Злодеи выбирают себя. Том 3 - Ирина Игоревна Голунцова

«О-о, да он разошёлся, – подумал Гуан Шэн. – Речь идёт не только о посягательстве на честь и достоинство Син. Это ведь дело о покушении на жизнь мастера… или он действительно влюбился в Син? Страшное зрелище, мне даже жаль Юань Юня».

– Я… действительно поддался дурману нахлынувших чувств из-за освобождения от призрачной бабочки, – с трудом выговаривал каждое слово Юань Юнь, переступая через себя, однако его самообладания хватило ненадолго, – но я клянусь своей жизнью, что не причинял ей вред!

– До тех пор, пока правда не будет полностью раскрыта, мастер Юань Юнь лишается своего титула и заключается под стражу в темнице. Вы будете лишены духовной энергии на время заключения.

– Но!..

– Хотите, чтобы я бросил вас в канаву? Так тому и быть, Юань Юнь, я с радостью это сделаю! Речь уже не только о Чэнь Син, а о том, что вы врёте мне в лицо! – поддавшись нахлынувшему гневу, подскочил Тэ Синь и нетерпеливо взмахнул рукой. – Вы действительно пытаетесь заставить этого главу увидеть в вас достойного, ложно обвинённого человека? Вы даже сына своего отказываетесь признавать, как и брать за это ответственность! Отчего напрашивается вопрос, а действительно ли вас отравили, или же вы сами выпили яд, чтобы выставить себя жертвой?!

У Юань Юня от услышанных обвинений даже сил не нашлось, чтобы стоять на коленях. Он осел, потерянно уставился на Тэ Синя и обессиленно согнул спину.

– Увести этого человека и заковать в цепи.

Дежурившие заклинатели не заставили себя долго ждать, они подбежали к Юань Юню, а тот даже не стал сопротивляться и беспомощно позволил увести себя. Провожая его взглядом, Гуан Шэн переключил внимание на остальных мастеров, отмечая красноречивую нервозность Лин Бижань. Почувствовав, что на неё смотрят, она вернула взгляд Гуан Шэну и, нервно поджав губы, отвернулась.

«Точно что-то скрывает», – подумал он.

После собрания, которое прошло не менее напряжённо из-за раздражённого Тэ Синя, Гуан Шэн разрывался между тем, чтобы поговорить с ним или с Лин Бижань. Но, отметив, что последняя чуть ли не на прямых ногах целенаправленно двинулась к выходу, он пошёл за ней. Нагнать её удалось ближе к выходу из главного здания усадьбы Алого феникса.

– Шимэй, куда ты так торопишься? – окликнул он её, заставив резко остановиться. Неспешно обойдя её и преградив путь, Гуан Шэн буднично улыбнулся. – Ты сегодня была так молчалива. Так непохоже на тебя.

Лин Бижань смотрела на него с выражением немого осуждения. Ей явно хотелось отделаться от излишнего внимания, поэтому, не говоря ни слова, она попыталась обойти Гуан Шэна. Но тот сделал шаг в сторону, снова преграждая ей дорогу. Поймав на себе протестующий взгляд, он очаровательно улыбнулся.

– Шэн, ты!..

– Поведай, чего ты боишься. Я – не глава Тэ, я умею слушать спокойно.

– Всё более чем в порядке, мне нужно идти.

– Нет-нет, – вновь ступив в направлении, куда хотела двинуться Лин Бижань, возразил он. На сей раз, положив ей руку на плечо, он перестал улыбаться. – Лин Бижань, ты ведь соврала о том, что предупреждала мастера Юань Юня о втором варианте действия заклятия. Почему? Не потому ли, что второго варианта просто не существует?

Она смотрела на него с враждебностью, не смея моргнуть или шелохнуться.

– А тебе-то откуда знать, что есть правда, а что ложь?

– Моя младшая сестрёнка была алхимиком. Ты была для неё старшей сестрой-наставницей, разве не так?

– Она бы не рассказала тебе о наших секретных техниках.

– Подслушивать никто не запрещал. Так в чём дело, Лин Бижань? – отпустив веселье, более серьёзным тоном поинтересовался Гуан Шэн. – Почему ты соврала?

