Злодеи выбирают себя. Том 3 - Ирина Игоревна Голунцова

– Шимэй…

Она ласково улыбнулась.

А затем, чуть отстранившись и цепко ухватившись за его волосы, направила духовную энергию в лоб и ударила его головой по лицу. Одного раза хватило, чтобы заставить Юань Юня покачнуться и упасть с меча. Он рухнул в мягкий снег и потерял сознание, более не представляя угрозы.

Цокнув языком, Чэнь Син принялась растирать ушибленный лоб.

Высоко в небе закричал ястреб и упал стрелой сквозь кроны деревьев в стремительной атаке. Зверь-хранитель не обращал внимания на препятствия, которые замедлили его скорость и сбили траекторию полёта, чем воспользовалась Чэнь Син, атаковав простым заклинанием. Птицу снесло прочь.

Чэнь Син нахмурилась и опустила взгляд к Юань Юню, лежащему в сугробе с разбитым носом и раненым плечом.

Хорошая новость – она обрела свободу действий и обезвредила противника. А вот плохая заключалась в том, что при таком раскладе вся духовная школа, скорее всего, будет видеть врага и предателя именно в ней.

Погрузившись в раздумья, Чэнь Син принялась разбирать имеющиеся факты по полочкам. Как ни крути, ситуация патовая. Она помнила горький опыт, как пренебрежительно мастера и старейшины отнеслись к инциденту с Шани и Пятым старейшиной. Так что вряд ли картина заиграет более яркими красками в её случае. Скажут: «Заслужила».

Чэнь Син принялась обдумывать варианты.

Первый: взять Юань Юня и прилететь в усадьбу Жёлтого единорога. Там находилась Лин Бижань, которая знала о заклятии влюблённых бабочек, а также о том, что знание этого заклятия принадлежало лишь алхимикам. Лин Бижань её теперь, мягко говоря, недолюбливала, поэтому вполне могла настоять, что Чэнь Син выкрала технику у алхимиков, чтобы очаровать Юань Юня… но только ли его? Они наверняка захотят проверить Тэ Синя, и что-то подсказывало – Гуан Шэн мог использовать ту же технику, узнав её от Гуан Син.

Дальше.

Второй вариант. Спрятать Юань Юня, сделать вид, что он исчез. Но на территории школы его негде удерживать в плену. Пещеры – тоже не вариант. Убить и спрятать тело? Тогда, в случае обнаружения трупа, все поднимут кипиш. А потом наверняка вспомнятся и отравление, и история с заклятием влюблённых бабочек. Подозрения могут пасть не только на Чэнь Син, но и на Лань Хоу.

Нет, избавляться от Юань Юня нельзя, слишком опасно.

Притвориться жертвой? Но как?

Что она уже имела? Юань Юнь, благодаря мастеру Лин Бижань, обнаружил заклятие влюблённых бабочек и узнал принцип его действия. Он не стал почему-то брать Лин Бижань с собой, что пошло на руку Чэнь Син. Они могли только предположить, кто стоял за наложением заклятия. Учитывая, что душа Гуан Син подавлена, бабочка рассыпалась, то есть её создатель мёртв.

Единственной серьёзной проблемой могла стать Лин Бижань. Но от последующих действий зависело, кем её следовало выставить: благородной целительницей или затаившей злобу соучастницей?

Допустим, узнав правду, Юань Юнь напал в истерике на Чэнь Син. Но если посмотреть на него сейчас, сразу станет понятно, что он пострадал куда серьёзнее. Чэнь Син требовалось так сыграть роль жертвы, чтобы ей поверило подавляющее большинство…

Первое – исцелить глубокую рану на плече Юань Юня, чтобы она выглядела поверхностной. Второе – нанести себе увечья, которые не вызовут сомнений. Оцарапать мечом, пронзить руку или ногу? Нет, ревнивцы так себя не повели бы. Юань Юнь, как потерявший голову влюблённый, не стал бы колоть её мечом. Наверное. Требовалось другое. Например, следы от удушья.

Сжимать собственную шею оказалось непросто. Инстинкт самосохранения не позволял Чэнь Син сомкнуть пальцы достаточно сильно, она всерьёз опасалась повредить горло. Тем не менее, борясь со страхом, ей удалось сымитировать достаточную степень сжатия. Она надеялась, синяки проявятся.

