Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 - Семён Афанасьев

— В последнем случае Министр юстиции либо подписывает официальный отказ лично (что очень тяжело по понятным причинам), либо молча позволяет вашему человеку въехать — поскольку иное означает открытый конфликт между различными частями одного Государства. Да и отказ тоже его означает, — задумчиво добавил.

Мая непроизвольно ушёл в предсказуемые мысли.

— Миёси-сан!

— Да?

— На всякий случай, чисто гипотетически. Въезд категорически через другой пункт перехода — другой аэропорт, не этот регион. Лучше всего — Токио (Нарита, Ханэда) или Осака (Кансаи). Без встречающих. Без машин. Без «уважаемых людей» на пирсе.

— Я услышал. Спасибо огромное.

— Не за что, мы разговариваем исключительно фигурально, без привязки к текущей ситуации. — Голос чиновника сменил окраску.

Через четверть минуты по его экрану поползла новая картинка.

Офицер, не закрывая дисплея от соседа, удивлённо изогнул бровь:

— Миёси-сан. Наше общение было несомненно познавательным для меня тоже, но в свете новейших обстоятельств предлагаю обо всём сказанном забыть, — щёлкнул ногтем по таблице.

Без очков Мая не мог прочесть мелкий шрифт, а лезть за ними в карман, водружать их на нос — не хотелось.

— Что там? — он вежливо наклонился через чужой локоть. — Простите, не могу разглядеть — возрастная дальнозоркость.

— Когда, — собеседник выделил голосом, — какой-нибудь ваш китайский товарищ попадёт в ситуацию, которую мы только что обсуждали — обязательно воспользуйтесь моим советом.

— А сейчас что?

— А сейчас забудьте всё: не было никакого беглого китайского генерала, стрельбы по нему и прочего худлита.

— Э-э-э⁈

— Никакими китайцами на борту Mudo не пахнет, — кивок на корабль. — Ориентировка была на гражданина КНР, как вариант — с паспортом Особого админрайона Гонконг. — Чиновник говорил очень тихо. — По фамилии Чень.

Мая всё же полез за очками как мог быстро.

— Вижу, — кивнул он через мгновение, всё ещё не понимая.

Собеседник проскролил вниз:

— Совсем другая личность, другая фамилия, другой паспорт: сейчас в Японию въезжает гражданин Тайваня. Он даже пишется иначе.

Обязательно расспросить младшую дочь дома — пусть объяснит, ошарашенно думал кумитё. Как это возможно. Хорошо, что китайский знает родной ребёнок — есть кому растолковать.

* * *

Там же, через пару минут.

— ТРАП ОТКРЫТ! — громко сообщил старший инспектор паре коллег, выходящих на палубу из надстройки.

Кто-то из экипажа мгновенно убрал ленточку, ограничивавшую сход на берег.

— Добро пожаловать в Японию. — Старший группы почему-то сказал это оябуну, игнорируя торопившегося по сходням китайца.

В машине Мая задал Ченю лишь один вопрос:

— Как⁈…

— На корабле отличная аппаратура, — ЖунАнь в ответ едва заметно улыбнулся. — Ну и ты сработал по высшей планке. Совпадения, два в одном. Хотя я и так думал въезжать по тайваньскому паспорту, но после вашего диалога дополнительно убедился.

Вместе с другом в машину сел и человек, который эвакуировал Ченя из Гонконга. Парень из структуры Харуки-куна бегло говорил по-китайски и сейчас выступал в роли переводчика — по своим делам ему тоже нужно в Токио, всем по пути.

— Не понял? — Мая отчасти впал в эйфорию, но старательно скрывал это внешне.

— Двое ваших чиновников начали проверять документы твоих соотечественников, это заняло время. Плюс пара японских паспортов не сразу прогрузились — плохая связь на берегу. — Генерал с наслаждением потянулся. — Ты очень удачно затеял опрашивать их начальника на пирсе.

— И что?

