Стон океана - Эмма Хамм

Через секунду Фортис уже почувствовал эффект. По телу разлилось странное онемение. Лекарство словно выкачало из него все эмоции, оставив лишь пустые мысли, – ни капли сердца, что вело его всю жизнь. Связь с океаном тут же оборвалась. Неудивительно, что солдаты Тау были так хороши, – за исключением тех глупцов, которые притащили его в свой город.

Обычно они были осторожными. Тщательно выискивали противника, сражались с прицельной точностью. Алексия тоже, в каком-то смысле. Но порой Фортис чувствовал, что гнев берет над ней верх. Гнев и желание быть лучшей в своем деле.

Эта доза была куда сильнее необходимого, вдруг понял он. Даже глубинник чувствовал легкий эффект, это при его-то размере. Она от такой дозы должна была выключаться полностью. Но нет.

Алексия ведь принимает это уже так давно, вспомнил он. С самого детства. Эти люди создавали детей, накачивали их различными препаратами под завязку и растили из них солдат, которые не будут задавать вопросы.

Все плавники Фортиса распушились от ужаса. Отвратительно было испытывать жалость к этой женщине, но… Тут ему в голову пришла следующая часть пророчества жены.

В том серебристом звере ты найдешь свое спасение…

Он пока не знал, сбылся ли этот фрагмент. Но Фортис еще не все воспоминания Алексии разобрал на части, не всю ее жизнь расшифровал. Сначала нужно было добиться ее доверия. А значит, хотя бы притвориться, что она ему симпатична.

Фортис со вздохом выкинул в бездну последнюю иглу. Ему не хотелось притворяться, что он ей симпатизирует. Глубинник ее и так уже уважал, а это было куда больше, чем заслуживали ахромо. Нужно было просто убить ее и покончить с этим.

Но что-то в нем не желало Алексии смерти. Только если в схватке с ним самим.

Океан надавил на Фортиса, посылая видение от богини. То самое, что видела его жена. То самое, с которым ему приходилось жить. Холод металлического стола под спиной. Темные глаза, темные волосы, смертельное онемение во всем теле.

Это Алексия? Это ей предстояло убить его?

Видения редко были четкими, но сейчас, когда океан показал то же, что Фортис столько раз видел за годы жизни, он понял: это правда была она. Алексии было суждено стать его убийцей, и он наконец достиг финала своей истории.

Вздохнув, глубинник позволил этому знанию улечься под жабрами. Скоро ему предстояло умереть. Алексия нанесет финальный удар. Почему-то это приносило покой. Он столько сражался, чтобы добраться до этого момента. И теперь знал, что скоро настанет конец.

Стегнув хвостом, Фортис понесся по воде обратно к кораблю. Сегодня она его убивать не станет. У него еще было время собрать нужную информацию. Оставалось только надеяться, что скоро выпадет шанс поделиться открытым с кем-то из своих. На всякий случай.

Огни корабля стали еще тусклее. Батареи Фортис положил совсем недалеко, но спрятал их от Алексии. По крайней мере, ей точно туда не добраться без его вмешательства. У нее не было энергии ни на что, кроме как сидеть там, куда он ее посадил.

Но на этот раз, подплывая ближе, глубинник заметил, что шлюз в корабль был… открыт. Она должна была закрыть его, когда Фортис уплыл. Но не закрыла. Что за игру вела эта ахромо? Неужели хотела, чтобы он вернулся, несмотря на то что украл ее драгоценные лекарства?

Нахмурившись, Фортис сделал круг внизу корабля. Небольшие металлические ножки оставляли достаточно места, чтобы можно было забраться под дно, но все это казалось похоже на ловушку.

Алексия была слишком хорошим бойцом, чтобы оставить этот проход, не имея плана.

Прищурившись, Фортис попытался услышать какое-нибудь движение внутри. Ничего. Ни единого шороха ног о металл. Могло ли ахромо хватить дурости уйти? С нее сталось бы. Она решительно хотела спастись, но в то же время ни разу не предприняла за это время ни единой попытки. Так почему сейчас?

Или она ждала внутри, надеясь, что Фортис станет ее искать. Чтобы забить его насмерть в той тесной комнатушке.

Взяв камень, Фортис закинул его в корабль и притаился, ожидая движения. Отчасти он надеялся, что попадет по Алексии. Но нет, ни звука. Ничто не подсказывало ему, внутри ли она вообще.

– Ну не хватило же ей глупости… – пробормотал глубинник, но сам не был в этом уверен. Может, она именно настолько дура.

Алексия вообще себя не щадила. Это он уже понял. Уже видел, как она прыгает в воду за ним.

Фортис осторожно заглянул внутрь корабля через люк. Осмотрел комнату, но смотреть особо было не на что. Сваленные ящики снова были сложены в аккуратную стопку. Кресло осталось развернуто так же, как когда он схватил коробку. Но внутри стало темнее, словно она выключила свет, чтобы сохранить энергию.

А вот самой женщины нигде не было.

– Алексия? – окликнул Фортис, поднимаясь дальше из воды. Опершись локтями о пол, он заглянул за штабель ящиков, на случай, если она спряталась там. Ее нет. Может, и правда ушла.

И тут он совершил ошибку, поднявшись еще дальше в комнату. Привалившись к полу бедрами, Фортис вдруг осознал, что ни разу не обернулся. Да и зачем, если та часть корабля уже неделю как была отрезана стеной для сохранения тепла?

Так он думал.

Вес тела Алексии врезался в его спину с такой силой, что Фортис ударился подбородком о пол. Правый бедренный плавник прошило болью. Когда он попытался перевернуться, то понял: ему что-то мешает. Взглянув вниз, глубинник увидел, что Алексия прибила его плавник к полу металлической скобой. Это же могло оставить пробоину в корабле – неужели она сама этого не понимала?

Его с силой перевернули, и скоба дернула за плавник так, что Фортис разгневанно оскалился.

– Больно! – рявкнул он.

– И хорошо. – Приставив пистолет со скобами к его второму плавнику, Алексия снова выстрелила. – Так и должно быть.

Теперь она сидела на нем верхом, и оказалось проще простого схватить ее за бедра, чтобы удержать на месте. Глубинники на ощупь были совсем не такими. Фортис привык ощущать под ладонями прохладную, гладкую чешую, за которую так сложно было ухватиться.

Эта женщина была теплой. Даже в холодной комнате, в которой она торчала уже неделю, Алексия оставалась теплее него. Ее бедра были мягкими, и, как бы ни гуляли в них сильные мышцы, Фортис мог удержать ее на месте. Ткань штанов была странной на ощупь, и за нее легко было ухватиться. Когти глубинника вошли чуть глубже, вероятно вонзаясь в мягкую кожу под одеждой.

По крайней мере, это заставило Алексию остаться на месте, где ему