На неведомых дорогах вселенной - Николай Соколов

— А это не опасно для меня? — спросил я, понимая, что тот меня обманывает.

— Нет, что вы! Я уже лично их под сто тысяч поставила.

— Хорошо, — сказал я, преданно заглядывая ей в глаза.

Она подошла ко мне, а я, ускорив восприятие и скорость, перехватил из её рук шприц-инжектор и нажал два раза. После чего тихо спросил:

— Хватит или ещё?

Медичка, мотнув головой, тихо прошипела:

— Три дозы — смертельно… Пощадите…

— Для чего он предназначен? — спросил я.

— Подавляет волю и… программирует, — ответила она, побелев.

— Отлично, — ещё тише прошептал я. — Идёшь к главе корпорации и всё ему подробно рассказываешь. Повторить или всё поняла?

— Мне всё понятно, — неожиданно громко сказал она и, повернувшись, ушла.

Конвойный в бронескафе так ничего и не понял, потоптался пару минут и тоже ушёл, не забыв закрыть дверь.

— Умка, компромат нашла на этих шантажистов?

— Да, шеф. Нашла. На их сервере и личных ИСКИНах. Много и разного. Кому высылать?

— На президента корпорации, — ответил я. — Не доверяю я что-то службе безопасности корпорации. Подпишись «сотрудник СИБ Империи Антран», и мой номер значка добавь. Им всё равно не узнать, кто за этим номером стоит. Что там по диспетчеру? Если вдруг связан с преступниками, постарайся загнать в долги.

— Я поняла. Накажу, да так, что мало не покажется.

— Ещё, Умка: мы с Авророй возвращаемся на шаттл. Открывай наши камеры. Почисти записи в этой ОПГ и в диспетчерской тоже. Нас здесь не было.

— Аврора, солнце моё, — обратился я к невесте, — поиграли в казаки-разбойники и хватит. Пошли назад к нашему «Коньку-Горбунку». Пристыкуемся в общем секторе.

Не получилось у нас прошмыгнуть незаметно. Служба безопасности корпорации подняла шухер до небес. Нас тоже проверили, и какой-то из диспетчеров вспомнил нашего неказистого «Конька-Горбунка».

И вот теперь на меня зло, с плохо скрываемой ненавистью, смотрел Артём Кузнецов, начальник СБ корпорации «Великороссии». Тот самый офицер, что год назад пытался очернить меня в глазах моей названной сестры, Листи. Я же, напротив, сохранял дружелюбную, чуть отстранённую улыбку. А чего грустить? Никаких реальных улик у него на меня не было. Зато с него самого сейчас срежут стружку, и может быть до самой сердцевины. Развел, понимаешь ли, на корпоративном астероиде бандитскую малину.

Моя версия была проста и непритязательна: я пристыковался, после чего был незаконно задержан неизвестными лицами. Меня шантажировали, угрожали убийством родных, о чём я, как добропорядочный гражданин, его, начальника СБ, предупредил. Затем послал сигнал SOS. Я же не виноват, что он его проигнорировал. Зато некий сотрудник СИБ Империи Антран. Благородная и загадочная душа, среагировал на несправедливость, спас и помог нам сбежать.

Я вежливо напомнил, что мои адвокаты уже вышли на главу корпорации и требуют разъяснений по факту моего незаконного задержания. А также мягко уточнил, что я и госпожа Светозара являемся гражданами Империи Антран первой категории, и любая дальнейшая провокация в наш адрес будет стоить лично ему не только огромных денег, но и карьеры, репутации и, возможно, свободы.

— Если верить вашим намёкам, господин Кузнецов, — добавил я с лёгким недоумением, — выходит, мы вдвоём проникли на высокоохраняемый объект, устроили теракт, подделали улики и всё это, чтобы вымогать у корпорации деньги? Не слишком ли грандиозный замысел для простого совладельца, которому и так здесь кое-что принадлежит?

Моя умничка Аврора сидела рядом, сложив ручки на коленях. Свои прекрасные, зеленые лучистые глаза она скромно опустила в пол, и на любой прямой вопрос отвечала лишь лёгким, почти незаметным движением ресниц — идеальная картина невинной девичьей кротости, за которой спряталась стальная воля.

В конце я не выдержал и, всё так же мило улыбаясь, заявил, что считаю его действия некомпетентными, и как совладелец корпорации намерен требовать его отстранения.

Тут его окончательно прорвало. Он закричал, что сделает всё, чтобы нас «посадили навсегда», что у него есть связи, что мы ещё «заплачем кровавыми слезами».

Умка, не дожидаясь команды, тут же отправила видео с криками Кузнецова и криптографическим ключом достоверности прямо главе корпорации, сопроводив кратким анализом: клевета, угрозы гражданину первой категории, создание репутационных рисков. Потенциальный ущерб — до семьдесяти процентов стоимости акций.

- Однако, — добавила она от моего имени, — Николас Сильве не заинтересован в таком ущербе для общего дела. Он лишь требует адекватных кадровых решений.

Артём Кузнецов ещё не успел договорить свою тираду, как дверь с грохотом распахнулась. В кабинет, словно ураган, ворвался квадратный, широкоплечий крепыш — Валентин Владимирович, президент корпорации «Великороссия». Его лицо было цвета перегретой стали.

Первые слова, гулко прозвучавшие в наступившей тишине, были обращены не ко мне:

— Ты уволен. Покинь астероид сегодня. До двадцати четырёх часов. Если останешься — следующая ступень будет не административной.

Я, встретившись с взглядом Кузнецова, лишь едва заметно пожал плечами. Жест, который можно было прочитать как «жаль, но что поделаешь» или как «я же предупреждал». А может, и то, и другое одновременно.

Потом Валентин Владимирович повернулся ко мне и, протянув руку, проговорил:

— Извини, как-то не так я представлял твоё возвращение в родную гавань.

— Здравия желаю, Валентин Владимирович, — я крепко пожал его ладонь и чуть печально продолжил: — Вы же знаете, у меня всё не как у людей. В прошлом году меня сам президент обвинил, что я хотел убить его жену. Еле выпутался. Даже видео с криптографическим ключом, где она со своей охраной пыталась меня пристрелить, его не убедило. Ненормальные люди.

Услышав это, бывший начальник СБ, стоявший в дверях, аж подпрыгнул и окончательно исчез в коридоре.

— Ну, представь мне девушку, — попросил Валентин Владимирович и, весело подмигнув, пошутил: — Опять названную сестру привёз?

— Моя невеста, Светозара де ла Веллия, — с достоинством представил я Аврору и, поддержав шутку, добавил: — Спортсменка, комсомолка и графиня. А то, что красавица — вы и сами видите.

Пока мы перекидывались шутками, Артём Кузнецов бесследно испарился.

— Как мне теперь с его дедом объясняться — не знаю, — с искренней досадой пожаловался президент.

— С СИБ я