— Мы на MUDO слышали каждое ваше слово! Говорю же, очень хорошая аппаратура.

— Мы всегда контролируем все разговоры в радиусе… в месте, где швартуемся, — добавил от себя переводчик. — По ходу вашего разговора, Миёси-сан, стало окончательно ясно, что ваш друг к конкретной ситуации подготовлен гораздо лучше, чем мы. Тайваньский паспорт с созвучным именем — панацея.

— Кто на что учился, — Чень захохотал искренне, непринуждённо. — Я вот вашим пилотажем до сих пор восхищаюсь, хоть по земле, хоть под водой. А документы, что документы. Я всё же генерал. Был…

— Контракт на перевозку закрыт? — человек Годзё ровно смотрел на оябуна Эдогава-кай.

— Да. Спасибо.

— Пожалуйста, переведите тогда вторую часть оплаты?

— Секунду. — Оябун, чертыхаясь в адрес личной рассеянности, быстро полез за своим гаджетом.

Парень Харуки-куна тем временем достал телефон, кого-то набрал:

— Контракт закрыт, — пошли последние детали. — … Доклад окончил.

— …

— Есть. Оплату… — взгляд на Мая, — … сейчас добьют.

— Уже. Исполняю. Пять секунд. ЕСТЬ.

— …

— До связи. Из Токио наберу, — переводчик повесил трубку.

— С вами приятно иметь дело, — глава Эдогава-кай качнулся вперёд-назад, обозначая поклон.

— Что случилось? — лежавшая в шезлонге в паре метров от бассейна Хину подобралась — Моэко шла по бортику ну очень целеустремлённо.

И с таким видом, что любому, знавшему её близко, неординарность происходящего становилась очевидной.

Подруга не сменила офисный костюм на купальник, имела вполне определенное выражение лица и (самое главное) не переобулась — так и цокала каблуками по подогретым камням пола.

В мире существует очень немного людей, которым в Атлетике дозволено подобное. Даже в виде исключения.

Такидзиро развернулся на звук вслед за Хьюгой, мазнул по идущей взглядом и через мгновение оказался на ногах:

— Рассказывай.

Моэко и рассказала. Спокойно, без истерик, по сути.

— Что ты об этом всем думаешь? — спросила она Решетникова, с благодарностью принимая стакан воды от вызванной Хьюгой через браслет девочки из массажного сектора.

— Я много чего думаю, — метис не отвёл взгляда. — Но ты сейчас неконструктивно мыслишь. Погоди, сниму истерику.

Он пару секунд потаращился в переносицу якудзы, зачем-то щёлкнул пальцами у той над ухом и жизнерадостно просветлел физиономией:

— Отмирай. Теперь будешь соображать нормально.

— Как ты это делаешь? — Моэко и правда стала спокойной, даже позитивно задумчивой.

— Пф-ф-ф, как говорит Уэки Ута-сан. Просто стабилизировал твои собственные мыслительные процессы, — отмахнулся логист. — Кортизол и норадреналин по определению снижают точность сознания — потому что бей-беги.

— Ты мне их как-то понизил? — борёкудан заинтересовалась.

— Ты сама себе их понизила, у тебя отличный ресурс «пилота». Просто перехват управления «автопилотом» случился в большом для тебя стрессе, сложно выныривать самой, — пояснил Решетников. Затем под давлением двух женских взглядов нехотя добавил. — Я лишь подтолкнул — помог повернуть тумблер в нужную сторону. Ты реально сама.

Пилот и автопилот, они же сознание и подсознание — Хину была в курсе внутренней терминологии этих двоих.

— Мне сейчас понадобится вторая часть твоих интересных способностей. — Моэко то ли просила, то ли информировала.

Поёрзав в пластиковом кресле, она устроилась поудобнее и придвинулась к стажёру:

— Ты же в состоянии вытащить недостающий контент через «мост», если я тебя попрошу?

Такидзиро сразу не ответил.

— Для