Неожиданно губы Лин Бижань изогнулись в нервной ухмылке. Посмотрев на него со смесью снисхождения и неверия, она покачала головой. С её губ сорвалось плотное облачко пара.

– Ты веришь в абсолютную невиновность своей ученицы, а, Гуан Шэн?

– Нет. Но очевидных вещей отрицать нельзя. – Он нахмурился. – Или ты всерьёз полагаешь, что Чэнь Син изуродовала себя и заперла в пещере? Ради чего?

– Ха-ха, – нервно засмеялась Лин Бижань, покачав головой. – Эта девочка… я поражена, что ты так и не заметил, насколько она изменилась. Помнишь, какой доброй и сочувствующей она была? Немного чудной, дерзкой, порой чересчур неугомонной, но… Я не понимаю, когда это произошло, но, по ощущениям, после её возвращения из Персикового источника. Ты не видел той картины. Не видел, как она, вся в крови, словно дикий зверь, ворвалась в зал собраний, хотя мы думали, что она осталась в Персиковом источнике.

– Вот именно. Вы её там оставили, Лин Бижань. – Помрачнев, Гуан Шэн понизил голос до угрожающего: – Ей пришлось стать сильнее. Вы заставили её стать такой.

– О, нет, – покачав головой и хмыкнув, Лин Бижань истерично хохотнула. – Она сделала из нашей школы приманку для лис. Затем на одном из заданий ударила меня. Потом избила одного из старейшин. И это не говоря уже о других странных происшествиях. По возвращении из Персикового источника она сама не своя. Словно другой человек. А причина, почему я не сказала… – Раздражённо шикнув, Лин Бижань скривилась и уже с ощутимой злобой и предостережением в упавшем до шёпота голосе произнесла: – Вторая бабочка всегда прилетает к духовному следу того, с кем она связана. И исчезает, если человек мёртв, а его душа отправилась на цикл перерождения. То, что случилось с Юань Юнем, могло произойти в том случае, если бы вторая бабочка находилась в сердце недавно убитого заклинателя. Если кости и плоть рассеиваются прахом, исчезает и духовный след, и тогда бабочка никуда бы не полетела, а просто исчезла. Но она прилетела к Чэнь Син. И начала рассыпаться. Знаешь, что это означает?

Гуан Шэн, хмурясь, молчал.

– Чэнь Син – это не Чэнь Син. Возможно, её тело, но точно не душа. А если она жива, то кто-то настолько подавил её разум и душу, что вторая бабочка не почувствовала свою половинку и начала рассыпаться.

– Звучит безумно.

– Вот поэтому я и предпочла не лезть в это дело. – Устало выдохнув, Лин Бижань неодобрительно покачала головой. – Милая А-Син действительно была очарована Юань Юнем, возможно, через Сого сумела добыть это заклинание. Настоящая Чэнь Син любила Юань Юня и ни за что не поступила бы с ним подобным образом.

Поёжившись и отвернувшись, она тихо пробормотала:

– Так что вот тебе и ответ, Гуан Шэн. Зачем Чэнь Син подставлять Юань Юня, нанося себе увечья и имитируя заточение? Чтобы избежать чего-то похуже. Например, разоблачения своей настоящей личности. Того, что настоящая Чэнь Син уже давно погибла, и среди нас живёт кто-то другой.

Гуан Шэн молчал, он мрачно взирал на Лин Бижань с высоты своего роста.

– Если она готова зайти так далеко, чтобы обезопасить себя… я не хочу быть следующей, Гуан Шэн, – совсем сникнув, пробормотала Лин Бижань и обхватила себя руками. – Поначалу я думала, что она могла околдовать Тэ Синя, но, зная его личность и характер, поняла, что всё может быть куда проще. Из-за своей мачехи Тэ Синь боится властных женщин, но в то же время видит в них идеальный образ. Вероятно, Чэнь Син отказала ему из-за нежелания склонять голову и становиться послушной женой. Повезло, что её принципы возобладали над дальновидностью.

– То есть?

– Если бы эта женщина встала во главе духовной школы, мы бы все следовали её приказам. Боюсь, всё действительно может обернуться подобным образом. – Она с горечью посмотрела на Гуан Шэна и, заметив его хмурый вид, с сочувствием произнесла: – Понимаю, это твоя ученица, и ты не хочешь верить в худшее, но… Подумай о том, что, если мои