"Дом Зверя". Компиляция. Книги 1-5 - Ричард Карл Лаймон

Особенно под всем этим мехом.

Мужчина, должно быть, порос волосами с ног до головы. Нет, голова была обрита. Даже макушка. Только на затылке остался венчик темной щетины, которую мужчина, судя по всему, не брил несколько дней.

«Ему следовало бы побрить живот», – подумала Донна.

Она снова посмотрела на лежащего. И все равно не заметила никакого движения.

Серые брюки сидели на бедрах так низко, что из-под них виднелась резинка трусов. Мешковатых семейников. В полоску. Донна посмотрела на ноги незнакомца. Серые грязные кроссовки были старые и рваные, подошва у одного отклеилась и держалась теперь лишь на оранжевой изоленте.

– Сэнди?

– М-м?

– Сиди в машине.

– Что ты собираешься делать? – в голосе девочки слышался страх.

– Я на секундочку выйду.

– Нет!

– Солнышко, он нам ничего не сделает.

– Мам, пожалуйста…

– Мне кажется, он умер.

Донна открыла дверь машины и осторожно выбралась наружу. Она закрыла дверь за собой. Заперла. Подергала ручку. Упираясь в машину кончиками пальцев для равновесия, она осторожно спустилась по склону и встала над мужчиной. Он не двигался. Донна застегнула ветровку и опустилась рядом с ним на колени.

– Эй… – Она потрясла его за плечо. – Ты живой?

Донна прижала ладонь к его груди и почувствовала, как она поднимается и опадает, ощутила легкое биение его сердца.

– Ты можешь очнуться? – спросила женщина. – Я хочу тебе помочь. Ты поранился?

В сумерках она не замечала движения обтянутой в перчатку руки, пока та не вцепилась ей в запястье.

4

Донна испуганно вскрикнула и попыталась вывернуться, но ей не удалось избавиться от крепкой хватки незнакомца.

Он открыл глаза.

– Отпусти. Пожалуйста.

– Больно, – сказал он.

Его пальцы сжались еще сильнее. Но его прикосновение было странным. Опустив глаза, Донна обнаружила, что мужчина держит ее только большим и еще двумя пальцами правой руки. Еще два пальца торчали прямо. С легким содроганием женщина сообразила, что там, в перчатке, скорее всего, ничего нет.

– Прости, я не хотела делать тебе больно, – сказала Донна, – но теперь ты делаешь больно мне.

– Ты убежишь.

– Нет. Честно.

Он ослабил хватку.

– Я бы тебя не обидел, – по голосу казалось, что мужчина вот-вот расплачется. – Я просто хотел внутрь. Незачем было меня бить.

– Я испугалась.

– Я просто хотел внутрь.

– Где у тебя болит?

– Тут, – он указал на свой затылок.

– Я так не вижу.

Мужчина с кряхтением перевернулся. На земле, там, где только что находилась его голова, Донна разглядела бледное пятно камня. И хотя вокруг стало уже слишком темно, чтобы увидеть наверняка, на нем вроде как не было крови. Донна ощупала голову незнакомца, почувствовала мягкую щетину бритых волос и, наконец, нащупала шишку. Потом она посмотрела на свои пальцы. Потерла их между собой. Никакой крови.

– Я Аксель, – сказал мужчина. – Аксель Кач.

– Я Донна. Крови вроде не видно.

– До-о-на…

– Да.

– Донна.

– Аксель.

Он поднялся на четвереньки и повернулся к ней.

– Я просто хотел внутрь.

– Ничего страшного, Аксель.

– Мне нужно уйти?

– Нет.

– Можно мне остаться с вами?

– Может быть, мы можем уехать отсюда все вместе. Ты сможешь нас куда-нибудь отвезти?

– Я хорошо вожу.

Донна помогла ему встать.

– Почему бы нам тогда не подождать, пока рассеется туман, а потом ты отвезешь нас куда-нибудь, где мы сможем найти помощь?

– Домой.

– К тебе домой?

