Предатель. Я сотру тебя! - Лия Жасмин

— Доброе утро, Лиза Анатольевна, — повторил он мягче. — Очень прошу прощения за вторжение. Сергей Петрович настоял, что нужно срочно... и лично. Дал адрес. — Он чуть поднял стаканчики. — Я прихватил кофе. Сергей Петрович сказал, вы предпочитаете крепкий, без сахара? — В его голосе звучала искренняя попытка сгладить неудобство.

Лиза почувствовала, как напряжение в плечах чуть ослабло. Не ожидала кофе. Не ожидала этого тона.

— Доброе... доброе утро, Олег Игоревич, — выдохнула она, отступая. — Проходите, пожалуйста. Да, спасибо... кофе. — Она приняла стаканчик. Тепло приятно обожгло ладони. — Сергей Петрович не предупредил, что вы приедете. Что-то случилось? — Она все еще ловила дыхание после визита свекрови.

Варламов шагнул в прихожую, огляделся бегло, с легким сочувствием.

— Он позвонил мне минут сорок назад, сам взвинченный. Сказал: «Олег, нужно срочно к Елизавете Анатольевне. Ситуация изменилась, и ждать нельзя». Адрес дал. Я сразу выехал. — Он поставил папку на узкую консоль у зеркала, аккуратно положил рядом свой стакан. — Боюсь, утро у вас выдалось непростым и без нас, — добавил он тихо, его взгляд скользнул по ее лицу, отмечая следы напряжения. Никаких лишних вопросов. Просто констатация. И в этом было что-то человечное.

Лиза кивнула, сжимая стаканчик. Слова не шли. Она сделала глоток горячего кофе — горького, крепкого. Он помог собраться.

— Да, утро... выдалось, — подтвердила она скупо. — Но что случилось с нашим планом? С пресс-релизом? Вчера ведь все обсудили...

— Именно поэтому я здесь, — Варламов открыл папку, достал лист бумаги. Его лицо стало серьезным, но не жестким. — Наши недоброжелатели, кажется, решили опередить нас. Сергей Петрович узнал, что в паре редакций уже гуляет... слив. Искаженные выдержки из протокола СЭС. И самое гадкое... — он аккуратно положил лист перед ней, указывая пальцем на строчку, — там добавлены туманные, но очень ядовитые намеки. На то, что ваше... «сложное личное положение» могло негативно сказаться на управлении салоном. Анонимный источник, конечно же.

Лизу будто окатили ледяной водой. Личное положение. Слова свекрови обретали жуткую конкретность. Она закрыла глаза на секунду.

— Они... они не могут... — прошептала она, чувствуя, как подкатывает тошнота от такой подлости.

— К сожалению, уже могут, — тихо сказал Варламов. В его голосе не было паники, только твердая решимость и... сочувствие? — Сергей Петрович в бешенстве. Он уже готовит юридический ответ. Но нам нужно действовать быстро и громко, чтобы перекрыть этот яд до того, как он расползется. Наш вчерашний релиз о несправедливости системы — сильный, но сейчас он рискует утонуть в этих сплетнях. Нам нужно добавить щит.

Он перевернул лист. Под черновиком вчерашнего релиза — «Под прессом анонимок: Как непрозрачные проверки душат малый бизнес?», лежал другой лист. В самом верху, четким шрифтом, было написано:

«Заявление от руководства салона красоты "lunasol"».

Уважаемые клиенты, партнеры и представители СМИ, С глубоким сожалением вынуждены констатировать, что в ряде источников начала распространяться недостоверная информация о работе нашего салона, искусственно смешанная с намеками на личную жизнь владелицы, Лизы Анатольевны Кирёевой. Категорически заявляем:

◦ 1. Любые попытки связать профессиональную деятельность салона с личными обстоятельствами кого-либо из сотрудников являются безосновательными, некорректными и направлены исключительно на нанесение вреда нашей деловой репутации.

◦ 2. Распространение подобных инсинуаций, особенно из анонимных источников, считаем актом недобросовестной конкуренции и клеветы. Юридическая служба готовит опровержение и оценивает основания для подачи исков о защите чести, достоинства и деловой репутации.

◦ 3. Настоящий пресс-релиз посвящен исключительно системной проблеме... Далее шел их основной текст о проверках.

— Сергей Петрович уже проверил каждую запятую с юридической точки зрения, — пояснил Варламов мягко, но убежденно. — Это необходимо. Чтобы сразу отсечь грязь, показать, что мы не собираемся это терпеть, и уже потом говорить о главном — о том, как саму систему используют как дубину против бизнеса. Без этого заслона... весь смысл нашего основного послания потеряется. Нам нужно ваше согласие и подпись, Лиза Анатольевна. Чтобы выпустить это прямо сейчас. Чем быстрее, тем больше шансов не дать сплетне разгореться.

Лиза смотрела на слова: «...с глубоким сожалением...», «...категорически заявляем...», «...актом недобросовестной конкуренции и клеветы...». Это был не крик, а четкий, достойный удар по лжи. Тот страх и унижение, что оставила свекровь, начали сменяться холодной, чистой решимостью. Она взяла ручку, которую он молча протянул. Рука не дрожала.

— Да, — сказала она просто, четко. — Это правильно. Запускайте. И передайте Сергею Петровичу... пусть бьет по всей строгости закона. Я не позволю им топтать мой дом и мое дело.

Ее подпись легла на бумагу ровно и уверенно.

Варламов взял лист, аккуратно положил его в папку. На его лице мелькнуло облегчение и уважение.

— Спасибо, Елизавета Анатольевна. Я выйду на связь с редакциями сразу из машины. Текст появится в течение часа. — Он собрал папку, взял свой недопитый кофе. — А вам... пожалуйста, позаботьтесь о себе. Утро было тяжелым. Выпейте кофе спокойно, соберитесь. Мы ждем вас в салоне, когда будете готовы. Там... все будет под контролем. — Его взгляд был теплым и ободряющим. Не означал вперед, на поле боя, а говорил позаботьтесь о себе, мы подождем.

— Спасибо, Олег Игоревич, — искренне сказала Лиза. — За кофе... и за оперативность. Я скоро буду.

Он кивнул, еще раз извиняюще улыбнулся за ранний визит и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Лиза осталась одна. Она поднесла стакан ко рту, сделала глоток. Горький, крепкий, ее кофе. Она посмотрела на свое отражение в зеркале: женщина в халате, с мокрыми волосами, уставшая, но с прямым взглядом и подбородком, который уже не дрожал.

Борис сидел в своем дорогом, но внезапно ставшем чужим кабинете. Экран ноутбука пылал статьей. Той самой статьей. «Непрозрачность проверок»... «Проблемы малого бизнеса»... «Салон „lunasol“ под ударом анонимок».. И подпись — Олег Варламов. Этот... пиарщик. Этот наглец, которого Лиза наняла.

Горький ком подкатил к горлу, смешанный с яростью.

— Как она посмела?! — пронеслось в голове. Он сглотнул холодный кофе — гадость, но ассистентка сегодня как-то особенно тупа, не могла свежий сделать. Весь мир вдруг ополчился. Лиза, эта... Анна с ее вечными требованиями и сюрпризом. дети, которые теперь не брали трубку... А теперь еще и эта статья! Публичное унижение! Они выставили его козлом, подлецом, который давит бизнес бывшей жены! Но он же не давил! Это была всего лишь... проверка. Обычная процедура! Разве он виноват, что там нашли нарушения? Хотя...