Сокровища далёких галактик - Николай Соколов

Сектор V-3452. Скрытый технический отсек «Авроры». Мелией Силар-Д'Элайнен.

Верховная мать прайда в день отлёта была сурова и холодна, как ледник в горах Домашнего Мира. Не только с Мелией Силар-Д'Элайнен, восемнадцати лет от роду, но и с близнецами из одного помёта — Тэль и Арьяной Линн-Д'Элайнен, едва достигшими десяти. Краткий напутственный инструктаж прозвучал не как благословение, а как приговор: - Вы бывшая тень прайда. Вы уже никто. Никаких сантиментов, никаких связей. Вы вычеркнуты.

И всё из-за этих древних, проржавевших традиций, выдуманных тысячу лет назад для скудного генетического котла их расы. Чтобы не допустить вырождения, клоудеры практиковали обмен младшими наследниками. На деле, тонкую политическую игру, где разменной монетой были жизни неудачников вроде её. Учитывался статус, влияние, богатство прайда. А расклад был не в пользу обедневшего, хоть и древнего, рода Д'Элайнен, ведущего летопись четыреста лет. Их отдавали троих, получали двоих. Неравноценный обмен. Позор, залитый формальностями.

Небольшой перелёт на наёмном фрегате, и после унизительного ритуала принесения клятвы на Чуждой Земле, они вольются в прайд Лундар. В прайд нуворишей, сполотов-купцов, купивших себе дворянские патенты чуть более века назад. Для гордых Д'Элайнена это было всё равно что смешать кровь с грязью.

Команда фрегата, на котором им предстояло пересечь двести световых лет пустоты, смотрела на них свысока, с откровенным пренебрежением. В их глазах читалось: - Безродные. Изгои. Самый низший статус в иерархии Лундар, даже ниже прислуги.

Но Мелией было уже всё равно. Самое страшное случилось раньше. Во время священного ритуала повышения Пси-силы произошёл сбой. Неслыханный позор. Её гордый ранг С5, обещавший место среди элиты прайда, рухнул до жалкого D1. Она догадывалась. Состав эликсира был подменён. Целенаправленно. Красивая, сильная, перспективная конкурентка оказалась слишком опасной для кого-то в тенях совета прайда. Переживавших о выживании собственного потомства. Нет сильного ранга, нет будущего. Нет будущего, есть только путь в чужие земли, в качестве бесплатного приложения к сделке. Близняшек отдали просто потому, что их клоудер и так имел низший статус. От них избавились, как от бракованного помёта.

— Дышите глубже. Это безвредно, — монотонно произнёс медик, и в капсулу с шипением хлынул усыпляющий газ.Корабельный медик, бесстрастный и молчаливый, провёл их по стерильным коридорам. Его движения были чёткими, лишёнными всякого сочувствия. Помещение с криокапсулами встретило их холодным блеском металла и стекла. Автоматические ложементы мягко, но неумолимо приняли их тела.

Веки налились свинцом и сомкнулись. Последней осознанной мыслью была мысль о мести. Яркая, жгучая, беспомощная. Потом она съежилась в сознании, превратившись в назойливо зудящего комара обиды. А затем и вовсе растворилась в наступающей тьме небытия. Мелией сладко, беспробудно заснула на время перелета, или насколько хватит заряда батарей.

— Аварийное пробуждение. Аварийное пробуждение. Нарушена безопасность. Угроза жизни. Подготовка к эвакуации.Комар вернулся. Но на этот раз он не зудел. Он визжал. Пронзительно, невыносимо, разрывая ткань сна. Это была сирена системы оповещения, врезающаяся в мозг, ещё не до конца проснувшийся Мелией. До омерзения правильный, лишённый каких-либо интонаций женский голос вещал на стандартном языке Содружества, звучащем теперь как похоронный звон:

Вначале она ощутила себя ледышкой, но постепенно холод сменился резким, болезненным жжением в конечностях Мелией с силой разлепила веки, и мир предстал перед ней в искрах и размытых пятнах. Где она? Что случилось? Где близнецы?

И сквозь рёв сирены, уже на подсознательном, зверином уровне, её нюх, острый и дикий, уловил десятки запахов, кружа голову: озон, смазка, металлическая пыль, и за этим всем запахи живых существ. Людей. Стресса, любопытства, настороженности.

Мелией толкнула крышку капсулы, грубо перевалилась через край и встала на пол, пошатнувшись. Холод металла обжёг босые ступни.

Сквозь слёзы, вызванные ярким светом, она различила силуэт. Девушка? Нет. Плавные, слишком правильные линии, отсутствие живого теплового излучения и запаха живого существа, характерный фоновый запах очищенных полимеров. Андроид! Поняла она.

— О Духи космоса! — её собственный голос прозвучал сипло, хрипло, непривычно. — Ты кто?

— В текущей ситуации, твоя спасительница, - прозвучал, спокойный, отчётливый, с лёгким, едва уловимым металлическим оттенком голос. В нём не было ни тепла, ни сочувствия, только холодная констатация. — Хотя, учитывая обстоятельства твоего обнаружения, термин «спасение» можно трактовать по разному.Фигура сделала едва заметный шаг вперёд. Свет высветил тонкие, искусно смоделированные черты лица в образе элегантной женщины с бирюзовыми глазами.

Мелией чувствовала, как по спине бегут мурашки, но не от холода. От этого голоса. От этой… правильности.

— Тебе следовало бы начать с благодарности, — продолжил андроид, и в его интонации, казалось, промелькнула тень чего-то, похожего на сарказм. — Но вместо этого я задам вопрос. Как, по твоему мнению, три несовершеннолетние особи расы сполотов, известной своим изоляционизмом, оказались в криокапсулах на борту пиратского крейсера класса «Огненный Шквал» в секторе, удалённом от ваших территорий на сотни световых лет?

Вопрос повис в воздухе, острый, как игла. В горле у Мелией пересохло. Месть, позор, сговор, подменённый эликсир. Всё это взметнулось внутри, требуя выхода криком, обвинением, исповедью. Но её аристократическая выучка, вбитая годами дрессировки, сработала как предохранитель. Горло сжалось. Она выпрямилась, насколько позволяла слабость в ногах, пытаясь придать своему испачканному криогелем лицу выражение холодного достоинства.

— Это… сложная история, — выдавила она, выдавая голосом внутреннюю дрожь.

— Все сложные истории имеют простое начало, — парировал андроид. Его глаза, сменив цвет на голубой, были пристально устремлены на неё, будто сканируя не только внешность, но и малейшие изменения в пульсе, температуре кожи, микродвижения мимики. — Например: «Меня продали». Или: «Нас похитили». Или: «Мы бежали». Какая из этих заготовок ближе к истине, юная Д'Элайнен?

— Это не твоё дело! — вспыхнула она, и гнев, жгучий и живительный, на мгновение прогнал слабость. — Ты просто машина! Ты не можешь понять…Услышав своё бывшее родовое имя, произнесённое с безупречным, но бездушным произношением, Мелией вздрогнула. Они знают.

— Понимать — моя прямая функция, — невозмутимо перебил её андроид. — А текущая ситуация такова: вы находитесь на частном корабле