Но этого мало.

Что ещё?

Меч, руки? Нет. Ястреб. Птица, которую она атаковала, лежала между сосен, припорошённая снегом. Её когти, словно бритвы, а разум не подчинён трезвым мыслям хозяина, только чувствам и желаниям.

Будет больно. Останутся шрамы.

Плевать. Главное, что это будет выглядеть реалистично. Ястреб, оказывается, не помер, лишь оглушён, и это вдвойне на руку Чэнь Син.

Когти рассекали кожу, словно нож – мягкую дыню. Кровь хлынула моментально, ослепляя левую половину лица наперевес с болью. Слишком больно… а с духовной энергией, направленной на исцеление, нужно не переборщить.

Но самое главное – что бы сделал преступник, в ужасе осознавший, что жертва доложит о нём. Избавится от неё. Юань Юнь бы припрятать её в усадьбе, но незаметно бессознательную девушку не пронести. А если убьёт?.. Нет, убить тоже не мог. Или мог? Ну, убивать себя Чэнь Син не собиралась. Единственный выход, это всё же пещеры, но какие? Те, что для медитаций, не подойдут, оттуда легко сбежать.

Где спрятать жертву в надежде, что её не обнаружат?

«В пещере с монстрами».

Допустим. Но просто так жертву там не оставить, ведь она – заклинательница. Значит, сначала потребуется связать её вервиями бессмертных. Но где найти вервия бессмертных? С этим пунктом Чэнь Син пришлось надолго задуматься, пока её не осенила догадка: во время тренировок на скале она часто использовала вервия бессмертных, оставляя узелки на руках, а затем развязывала зубами и скидывала.

Несколько штук ей удалось отыскать на дне озера. От находки сердце забилось радостью, вот только пришлось вспомнить о смытой с лица крови. Нужно не забыть вновь пустить её, чтобы сохранить правдоподобность ран.

Оставалась главная проблема – Юань Юнь. Если она собиралась сымитировать роль жертвы и замуровать себя в пещере, ей придётся в действительности отыгрывать жертву: связать себя, окоченеть, пребывать на грани. И пока Юань Юнь придумывал бы свою версию или, что хуже, пытался бы отыскать её, она и правда могла умереть.

Оставить его здесь? Нет. Слишком непредсказуемо. Довезти до усадьбы Жёлтого единорога?.. Но только под покровом ночи и ради версии, что Лин Бижань являлась сообщницей, к которой он спешил для получения помощи.

Рискованно. И всё ради чего?

Чэнь Син бы нахмурилась, да левая половина лица горела огнём.

Если просто заявиться с Юань Юнем, обвинив в нападении, они с Лин Бижань будут настаивать на заклятии влюблённых бабочек. Тогда Лин Бижань точно поспешит проверить, не околдован ли заодно и Тэ Синь. Хотя не исключено, что она уже могла проверить его. Пусть её теория развеется прахом из-за рассеивающейся в пыль бабочки, но вот Гуан Шэн вполне мог заподозрить неладное. Ведь для заклятия главное, чтобы душа и тело были едины. А сейчас душа Гуан Син находилась похороненной под сознанием нынешней Чэнь Син.

При таком раскладе как бы Тэ Синь ни злился на неё из-за отвергнутого предложения о браке, на него тоже действовало заклятие. Вероятно, первой его мыслью станет необходимость защитить её или наказать Юань Юня. И это не говоря об озверевшем Гуан Шэне, который уж точно захочет оторвать голову Юань Юню.

Лин Бижань тоже не дура. Дважды подумает, прежде чем открывать рот. Промолчать и свалить всю вину на Юань Юня или же попытаться заступиться за него, рискуя навлечь на себя гнев?

Даже если всё пройдёт по худшему сценарию, вариант с тем, чтобы разыграть спектакль с жертвой, подарит Чэнь Син ценное время.

– А ты ведь действительно мне нравился. – Смотря на лежащего в снегу под темнеющим небом Юань Юня, Чэнь Син отчего-то захотела снисходительно улыбнуться. – Жертва заклятия ты или нет – это не моя проблема, но моя проблема – это ты.

Она терпела слишком долго. Раз люди не понимали по-хорошему, придётся применить иной подход для решения всех своих «проблем».