Оскоров в ФАПе - Валерий Александрович Гуров

— Его зовут Бильбо, — представил я пёсика.

В этой ситуации мне было интересно, как дети отнесутся к узнаваемому имени. В моём окружении в прошлой жизни не было ни одного человека, кто не связывал бы с этим именем приятных ассоциаций. Но братья оказались абсолютно безразличны. Неужели они не знают ничего про этого великого хоббита?

Я постучался и вошёл в дом, где, как всегда, меня ожидал радушный приём:

— Пётр Иванович, как же я вас ждала! — Наталья Павловна уже не спала.

Я вообще не видел, чтобы женщина отходила ко сну. Возможно, постоянное нахождение в горизонтальном положении принципиально изменило ритм жизни моей пациентки — вместо отдыха один раз в день на 8–9 часов хозяйка дома номер 11 впадала в дрёму каждый час-два.

— Я сегодня не один, можно, ребята тут позанимаются? — Я очень надеялся, что Наталья Павловна проявит терпение и гостеприимство.

Женщина приподнялась на локте, осмотрела ранее чумазых, а теперь чистых и аккуратно одетых братьев и проявила широту души:

— Конечно, и мне будет не так скучно!

Это было началом продуктивной и взаимовыгодной дружбы. Я усадил детей за стол, выдал им найденную в доме книгу — детективы Агаты Кристи — и предложил по очереди почитать. Задача оказалась непосильной — ребята просто путались в буквах.

— Хорошо, — не стал я сдаваться. — Что это за буква?

— А, — уверенно ответил Тёма.

— А это?

— Б, — подключился к уроку Дима.

Так мы вспомнили все буквы русского алфавита. Если кто-то из детей сталкивался с трудностями — не помнил или путал букву, — мы задерживались для более детального разбора. Искали слова, которые начинаются с «проблемной» буквы, искали эту букву в других словах и, наконец, вспоминали слова из головы.

Ребята показали себя смышлёными и ответственными учениками. Однако они не могли долго держать концентрацию и быстро уставали.

В нашем конкретном случае это было даже хорошо, ибо в эти перерывы я мог работать с Натальей Павловной. Однако за первый же день я успел осознать, что процесс обучения пойдёт куда сложнее и займёт куда больше времени, чем я предполагал.

— Теперь давайте попробуем написать по одному абзацу из книги? — предложил я братьям, когда они вернулись с очередного перерыва.

Ребята с готовностью принялись выполнять очередное испытание. В качестве бумаги мы использовали выцветшие газеты, ручки нам были выданы обычные, шариковые. Казалось бы, что могло пойти не так? Всё необходимое для работы есть — перепиши абзац и беги играть на улицу. Так бы и было с обычными детьми из обычных городов и деревень. Но здесь — в Медвежьем Углу — никто не учил детей правильно держать ручку. Этот простой канцелярский инструмент всё время выпадал у ребят из рук: если они пытались написать хоть одну букву — ручка выскальзывала на пол, а если дети хватали её мёртвой хваткой — чаще всего в кулак, — то в таком виде невозможно было эту самую букву написать. Пришлось опять бросать свою пациентку и терпеливо показывать, как обращаются с этим инструментом и главным орудием современного труда.

Как мне казалось, маленькое и простое занятие затянулось почти на два часа! Мне даже пришлось отказываться на сегодня от всех остальных возможных уроков.

— Ну не мучайте больше ребят. — Моя пациентка проявила заботу и сострадание. — Давайте лучше все вместе выпьем чайку с печеньями?

Ребята встретили идею радостными криками. Как я понимал, за счёт пенсии по инвалидности Наталья Павловна была одной из самых состоятельных жительниц хутора. Конечно, она не владела курами и козами, не могла наловить рыбы или выпасти коров. Но у неё были настоящие деньги, а вместе с ними и те товары, которых остальные жители не могли себе позволить.

Например, обычное печенье.

Так что дети были счастливы такой школой. Я же, выпив одну кружечку, дабы не обидеть хозяйку, раскланялся и оставил эту шумную компанию прямо посередине бурного обсуждения какого-то неведомого мне фильма.

Меня ждали дела.

* * *

— Галина Васильевна, у меня к вам важное дело! — Я начал без долгих предисловий. Сразу с места в карьер.

— Слушаю, Пётр Иванович. — Продавщица с довольной улыбкой на лице вытащила калькулятор и тетрадь. — Что будешь брать?

За короткий период я успел стать лучшим покупателем месяца. Что благодарно было отмечено в тетради восклицательным знаком. Остальные односельчане, как я успел отметить, подсмотрев в долговую тетрадь, ограничивались только самым необходимым — солью, хлебом, спичками да «огненной водой».

— Я не за покупками пришёл, — предупредил я.

Женщина разочарованно вздохнула и хотела было уйти, но вовремя опомнилась, что это её магазин. Она не горела желанием вести беседу, но деваться было некуда.

— Вы же регулярно должны обновлять ассортимент товара? Так?

Галина Васильевна с прищуром посмотрела мне в лицо. Она чуяла неладное. Инстинкт подсказывал ей, что чем меньше про неё знают, тем спокойнее ей живётся.

Она стояла, невозмутимо глядя на меня.

— Вам же требуется ездить в город? Так?

— Ты к чему ведёшь?

В магазине было темно и неуютно, прям как на душе у щуплой продавщицы. Кто-то хотел её использовать. А это было неприемлемо!

— Как вы добираетесь до города? — настаивал я.

— Не твоё дело! — резко отреагировала женщина.

По мне, это было проявление чрезмерной агрессии. Мне не нравились грубые и вульгарные люди, и тем более дамы. Но мой статус врача и главного интеллигента в хуторе диктовал необходимость сдержанной реакции:

— Очень даже моё, — покачал я головой. — Больше скажу, оно в ваших интересах!

— Чего⁈

— Ну посудите сами. — Вежливость и терпение должны были рано или поздно пробить щит из грубости. — Вы мне продали продукты в долг. Наверное, планируете получить за них деньги?

— Планирую? — вспыхнула Галина Васильевна. — Ты что, чертёнок, хочешь от обязательств убежать?

Возможно, я слишком переоценил силу вежливости? И недооценил упрямство продавщицы?

— Даже не думал об этом. Наоборот, хотел добраться до города, чтобы снять для вас деньги! — примирительно проговорил я. Галя упёртая, но я упёртей!

Мой последний довод зажёг глаза продавщицы алчным блеском. Отказаться от такого предложения женщина не могла:

— Каждую субботу я езжу за покупками на своей ласточке. Так уж и быть, разок возьму тебя с собой.

Вот так новость, всё это время