Мужчина кивнул:

– Там безопасно.

– Где ты живешь?

– В Малькаса-Пойнт.

– Это далеко?

– Мы поедем туда.

– Где это, Аксель?

Он указал во тьму. На север.

– Мы поедем домой. Там безопасно.

– Хорошо. Но надо подождать, пока рассеется туман. Ты можешь посидеть в своей машине, а мы – в своей.

– Идите со мной.

– Когда рассеется туман. Пока-пока.

Донна боялась, что Аксель попытается помешать ей сесть в машину, но этого не случилось. Она захлопнула дверь и опустила стекло.

– Аксель? – Он подхромал поближе. – Это моя дочь, Сэнди.

– Сэ-эн-ди-и, – протянул он.

– Это Аксель Кач.

– Привет, – тихо и неуверенно поздоровалась Сэнди.

– Ладно, еще увидимся, – сказала Донна. Она помахала рукой и подняла стекло.

Несколько секунд Аксель молча смотрел на них. Потом взобрался вверх по склону и пропал.

– Что с ним такое? – спросила девочка.

– Кажется, он слегка… тугодум.

– В смысле, идиот?

– Это очень грубое слово, Сэнди.

– У нас в школе тоже есть такие. Знаешь, как их называют? Особенными.

– Так звучит получше.

– Да, наверное. Куда он ушел?

– Обратно к своей машине.

– Он уедет? – спросила Сэнди с надеждой.

– Не-а. Мы подождем, пока туман рассеется, а потом он нас отсюда увезет.

– Мы поедем на его машине?

– Наша уже точно никуда не поедет.

– Да, но…

– Ты бы предпочла остаться здесь?

– Он меня пугает.

– Это просто потому, что он странный. Если бы он хотел нам навредить, у него было уже достаточно возможностей. Лучшего места уж точно не найти.

– Может быть, а может и нет.

– В любом случае мы не можем оставаться здесь.

– Знаю. Иначе отец нас найдет, – на овальном личике девочки ее глаза выглядели черными дырами. – Он больше не в тюрьме, да?

– Да. Окружной прокурор… Помнишь, мистер Голдштейн? Он звонил сегодня утром. Твоего отца вчера выпустили. И мистер Голдштейн позвонил, чтобы нас предупредить.

– Значит, мы убегаем?

– Да.

Девочка затихла, сидя на полу машины. Донна грудью легла на руль и закрыла глаза. В какой-то момент она уснула. Разбудил ее тихий всхлип.

– Сэнди, что такое?

– От этого нет никакого толку.

– От чего?

– Он нас найдет.

– Золотце!

– Найдет!

– Солнышко, постарайся уснуть. Все будет хорошо. Вот увидишь.

Девочка снова затихла и только изредка всхлипывала. Донна облокотилась о руль и снова попыталась уснуть. Она погрузилась в напряженную мучительную полудрему, заполненную горячечными видениями… Но через какое-то время почувствовала, что все-таки придется выбираться из машины. Она терпела, сколько могла, но даже если остальные части тела могли вынести эту муку, то полный мочевой пузырь – нет.

Донна забрала упаковку салфеток, лежавшую на полу рядом с Сэнди, и бесшумно выбралась из машины. От холодного воздуха ее затрясло. Донна глубоко вздохнула и покрутила головой, пытаясь размять напряженные мышцы шеи. Это не особенно помогло. Она тихо захлопнула дверь и заперла ее.

Прежде чем отпустить ручку двери, Донна кинула взгляд поверх автомобиля. На обочине дороги, меньше чем в двадцати футах от багажника «Маверика», стоял пикап.

Аксель Кач сидел на крыше кабины, свесив ноги на лобовое стекло. Его обращенное к небесам лицо освещала полная луна. Казалось, он смотрит на нее как зачарованный.

Донна тихо прокралась вниз по склону. Со дна канавы она все еще видела голову Акселя. Расстегивая брюки, она не сводила с нее глаз. Громадная голова с разинутым ртом была