Первый Предтеча 7 - Элиан Тарс

Глава 17

Несколько минут я размышлял над тем, кого взять с собой на прием в качестве сопровождающего — полковник сказал, что можно одного. Секретаря у меня нет, партнерши здесь тоже, так что пришлось выбирать из имеющихся кандидатур.

Петрович отпадал сразу — за эти сутки, а по факту даже больше, вымотался он изрядно, а ему нас еще в обратный путь везти. Хотя дед мог бы внести определенный шарм в светское мероприятие.

Лапа? Ну нет, княжеству и так досталось, а он там последние запасы продовольствия изничтожит.

Что же до главы гвардии…

— Боезапас подбить надо, — загибал пальцы Святогор, когда я предложил ему отправиться со мной. — Топливо на все машины выбить, пока штаб еще не сняли. Запаску опять же раздобыть, а то после пикапа на всю колонну одна осталась. Сам выезд готовить. Ну и местным с завалами бы помочь не помешало.

— Ты мне докладываешь или оправдываешься? — поинтересовался я.

— Докладываю, — ответил он и помолчал. — Первый, я не устану повторять: в поле я нужнее, чем у стола с пирогами. Да и костюма у меня с собой подходящего нет.

В принципе, уломать Свята я бы мог и довольно быстро — рычаги давления имеются. Не нравятся ему светские торжества? Но так он личный дворянин и вполне еще может вырасти до потомственного, а в теории и дальше — значит надо учиться не только топором махать, верно?

Однако же и мучать своего друга сейчас мне не хотелось. Лучше побережем его трепетную душу для других приемов. Для тех, где будет блистать одна небезызвестная вдовствующая баронесса… А что? В качестве учителя светской жизни лучшее нее для Свята никого не найти.

Так что я только кивнул ему, с видом, мол — живи пока. Глава гвардии облегченно выдохнул и тут же поспешил гонять бойцов. А то чего они расслабились, пока начальник страдает?

Мне на глаза попался Лапа. Этот здоровяк умудряется оказываться там, где что-то происходит, и «незаметно» узнавать информацию. Разумеется, он слышал наш разговор со Святогором и не так истолковал мой взгляд.

— Командир, а я-то за что? — быстро пробасил он. — Без «Руссо-Балта» как-то уже и несолидно мне на мероприятия отправляться. К тому же мне местная бабулька сегодня губадию обещала показать… Говорит, кто ее не пробовал, тот в Казани и не был!

— Вот и иди посмотри на губадию бабульки, — разрешил я. — А со мной поедет Наиль.

— Я? — удивился проходивший мимо с какими-то ящиками электромаг.

— Отдохнешь, поешь на фуршете, а заодно, если, кто-то скажет что-нибудь не предназначенное для моих ушей по-татарски — запомнишь и потом расскажешь, — спокойно проговорил я.

Наиль прокрутил мои слова в голове и, в итоге так и не понял, печалиться ему или радоваться своей избранности.

Полковник Сафин особо отметил, что это не обычное светское мероприятия, а по сути его полевой вариант. Нет ничего лучше прийти на награждение героев битвы с военной форме.

Однако то, что форма должна быть чистой…

Я нашел в своей сумке чистый черный тактический комплект с гербовой печатью на плече, и поверх него накинул мантию.

С Наилем гвардия решала вопрос суровее. Ерш со все еще перевязанными ладонями стоял над ним, пока Муха выравнивал парню затылок ножом, а Зубов гладил его форму крышкой горячего чайника, подложив под нее чистый кусок брезента. Выглядело все это так, словно электромага готовили к свадьбе.

Дополнила образ уже знакомая старушка в платке, которая подошла к Наилю, что-то проговорила на татарском и протянула ему черную бархатную шапочку с мелкой серебряной вышивкой. Парень попытался отказаться, но старуха и слушать его не хотела.

— Что она говорит? — уточнил я.

— Говорит, в кремль так полагается, — пробормотал Наиль. — Это тюбетейка. И говорит, чтобы я ее не позорил.

— Тогда про наруч тоже не забывай, — заключил я.

Довольная собой старуха пошла восвояси, а за нами уже приехал внедорожник с гербом Ширинских во всю дверь.

По дороге я смотрел на Казань — на те самые улицы, которые мы расчищали всю ночь и утро. Город понемногу оживал: по тротуарам ходили люди, у магазинов снимали щиты с витрин, даже проехал самый обычный трамвай.

Над рекой возвышались белые стены Кремля, который издалека казался копией ярославского. Ну, может был немного побольше… да из-за стен торчали острые верхушки.

«Анхарт, у них башня падает, — доложил летевший над нами Рух. — Скажи им»

«Думаю, она так не одно столетие стоит», — отозвался я.

На воротах стояли гвардейцы в парадной форме — на груди у каждого был тот же герб княжеского рода — белая птица на зелёном поле. Наша машина притормозила у въезда. Боец быстро подошёл к водителю и принял из его рук бумагу.

А затем он поднял глаза на меня, задержался взглядом на мантии и застыл. Лицо его стало таким, будто он увидел фотографию собственной жены в обнимку с незнакомцем.

— Рахим итегез, — выговорил боец, пытаясь скрыть недоумение. — Добро пожаловать, ваше благородие.

Машина остановилась у входа во дворец, где нас уже встречали девушки в темных платьях и маленьких бархатных шапочках с бисером. На подносах у них лежали горки золотистой липкой сладости, и первым делом мне предложили отломить кусок.

Что я и сделал.

— Чак-чак. Так дорогих гостей встречают, — тихо подсказал Наиль. — Вместо хлеба с солью.

И это встреча на «военном» приеме? Что же здесь делается на свадьбах тогда?

Мы вошли в длинный зал с высокими окнами. Вдоль стен тянулись столы, но стульев не было. Зато еды хватило бы на всю мою колонну, ребят Ирбиса и жителей ближайших домов. Если бы, конечно, Лапы в тот с нами не было.

Девушки разносили чай с молоком в пиалах, так что я взял две и протянул одну Наилю.

Первым делом я попробовал казылык — вяленую колбасу из конины. Учитывая, что после боев я так и не пообедал — есть хотелось сильно.

Затем принялся знакомиться с другими блюдами местной кухни, узнавая у Наиля их