Авантюрист - Юрий Александрович Уленгов

Мне ведь придётся его обсуждать. Торговаться. Делать вид, что всерьёз прикидываю, сколько стоит моя совесть.

А Дмитрий Александрович будет рядом.

Я потёр лоб.

Хорошая затея, ничего не скажешь. Мне ведь нужен человек, который прикроет спину, а я собственноручно устрою так, что он первым в эту спину и выстрелит. Чтобы бывший товарищ не успел окончательно превратиться в сволочь.

Нет уж. Сабуров должен знать.

Только рассказать ему должен не я. По крайней мере, не один.

Я поставил чашку.

— Дело секретное, Дмитрий Александрович. И просто так выложить тебе всё я не могу.

Сабуров прищурился.

— А позвать могу, значит? Езжай, Сабуров, куда скажут, там разберёмся?

— Вот потому и заговорил. Втёмную я тебя использовать не собираюсь. Но и чужую тайну по своему усмотрению выдавать не стану. Давай так: мне скоро в Порхов надо. Поехали вместе. Там всё и узнаешь.

Он некоторое время смотрел на меня, потом шумно выдохнул.

— Ну и навёл ты тень на плетень, брат. Вот что значит, в Петербург съездил! Опять тайны какие-то, интриги… Нельзя просто сказать: едем туда-то, делаем то-то. Развёл тут тайны Мадридского двора, понимаешь…

Я лишь всплеснул руками.

— Прости. Не моя тайна. Не могу.

Дмитрий Александрович потёр усы, обдумывая услышанное.

Я не торопил. Кофий как раз остыл настолько, что его можно было пить, не обжигаясь. Сделал глоток, второй. В голове окончательно прояснилось.

— Ладно, — сказал Сабуров. — Будь по-твоему. Как соберёшься — заезжай. Прокатимся. Давно в Порхове не был, хоть посмотрю, что там теперь делается.

Я почувствовал облегчение.

Договорились. Теперь оставалось объяснить церковникам, почему без того, чтобы ввести в курс дела Сабурова я никуда не поеду. Впрочем, это как раз труда не составит. Пусть сами попробуют изобразить отступника перед человеком, который хорошо их знает, и посмотрят, что получится.

— Я слышал, кто-то собирается в Порхов?

Я обернулся.

На террасу вышел Павел Андреевич. Выглядел он вполне довольным жизнью, хотя глаза слегка припухли, а двигался исправник осторожнее, чем вчера до обеда.

Сабуров указал ему на свободный стул.

— Собираемся. Александр Алексеевич по делам, а я за компанию.

— Вот и прекрасно. Буду рад видеть вас обоих. С меня ужин. Ответный, так сказать.

Павел Андреевич уселся, и почти сразу из дома появилась темноволосая служанка с пивом. Исправник поблагодарил её и подмигнул. Девушка залилась краской, поспешно подхватила поднос и скрылась в доме.

Сабуров проводил её взглядом и засмеялся.

— Заедем, Павел Андреевич, обязательно заедем. Кто ж от ответного ужина отказывается? Особенно после такого приглашения.

Ракитин кашлянул, но улыбку не спрятал. Взялся за кружку, немного повернул её, выбирая, с какой стороны удобнее отпить.

Я посмотрел на него и вспомнил, что у меня к исправнику тоже имелся разговор. Причём куда более простой и понятный, чем тот, что только что состоялся с Сабуровым.

— Кстати, о Порхове, Павел Андреевич. У меня с вашим предшественником договорённость одна была.

Исправник остановился, не донеся кружку до рта.

— Какая же?

— Мы с ним договаривались селитру на порох менять. Я под это дело и варницу отстроил. Теперь первая селитра готова, скоро можно будет везти, а с кем договариваться — непонятно. Не хотелось бы, чтобы всё зря оказалось.

Павел Андреевич вскинул брови.

— Почему же зря? Совершенно не зря. Селитра нам нужна, Александр Алексеевич. Привозите, обязательно обсудим. Либо купим, либо сменяем.

Он всё-таки отпил пива, а я невольно нахмурился.

«Либо» мне не нравилось. Продать селитру и потом разыскивать порох — совсем не то, ради чего я затевал всё дело. Денег сейчас хватало. Пороха же много не бывает, особенно там, где я живу.

— Признаться, деньги меня мало интересуют, как бы странно это ни звучало. А вот порох очень бы пригодился. У меня люди вооружены, караулы стоят. Недавно ещё ружей привёз. Только без припасов от них толку немного.

— Да понимаю я, понимаю.

Ракитин поставил кружку и отмахнулся, будто я беспокоился совершенно напрасно.

— Не оставим мы вас без пороха. Вы у нас, можно сказать, форпост в мертвяцких землях. Как же вас обделить? Приезжайте, Александр Алексеевич. Привезёте селитру, посмотрим, сколько её, какого качества. Там всё и обсудим.

Сабуров одобрительно хмыкнул.

Я немного расслабился. Именно это и хотелось услышать. Конечно, разговор за утренним пивом — ещё не выдача пороха со склада. Но новый исправник хотя бы не начал объяснять, что прежние обещания его не касаются и нужно сперва подать прошение, а затем ждать неизвестно чего.

Уже хорошо.

Пока Павел Андреевич пребывал в таком благодушном настроении, следовало воспользоваться случаем. Отложишь до официального приёма — и будешь разговаривать с мундиром, а не с человеком, который только что довольно улыбался служанке.

Я подался ближе.

— И ещё одно дело, если позволите. У предшественника вашего я крестьян выморочных покупал. Из тех, на кого никто прав не заявляет, а содержать их казне накладно. Люди сидят без дела, кормить надо, куда девать — непонятно. Мне же в хозяйстве руки нужны.

Павел Андреевич слушал, разглядывая пену на пиве.

— Не по полной цене, разумеется, — добавил я. — Потому и удалось сговориться. Я забирал людей к себе, устраивал, давал работу. Казне меньше хлопот, мне польза. Если и теперь есть такие…

Исправник сдул с кружки шапку пены и поднял на меня глаза.

— Александр Алексеевич, да всё сделаем. Приезжайте в Порхов, там решим и с людьми, и с селитрой, и с порохом. Сейчас я вам всё равно ничего толком не скажу, у меня здесь ни бумаг, ни сведений под рукой. А вот пиво есть. Давайте лучше выпьем, пока холодное.

Я открыл рот, собираясь вежливо отказаться. Тётушка ждёт, дома дела, я ещё с утра решил не задерживаться…

Потом посмотрел на чемоданчик с деньгами и почесал в затылке.

Доля Сабурова получена. О поездке в Порхов договорились. Селитру примут, без пороха не оставят, людей тоже, возможно, удастся приобрести. За одно утро сделал больше, чем иной раз за целый день беготни.

И всё это сидя на террасе, с чашкой кофия в руке.

Пожалуй, не так уж плохо я провожу время у Дмитрия Александровича. Вполне с пользой для хозяйства. Тётушке, кстати, именно так и скажу.

Я махнул рукой.

— А давайте.

Сабуров тут же оживился.

— Вот это правильно! Девки, несите ещё пива сюда! Александру