатая. В штабе Гота рассчитывали пройти через Алитус к Вильнюсу.

Пока всё получалось, но нервное напряжение первого дня наступления не отпускало.

Командир дивизии развернул карту на коленях. В Алитусе были два моста. Взять их целыми означало выиграть несколько часов, которые сапёры иначе потратили бы у реки. Передовые подразделения уже получили приказ: не останавливаться в городе, добраться до переправ и удержать оба берега.

Сверху донёсся нарастающий гул и над шоссе прошла четвёрка «Мессершмиттов». Самолёты держались невысоко; на ближайшем хорошо различался чёрный балкенкрест. Танкисты задирали головы, один снял пилотку и помахал ею вслед истребителям. Из кузова грузовика ответили радостными криками.

Функ с удовольствием проводил истребители взглядом. На дороге хватало остановок и поломок, движение дивизии больше походило на одну большую пробку, зато над головой шли свои. Хотя бы с воздуха им нечего опасаться. Лётчики пролетели и ушли вперёд, в сторону Алитуса.

Туда, куда двигалась дивизия.

Связист наклонился от переднего сиденья:

— Разведка у Алитуса. Выходят к северному мосту.

— А южный?

— Ещё нет подтверждения.

— Передайте: нужны оба. Одной переправы мне мало.

За следующим поворотом дорога пошла вниз. Между домами показалась вода, а