Гибельный оплот - Элизабет Мари Поуп

– Не надо петь, – взмолилась она. – Просто скажи мне, что она сделала. Шёпотом, если хочешь. И никто нас не услышит. Пожалуйста, Рэндал. Что она сделала?

Рэндал открыл баночку с мазью и склонился над ладонью Кейт, их головы почти соприкоснулись.

– Тэмлейн сказал деве стянуть его с белой лошади и крепко удерживать, – выдохнул он торопливым шёпотом. – Нелегко ей пришлось.

– Разве так трудно стянуть человека с лошади? – недоумённо спросила Кейт.

– Нет, если он сам не против. Но волшебный народец наложил на него заклятие, чтобы заставить её отпустить его.

– Что за заклятие?

Голос Рэндала стал ещё тише:

– Его облик менялся в её объятиях, – прошептал он. – Одни говорят, что он превратился в холодную змею, другие – что он стал обжигающим пламенем, третьи – что он обернулся огромной птицей, есть и те, кто считает, будто он принимал все эти облики по очереди; но она всё равно крепко держала его, и в конце концов он вернул себе истинное обличие и узнал её, и тогда феям пришлось отпустить их.

Кейт порывалась было отмести рассказ о превращениях как выдумку певцов и сочинителей, но к этому времени она уже насмотрелась на волшебство госпожи и догадывалась, что история основана на искажённых воспоминаниях о том, что произошло на самом деле. Но (твердо сказала она себе) несчастная героиня баллады не знала, что чары фей – всего лишь зелья и дурман, к тому же она была совершенно одна. У Кейт всё же оставалось место, где она могла бы попросить о помощи.

– Рэндал, как отсюда добраться до деревни?

Рэндал извлек из сумки моток льняных лент и теперь заботливо перевязывал ей руку:

– Ступайте через лес вдоль ручейка от водопада до реки, а река выведет вас на равнину, – сказал он. – И погасите свечи, иначе подожжёте ветки. Я пойду с вами, чтобы показать путь.

Идти по берегу ручейка под переплетением ветвей было непросто из-за темноты, зато начинавшаяся сразу за лесом долина с редкими деревьями виднелась ясно, почти как при свете дня. Луна, окончательно округлившаяся и ещё более величественная, чем в танцевальную ночь, странствовала по небу средь скоплений звёзд; её яркое свечение заставило Кейт понадеяться, что никто не следит за дорогой с Холма. Из-за высящихся на ней крепостных стен и закрывающих небо башен тёмная громада Холма казалась больше, чем обычно, больше, чем Кейт её помнила, и становилась тем больше и внушительней, чем ближе они подходили.

Впереди в воротах горел огонь.

– Рэндал.

– Да, сударыня?

– Может ли крепкий мужчина… ну или отряд крепких мужчин, один за другим… попасть в замок по твоему тайному пути, через стену за конюшнями?

– Крепкому мужчине там не пройти, сударыня. Только кошка да я могут вскарабкаться на крышу конюшни.

Они пошли дальше. Кейт попыталась ускорить шаг, но это усилие лишь показало ей, насколько она вымотана, слишком вымотана для быстрой ходьбы, а медленное передвижение по длинной ярко освещённой дороге казалось бесконечным. Где-то на полпути Рэндал взял её под руку, но она не помнила точно, когда это произошло. Перед ними постепенно вырастал замок.

– Госпожа Катерина.

– Да, Рэндал?

– Почему бы вам не пойти туда, а не в деревню? – Рэндал указал на огонь в воротах. – Там ваше место.

– Сначала я хочу зайти в деревню.

– Нет, не надо. Деревенские боятся обитателей замка. Как-то деревенский мальчишка швырнул в меня камень.

– Теперь они не будут швыряться камнями. У меня в деревне есть друзья, и они меня узнают, – ответила Кейт.

– Не узнают, – в голосе Рэндала звучала уверенность. – Я по вашей осанке понял, что вы стали феей, но когда они увидят вас при свете, то примут за лесное чудище, и захлопнут двери у вас перед носом.

– Но…

Кейт заколебалась. До сих пор она не задумывалась над тем, как это будет выглядеть: нечто в пятнах крови, с растрёпанными волосами, в диковинном платье из шкур завывает на пороге в Праздник мёртвых.

– Я им назовусь, – продолжила она спорить. – Тогда они мне поверят. Конечно же, поверят.

– Только не они. В канун Дня всех святых в мир вырываются призраки и злобные твари. Вы до утра можете стучаться в двери и называть себя, никто вас даже слушать не станет.

– Они должны послушать. Я хочу, чтобы их мужчины пошли со мной в замок.

– Мужчины из деревни? – стоявший на тропе у подножия Холма Рэндал развернулся и посмотрел на неё так, будто она с ума сошла. – В замок? В канун Дня всех святых?

– Они должны пойти со мной, Рэндал. Должны, говорю тебе. Нужно прорваться сквозь ворота. По-другому не получится попасть туда.

– Почему бы вам просто не войти в ворота? – неуверенно предложил Рэндал.

Терпение у Кейт наконец лопнуло:

– Потому что привратник запирает ворота сразу после захода солнца, – рявкнула она.

– Только не в канун Дня всех святых, – возразил Рэндал. – В канун Дня всех святых двери оставляют открытыми, чтобы мёртвые могли приходить и уходить.

– Ох, Рэндал! – выдохнула Кейт. Ну конечно же, он был прав; она и сама знала об этом обычае, но снова забыла. – Рэндал, я… но как быть с привратником? Там привратник. Он стережёт ворота.

– Привратник спит. Он не проснётся, когда вы пройдёте мимо него. Весь отряд сэра Джеффри в полном облачении и с оружием может галопом въехать через ворота, привратник всё равно не пробудится. Он спит слишком крепко.

– Что значит «не пробудится»? Он что, пьян?

– Нет. Он спит, говорю же. Они все там спят. Все двери