Пустой II. Книга 7 - Артемий Скабер

— Полоз вот такой в ширину, — Тавр развёл руки, явно преувеличивая. — Гирта в один миг… — Он запнулся, но не остановился. — Мы его под плиту загнали. Я держал Корень, Сарн бил по ямкам, Рейланд вскрыл горло.

Он повторял то, что уже рассказывал не раз, и всё равно подавал так, будто это новость, которую никто прежде не слышал. Карн повертел ядро в пальцах и поднял глаза на Тавра:

— Втроём, слышал уже… а заявляешь так, будто сам его прикончил.

— Дык, я же помогал! — дёрнулся сын дружины.

Учитель в итоге забрал ядро, и только после этого Тавр понял, что совершил на самом деле. Покраснел до ушей и старался не смотреть в нашу сторону, он только что отдал наш трофей добровольно. И за что? Просто так.

— Глупый Шмыг! — зашипел Сарн. — Он у меня… получит!

— Да… — выдохнул Варис. — Вскружило ему голову, что дружина теперь город держит, а в него собираются вкладываться.

Одр сунул руку в Чашу так, будто проверял, тёплая ли вода в бочке. Сила доползла до четвёртого деления и там замерла. Карн задержал на нём взгляд дольше, чем на других, но Одр ответил ленивой улыбкой.

Следующим был я. До стола было шагов шесть. Хватило, чтобы подумать. На воротах я прикрыл половину Источника, ожидая, что нас могут проверить Чашей, но это не случилось. Тут я собирался сделать то же самое, если вдруг покажет, что у меня седьмая или восьмая ступень… Ничего хорошего, возможно, не будет, я же не Вельт.

Засов на место, малый круг в чашу, щель на половину. Надеюсь, покажет пятую, ну или шестую. Удивятся, запишут и отпустят — таков был мой план, потому что скачок на две ступени после того, что мы пережили, объяснить можно. Засов лёг привычно. Удар, выдох. Малый круг сел, приподнимаясь на ударе.

Подтянул рукав и опустил руку в воду. Вода была ледяной, пальцы свело сразу, до запястья, и холод полез выше, к локтю.

Ничего.

Насечки остались тёмными. Три круга по краю, которые должны были загореться, остались серыми. Я проглотил и октрыл рот, чтобы, чтобы… не знаю, что нужно делать или говорить в такой момент.

А вдруг… после Глота, Мейны и всего остального я что-то испортил в себе и то что я чувствую… это другое и неправильное? В голову полезли слова сектантки, что я уже давно двигаюсь по их пути. Думать было некогда, старший ученик у стола нахмурился. Ниса подняла голову от дощечки.

— Глубже, — велел Карн.

Опустил глубже, до середины предплечья.

Ничего.

Внутри всё скрутило в узел, это всё моя попытка спрятать источник — на это я сейчас надеялся, потому что если это не так… Шалх.

Карн подошёл, оттолкнул меня и сам положил ладонь на край Чаши. Вода тут же подпрыгнула, лизнула край и поползла по насечкам вверх, к самому верху, а три круга вспыхнули ровным светом. Учитель убрал руку и вода опала.

— Работает, — процедил он, не сводя с меня глаз. — Давай-ка попробуем ещё раз…

Учитель смотрел на меня так… будто я враг и стоит мне ошибиться… и какой-то части тела у меня не станет. Проглоти и выдавил из себя ухмылку. Сердце стучало, я делал вид, что всё в порядке и готовился к ещё одной попытке.

Убрал засов. Весь. Малый круг соскользнул с чаши, полоса разжалась, и Источник раскрылся разом. Тепло хлынуло по нитям Дуги, по рукам, в пальцы.

Опустил руку и закрыл на мгновение глаза. Когда открыл, то вода рванулась вверх так, что плеснула через край на стол, на дощечку Нисы и рукав старшего. Пролетела первую насечку, вторую, пятую, восьмую и ударилась в десятую, последнюю, ту самую, выше которой у Чаши уже ничего не было. Встала там, дрожа, как натянутая жила. Три круга по краю загорелись один за другим. Плотность. Чистота. Устойчивость. Ровно, полно, до самых краёв.

Двор замолчал.

Десятая?.. Смотрел на воду, на эти три горящих круга, и внутри разливалось что-то тёплое и тяжёлое. Десятая… и все три характеристики идеальные. Вот тебе и Пустой, выродок из деревни, которого Эйр лупил камнями у ворот, а Тарим урезал норму и обещал выбросить за стену.

Не думал, что так далеко успел продвинуться, я ведь чувствовал потолок, но не знал, где он на самом деле. Пять ступеней за две недели… вот это я понимаю возвышение. Только цена у этого была немалой.

— Десятая! — заорал Тавр так, что с крыши корпуса сорвалась ворона. — Вы видите⁈ Десятая!

— Характеристики, — выдохнул Варис. Он считал насечки губами, будто не доверял глазам. — Все три полные… идеальные.

Сарн стоял, не шевелясь и переводил взгляд с воды на меня.

— Ты… — резко повернулся он ко мне. — Как? Когда? Как? Ты… ты знал?

— Нет, — покачал головой я.

Дарговы зашептались разом, а потом загудели. Кайд присвистнул, Илса медленно повернулась ко мне, и на её лице было то, что я видел в Руинах, когда она поняла, что я мог бы убить её, но не стал. Брам открыл рот и так и забыл его закрыть.

Синара снова оказалась рядом со мной и схватила меня за руку.

— Ты… — облизнула она губы. — Как? Десятая… почти Узел.

Одр единственный кто не удивился, лишь подмигнул и показал большой палец.

Я не знал как себя чувствовать сейчас. Это мой успех или… за это с меня спросят? Вон какой напряжённый Карн. Учитель оказался рядом, даже раненный он двигался достаточно быстро.

— Последняя проверка перед Руинами? — бросил он старшему, не отрывая от меня взгляда.

Ученик поискал дощечки и нашёл нужную.

— Четвёртая ступень. После пилюли Основы у Севры.

— Шесть ступеней… — медленно повторил Карн. — За две недели.

— Выходит, что так, — пожал я плечами, выдавливая из себя улыбку. — Руины и битвы принесли свои результаты.

— Вот так просто? — учитель поморщился. — Шесть ступеней из-за битв?

Теперь та крупица радости от моего возвышения совершенно растворилась. На меня смотрели так, будто я украл. Внутри всё напряглось, рукой попытался сжать копьё, которое я убрал в Схрон незаметно от других. Много… слишком много вокруг людей, у меня не получиться уйти.

Карн повернулся к старшему с перевязанной головой, который стоял у крыльца:

— К Ровэну и приведи