Сокровища далёких галактик - Николай Соколов

В этот раз я не стал торопиться. Подошёл к делу скрупулёзно, с перестраховкой. Технический дрон снял защитную панель с блока управления, вскрыл технологический лючок размером с ладонь. Внутри, словно артерии, лежал пучок переплетённых энерговодов. Оставалось надеяться, что цветовая маркировка хотя бы отдалённо соответствовала стандартам Содружества. Нашёл нужную пару, подал питание от генератора дрона. Створка двери с тяжёлым, скрипучим скрежетом ушла в сторону, открыв свои секреты.

Это, что дежавю? Или реальность, нарочно скопированная с моих самых мрачных воспоминаний?

Три криокапсулы. Стояли в центре небольшой, абсолютно стерильной комнаты, подсвеченные тусклым аварийным голубоватым светом. Они не были частью штатного медблока — слишком автономны, слишком аккуратно спрятаны. Энергоячейки, системы поддержания стазиса — всё работало от той самой резервной сети, которую выследила Умка.

Я подошёл ближе, протирая защитное стекло. Вдруг мне всё таки мерещится. И замер.

Не псевдодраконы. Не чудовища. И даже не люди.

Дети сполотов.

Точнее, одна взрослая девушка-сполот и двое подростков. Они спали, их лица были безмятежны под толстым стеклом крышек. Я знал описание расы, но видеть вживую — совсем другое. Девушка… была красивой, если отбросить предрассудки. Её лицо — тонкие, высокие скулы, раскосые глаза. Нос — небольшой, аккуратный треугольничек, больше похожий на кошачий, но удивительно гармонировавший с общими чертами. И уши — высоко посаженные, заострённые, с лёгким пушком по краям. Она казалась хрупкой. И это была иллюзия. Сполоты были быстрее, ловчее и в разы сильнее людей. А ещё — согласно Базе Знаний и всем солдатским байкам — природные псионы-эмпаты с уровнем псиактивности в диапазоне «В1-С10». Непредсказуемы, яростны и не знали пощады.

Вторая, младшая девушка, и мальчик-подросток в соседней капсуле выглядели так же беззащитно и так же обманчиво.

«Ну и что мне теперь с вами делать, спящие красавицы и красавец из кошмарной сказки?»

Николас Сильве, барон и капитан, развалился в кресле командного мостика «Авроры», наслаждаясь глубокой, приятной ломотой в каждой мышце.

Виртуальный симулятор рукопашного боя против тактических развед-диверсантов из Баз Знаний отработал свою цену на двести процентов. Тело отзывалось на малейшее движение тихим, благородным стоном усталых мускулов. Хорошая боль. Боль, напоминающая, что ты жив и ещё способен реагировать кулаком и клинком на любую внезапную угрозу.

На главном, во всю стену, экране мерцала гипнотическая картина гиперпространства. Не сказочный тоннель из света, каким его рисуют в рекламных роликах для богатых колонистов, а суровое, подавляющее своей масштабностью НИЧТО. Край силового щита «Авроры» разрезал эту бездонную черноту, рождая переливчатые полосы искажённого свечения — призрачное северное сияние, танцующее в абсолютном вакууме. Цель их путешествия была столь же призрачна, сколь и легендарна.

Поиск артефактов. Там, где произошла, битва флотов Джоре. Николас увидел это изображение, что красовалось на потолке кают-компании «Пегаса» в виде громоздкой голографической картины во время своего путешествия около года назад.

Тридцать тысячелетий пыли на могиле целой цивилизации. Историки, увидев картину, до хрипоты спорили о причинах сражения, поэты слагали бесконечные саги о погибших героях, а мошенники всех мастей, от гладких дельцов с центральных миров до ободранных контрабандистов с окраин фронира, рисовали и перепродавали свои «достоверные» карты сокровищ. Карты, от которых несло дешёвой мишурой и дорогой, смертельной авантюрой.

Одну такую, которая пахла не только фальшивым пергаментом, но и реальными координатами, принесла пилот Пармела Элистер. И вот теперь двенадцать потрёпанных, видавших виды транспортников, ведомых капитаном-авантюристом Смоллетом на устаревшем, но зубастом корабле-матке «Пегас», тянулись через пустоту гиперпространства, как стая голодных псов, учуявших запах мифической добычи. Один удачный трюм, набитый артефактами древней эры, и прощай, жизнь звезного странника, вечного должника и наёмника. Здравствуй, спокойное владение маленькой, но своей планетой где-нибудь в спокойном секторе центральных миров. Мечта. Опасная, как игра в русскую рулетку с плазменным зарядом.

Его жена, Светозара де ла Веллия-Сильве, чья родословная тонкой, но неразрывной нитью тянулась к самому императору Антрана, в это время проходила в регенерационной капсуле ускоренный курс навигации шестого ранга. Учёба под разгоном нейросети, вводящей данные напрямую в нейронные связи, была сродни изощрённой пытке. Головные боли, временная потеря связи с реальностью, стандартные побочные эффекты. Но де ла Веллия не жаловались. Никогда. Это была её битва, не на мостике корабля, а в медицинской капсуле, где она сражалась с лавиной знаний, чтобы стать не обузой, а настоящим членом экипажа. Чтобы её стратегический ум, отточенный в дворцовых интригах, получил точные инструменты для работы в звёздных просторах.

Николас отвёл взгляд от гипноза гиперпространства и поднял глаза вверх к потолку.

— Ари, — с лёгкой усмешкой произнёс Николас. — Где ты сегодня прячешься? Пропустишь лекцию о том, как правильно завязывать бабочку, чтобы я не опозорил род Сильве?

Ответ пришёл мгновенно, звуча в нейросети. Голос был безупречно ровным. Ариадна, био-андроид с прошлым длиною в тысячелетие, обжила модернизированный челнок «Конёк-Горбунок» в трюме «Авроры», превратив его в свой командный пункт.

— Я занята, барон. Отслеживаю экипажи. Вероятность обнаружения агента клана «Сумеречная Звезда» среди персонала — 24,7%. Зафиксирована аномалия. Корабельный техник с «Быстрой