На неведомых дорогах вселенной - Николай Соколов
Потом был орбитальный лифт. Мы, всё ещё переполненные смехом и восторгом, развлекали пассажиров, то указывали на особенно причудливые облачные вихри, то сочиняли нелепые истории о лунных кратерах. К нам даже подсела семейная пара с двумя детьми, мальчиком и девочкой, которые сразу принялись расспрашивать, откуда мы такие весёлые и почему с нами трое таких серьёзных дядек.
— Свадебное путешествие, — объяснил я, обнимая Свету за плечи. — А охранников родители настояли взять. На Земле, говорят, в последнее время не совсем спокойно.
Женщина понимающе кивнула, мужчина бросил оценивающий взгляд на наших «серьёзных дядек», а дети продолжали смотреть на нас с восхищением, как на героев приключенческого голо-сериала.
Но всё это веселье смолкло, когда мы вышли на поле земного космопорта.
На меня упало небо. Огромное, бескрайнее, пронзительно-голубое, с ослепительным солнцем посередине. Я замер, задрав голову. Отвык. За месяцы странствий в стальных коридорах кораблей и чёрной пустоте космоса я забыл, что означает бесконечность над головой. Воздух, густой, плотный, наполненный запахами травы, топлива и чего-то ещё неуловимого, живого, ударил в лёгкие.
Светлана тоже притихла. Она стояла рядом, слегка зажмурившись, её лицо было обращено к солнцу, а пальцы сжимали край моей куртки. В её молчании не было восторга, скорее, глубокая, почти болезненная встряска. Как будто она впервые за долгие годы позволила себе сделать полный вдох.
И только Ариадна осталась невозмутимой. Она стояла чуть поодаль, прямая и холодная, как статуя, одетая в строгий костюм из того самого бутика. Её глаза, скрытые тёмными очками, методично сканировали периметр, не обращая ни малейшего внимания на «небо» или «воздух». Для неё это были просто изменённые параметры среды: атмосферное давление — приемлемое, уровень ультрафиолета — повышенный, угроз — не обнаружено.
А вокруг, оглушительно и нагло, трещали кузнечики. Казалось, они стрекотали громче, чем двигатели шаттлов на Луне. Настойчиво и победоносно, заявляя о своём полном праве на этот мир. На мир, который пахнет травой, греется под солнцем и ничего не знает о коконах в тоннелях, и о древних фамилиях, которые могут стоить жизни.
Я взял Свету за руку. Она вздрогнула, но пальцы её разжались и сплелись с моими.
— Пошли, — тихо сказал я. — Нас ждёт остров влюбленных.
Она кивнула, не отводя взгляда от горизонта. А кузнечики трещали, будто торопя нас.
Любой путь вперёд требует хорошего перекуса. Как говаривала моя бабушка Пия: «Как покушаешь — так и потопаешь». В космопорту как раз был прекрасный ресторан на четыре звезды. Цены, ого-го, но для кошелька, подпитанного кредитами Содружества, сущие копейки.
Мы заняли два столика. Один для нас и другой для охраны. Ариадна, естественно, устроилась рядом с нами.
— Наблюдать будет, правильно мы вилки держим или нет, — со смехом сообщил я жене через нейросеть.
Она фыркнула в ответ.
И вот, когда мы со всем этикетом расправлялись со вторым блюдом, я заметил мечущуюся знакомую, ту самую женщину с детьми из орбитального лифта. В тот миг, когда она нас увидела и направилась к нам, я, почуяв неладное, мысленно отправил Ариадне приказ:
- Поговори. Выясни. Помоги, если требуется.
Света тоже встревожилась, но я попросил её обождать, пока наша «секретарша» во всём разберётся.
Они поговорили стоя, тридцать секунд, не больше. Потом Ариадна жестом предложила выйти, и женщина, побледнев, последовала за ней. На все мои запросы через нейросеть андроид сухо отвечала:
- Для выполнения приказа требуются все ресурсы моего тела.
Ага, как же. Я так и поверил. Умка, без моего запроса, вывела нам на внутренний экран запись с веб-камер ресторана. Мы наблюдали, как они скрылись в дамской комнате… и не выходили оттуда, целых двадцать пять минут.
— Наверное, женщине потребовалась какая-то… гигиеническая помощь, — предположил я вслух для Светы, чувствуя, как у меня возникает куча вопросов в голове.
А потом они появились в обеденном зале ресторана, вместе с детьми. Женщина, которую Ариадна почти физически подталкивала к нашему столику, шла с лицом, на котором читалась смесь ужаса и обречённости. В тот же миг на нейросеть мне и Свете пришёл пакет данных.
Я просмотрел его за несколько секунд, и всё стало ясно. Подстава. Доказательная база: видео, показания свидетелей, цифровые улики. Нам хотели приписать похищение детей, ограбление и даже убийство. Всё это произошло бы, если бы я зашёл вслед за женщиной в заранее подготовленную ловушку-комнату. Как сертифицированный юрист, изучивший Базу четвёртого ранга «Законы Содружества», я отлично понимал: с такими «доказательствами» нам вместо острова влюблённых светил бы только побег на самый дикий фронтир. В пиратскую вольницу.
Спасибо, Ариадне. Она не просто разобралась, она смогла перевернуть ситуацию с головы на ноги. Теперь у нас был полный комплект доказательств, что эта «бедная мать» вместе с сожителем и группой лиц готовили покушение на граждан Империи. Всё тот же Кузнецов, бывший начальник СБ «Весты», не мог успокоиться. Поручил Сергею Пузику и его сожительнице Валентине, привлекая хакеров и бывших полицейских, организовать нам «тёплую встречу», с последующим пожизненным контрактом в камере.
Я холодно посмотрел на дрожащую женщину.
— Так, Валя, — сказал я тихо, но так, чтобы слышала только она. — У вас целых полшанса остаться в живых. И десять минут. Воспользуетесь моей безразмерной добротой?
— Д-да… — выдохнула она, и в её глазах запрыгали слёзы паники.
— Тогда бегом. Орбитальный лифт стартует через пятнадцать минут. Настоятельно рекомендую зайти в лунное посольство Империи Антран и добровольно заявить о своём преступном умысле. У вас высокий Интеллектуальный Индекс, значит, рудников на астероиде избежите. Дадут год шахтёрских поселений, поставят нейросеть «Шахтёр». Потрудитесь немного. Зато живая.
— Я поняла! — выкрикнула она не своим голосом, схватила детей и помчалась к выходу, даже не взглянув в сторону кассы.
Я медленно выдохнул и повернулся к Свете. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых читался не страх, а скорее… осознание.
— Всё? — тихо спросила она.
— Всё, — кивнул я. — Почти. Нам всё ещё нужен тот остров.
Ариадна вернулась за стол, поправила несуществующую складку на своём безупречном костюме и села. Её лицо было спокойно, как