Ниночка - Чарлз Брекетт
Пока Свана говорила, Ниночка окончательно пришла в себя.
Ниночка. Думаю, ваш визит не затянется. Леона здесь нет.
Свана. Конечно, нет, дорогая. У меня даже подозрений никаких не было. Просто смешно. (Кинув взгляд в сторону гостиной.) И не затем я пришла, чтобы забрать его шляпу.
Через раскрытую дверь видна шляпа Леона, забытая на столе в гостиной.
Свана направляется в гостиную. Ниночка идёт за ней.
Свана (в дверях). Какой затхлый запах у вчерашнего веселья! Как у погасшей сигареты.
Ниночка. Если наше вчерашнее знакомство дало вам повод прийти ко мне, боюсь, вы меня плохо поняли.
Свана. Не беспокойтесь, вы разговаривали достаточно грубо. (Продолжая говорить, раздвигает шторы и открывает окна.) Не возражаете, если я впущу немного солнца и свежего воздуха? Вам станет лучше, я уверена. А мне надо, чтобы вы были в порядке. В здравом уме и твёрдой памяти.
Ниночка (к ней вернулась обычная твёрдость). Переходите к делу, пожалуйста. Что вам нужно?
Свана. Я пришла поговорить с вами по душам.
Ниночка. Нам не о чем разговаривать.
Свана. Вот тут вы ошибаетесь. Если мы сядем и поболтаем, я уверена, разговор получится совсем не скучный.
Ниночка. Мадам, что у вас говорят, когда думают совсем другое: «Я счастлива видеть вас»? Такой степени цивилизованности я не достигла.
Свана. Ничего, я умею говорить и с простым народом.
Ниночка. Я вынуждена просить вас покинуть...
Свана (перебивая). Покинуть? А я как раз пришла просить вас покинуть. Не отель и не Париж, а Францию. В пять сорок есть рейс на Москву.
Ниночка (озадаченно). Мадам, если вы...
Свана. Не беспокойтесь, я уже заказала билет. Погода лётная, и меня заверили, что с попутным ветром вас в два счета доставят в Москву.
Ниночка (всё ещё не понимая). Если это шутка, она не смешная. Или вы воображаете, что по-прежнему командуете всеми из своего петроградского дворца?
Первый раз Ниночкины слова задели Свану за живое.
Свана (с горечью). Мой петербуржский дворец! Да, вы его у меня отобрали. Вы отняли у меня моего царя, мою страну, моих людей — всё, что у меня было. (С напором.) Но больше не отнимете ничего, предупреждаю.
Ниночка (просто). Людей нельзя отнять, мадам. Ни сто шестьдесят миллионов, ни даже одного человека. Если они вас любят. А вас не любили. Поэтому вас нет в России. И поэтому вы сегодня пришли сюда.
Свана. Очень интересно, дорогая — но, может быть, вы напишете мне об этом из Москвы? Диссертация о любви на советской бумаге. Забавный будет парадокс!
Ниночка. Хватит острить, мадам. Шутки в конце концов надоедают. Однажды вы уже сделали эту ошибку: пробовали решить все проблемы, улыбаясь людям с балкона. Это не произвело впечатления.
Свана. Дорогая моя, вы ещё не знаете, как я умею производить впечатление. Посмотрели бы вы на меня, когда на мне все мои бриллианты, а на голове — диадема.
При слове «диадема» Ниночка встрепенулась. Припомнив вчерашнее, она поглядела на сейф. Дверца заперта.
Свана (продолжает болтать). Не будете же вы отрицать, что мы с народом рассчитались: отдали ему восемь Романовых. Восемь.
Ниночка. Настоятельно прошу вас уйти.
Свана. Только после того, как вы согласитесь воспользоваться рейсом в Москву.
Ниночка. Тогда остаётся только попрощаться.
Решительно направляется в спальню. Прикрыв за собой дверь, смотрит, на месте ли диадема. Её на кровати нет.
Ниночка бежит обратно в гостиную. Тянет на себя дверцу сейфа. Сейф открылся сразу: он не заперт. Внутри пусто. Ниночка обмерла от ужаса. Кидается к телефону.
Ниночка (в трубку). Елисейские, двадцать семь — шестьдесят три.
Ждёт, пока соединят.
Свана (от двери). На вашем месте я бы не стала будить Леона. По крайней мере, раньше трёх — после вчерашнего.
Ниночка. Я просила вас уйти, мадам.
Свана. Поверьте, Леон вам не поможет. Он ничего не знает про бриллианты. Даю вам слово! Клянусь!
Положив трубку, Ниночка пристально смотрит на Свану. Потом подходит к ней вплотную.
Ниночка. Где они?
Свана. Не беспокойтесь. По счастью, вчера вечером о них позаботился очень надёжный друг. Возможно, он превысил свои обязанности официанта, но, как русский человек, выполнил свой долг.
Откинув шарфик, она показала Ниночке звезду из бриллиантов (мы её видели среди других драгоценностей).
Свана. Это я надела из сентиментальных соображений. Остальное — в безопасном месте. Уверяю вас! Но если вы захотите сообщить в полицию...
Ниночка. У меня нет другого выхода.
Свана. А когда выяснится, при каких обстоятельствах они пропали? Это не поставит советского представителя в неловкое положение?
Ниночка. Мне придётся отвечать за это. Но и вам тоже. Вас ведь спросят, как вы их заполучили.
Свана. На это ответить просто. Мне подарила их мать. А ей они достались от её матери. Они мои. Взять назад то, что тебе принадлежит, это не значит украсть.
Ниночка. Они всегда принадлежали русскому народу. Он заплатил за них потом и кровью. Заплатил тысячами жизней. Так что бриллианты вам придётся отдать.
Свана (торжествующе). Я же говорила, что нам есть, о чём потолковать. Присядем?
Обе садятся.
Свана (деловым тоном). Давайте отставим эмоции и попробуем решить проблему по-деловому. Ситуация в корне переменилась. Раньше у меня имелись только претензии, теперь у меня имеются бриллианты.
Ниночка. Другими словами, моральные соображения для вас ценности не представляют. Хорошо, займёмся юридической стороной дела. Вам известно, что Франция признала советскую власть?
Свана. К сожалению.
Ниночка. По советским законам, эти драгоценности принадлежат государству. Франция наверняка посчитается с этим.
Свана. Мой юрист согласен с вами. Он говорит, что в суде Франция будет на вашей стороне — но не забывайте, что одним судом дело не ограничится. Я затаскаю вас по судам. Это займёт года два, не меньше, можете мне поверить.
Ниночка. Эти два года — не слишком ли дорого вам обойдутся? Когда вы деньги выжимали из своих подданных, можно было шиковать, но теперь...
Свана. Может, я и потеряю деньги, но вы-то уже потеряли работу. Вряд ли ваши товарищи станут ждать два года.
Ниночка. Понимаю. Пугаете меня голодной смертью?
Свана. Нет, я просто рассуждаю беспристрастно. Нам обеим эти два года не сулят ничего хорошего. Но мы можем ужать их до двух минут, если вы согласитесь на