Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана
— Ну как, познакомились? — спросил он, снимая её с кровати.
— Да, — весело отозвалась Мирелла. С тех пор, как она переселилась в тело приморской ведьмы, она чувствовала себя так, будто в её жилах постоянно бурлит тот пенистый хмельной напиток из винограда, который Даджи называл шампанским. Расхрабрившись, она поцеловала его в щёку.
— Своевольничаешь? — вздёрнул он бровь.
— Почему нет? Любовь, знаешь ли, она такая, не знает сословных границ.
— Ладно, идём завтракать. И учти, если еда остыла, я не посмотрю ни на какую любовь и накажу тебя.
— Договорились, — взяв его под руку, Мирелла прильнула к нему бедром. — Только не бей слишком сильно, хорошо?
— Это уже не тебе решать… — он развернулся к ней. — С каких это пор мы перешли на «ты»?
— Вам показалось, мой господин, — пряча улыбку, она, как положено служанке, отступила назад и сложила подобающим образом руки.
Даджи смерил долгим взглядом её склонённую голову, украшенную замысловатой причёской из золотых волос, и в его душе вновь всколыхнулось давно забытое чувство. Он протянул руку и, приподняв её личико, испытующе посмотрел в синие как небо глаза.
— Странно видеть тебя в чужом облике, но что-то в этом есть. Иди рядом, хватит с меня твоего притворства. Не бойся, я тебя не накажу. Только если ты совсем уж выведешь меня из себя.
— Правда? — сверкнула улыбкой обрадованная Мирелла и, спохватившись, прижала пальцы к губам. — Ой! — она попыталась встать на колени, но Даджи не дал ей этого сделать.
— Глупая ведьма! Чего ты испугалась? Я же сказал, что не буду наказывать тебя по пустякам.
— Спасибо, мой господин, — с почтительным поклоном проговорила Мирелла и снова взяла его под руку. — Давайте поспешим, пока еда действительно не остыла.
— Идём, — согласился Даджи, и они направились к столовой.
В раздумье он вновь посмотрел на преобразившуюся ведьму. «Прекрасна как богиня и внутренне свободна как ветер. Если верить тому, что она сказала, больше её не тяготят прошлые грехи. И это плохо. Если Мирелла переродилась, то удержать её будет ещё сложнее. Пока ещё действует старая дрессура, но стоит дать слабину, и всё будет кончено, она улетит, и её уже не вернёшь. Кстати, есть ощущение, что мне не просто так отдали Владычицу ночи. Хранители хотят, чтобы я предпочёл её Мирелле? — Даджи припомнил неотступный взгляд девушки, висящей на кресте, и покачал головой. — Ну, даже не знаю. Конечно, она землячка, и у нас гораздо больше точек соприкосновения, поскольку мы из одного культурного слоя. Одна беда, на тот момент я посчитал, что Мирелла потеряна навсегда, а треклятый демон, если его не сдерживать, любому маркизу де Саду даст сто очков вперёд. Так что теперь поладить с Танечкой Орловой будет очень сложно. Интересно, почему она держится за облик аборигенки и ни разу не предстала в истинном виде? Неужели стесняется своей внешности? Значит, в исходном виде она выглядит не очень…»
«Не хочу Владычицу ночи, пусть будет Мирелла», — неожиданно заявил лис.
«Заткнись! Мои женщины тебя не касаются», — отозвался Даджи, удивлённый миролюбивым тоном демона. Впрочем, после ожесточённой схватки, в которой победитель так и не определился — во всяком случае, ему так казалось — их взаимоотношения несколько утеряли прежнюю напряжённость, чему он был только рад. «Почему именно она?» — спросил он.
«Потому что ведьма мне нравится», — последовал высокомерный ответ.
Даджи усмехнулся. «Опасаешься, что теперь, когда Владычица ночи вернула свои силы, она надерёт тебе задницу?»
Демон презрительно фыркнул. «Между прочим, это и твоя задница», — напомнил он.
«В том и беда, что задница у нас одна на двоих, — Даджи вздохнул. — Творишь всякую дичь ты, а отдуваться приходится мне. Кстати, не понимаю, почему ты её не прикончил».
«Потому что она такая же, как я», — не сразу ответил демон.
«Ого! — оживился Даджи. — Выходит, к Владычице ночи ты тоже не равнодушен? Тогда почему не она, а Мирелла?»
«Не твоё дело! И да, хочу тебя порадовать. Слияние завершено, контроль полностью у тебя, так что заканчивай приписывать все злодейства мне, теперь ты в ответе за нас обоих, как если бы мы были одной личностью», — заявил демон и злобно рыкнул, когда Даджи стал допытываться, чем именно контроль над ним отличается от того, что было раньше, если всё осталось по-прежнему.
В столовой Даджи был рассеян и задумчив, это привело к тому, что он посадил жирное пятно себе на ханьфу. Вопреки ожиданиям Миреллы, он не наказал никого из слуг, хотя раньше расправа следовала незамедлительно. Он лишь сменил ханьфу, а затем уселся на террасе под грушей, которую слуги боялись не меньше хозяина, и по обыкновению начал играть на цине. В её мелодии чувствовались тревога и замешательство, а не тоска и сожаление, как это было раньше.
Такое поведение своенравного демона-лиса заставило слуг в поместье основательно понервничать. Мирелла тоже весь день ожидала взрыва, но пришла ночь, и Даджи, так никого не прикончив, отправился в свою опочивальню, что на её памяти случилось впервые. «Неужели он?..» — взволнованно подумала она, но так и не посмела оформить в слова посетившую её крамольную мысль.
***
Поскольку беглецы совершили посадку довольно близко к месту предстоящей мистерии, то Кат Ворон решил, что им лучше смешаться с толпой паломников, чтобы не привлекать к себе внимания, и Владычица ночи скрыла карлика под личиной ребёнка. Заодно она сняла с Чары ошейник с цепью, и та облегчённо перевела дух, а затем вполне искренне её поблагодарила.
На лице девушки промелькнула смущённая мина, но тут же сменилась прежним холодным выражением, и она лишь кивнула, принимая благодарность наёмницы.
Кат Ворон, исподтишка наблюдавший за ней, не переставал удивляться происшедшим с ней переменам. Прежняя Владычица ночи, шаловливая и беспечная, нравилась ему куда больше, чем её хмурое альтер-эго. Он понимал, что с девушкой случилось что-то очень плохое, но каждый раз, когда он собирался поговорить с ней об этом, она встречала его ледяным взглядом, и он отступался. Да и выглядела эта Тесса иначе, чем раньше; как-то разом она повзрослела и очень похорошела, превратившись в настоящую красавицу, и вдобавок основательно подросла. Поначалу Кат думал, что это ему кажется, но затем убедился, что они почти одного роста, хотя в прошлом она доставала ему только до плеча.
Будучи опытным воином, он заметил