Первый Предтеча 7 - Элиан Тарс

— Правильно сказала. Поэтому не будем играть ему на руку, — закончил мысль я общую мысль.

Я велел раздать всем раненым по флаконам восстанавливающими зельями. И хотя большую часть запасов мы оставили в шестьдесят втором секторе, на один полный круг лекарств хватало, пусть и в притык. Так что легкораненым досталось по половине склянки, кое-кого я и вовсе подлатал сам, пуская Силу по надорванным и перетружденым каналам бойцов. После возвращения булавки это давалось мне куда проще, чем этим же утром — Источник увеличился сразу, а сейчас внутри меня увеличивались энергоканалы, подстраиваясь под него.

Скорость отклика Силы тоже поднялась.

Лекарь Барсов сперва недоверчиво нюхал флакон, но когда услышал от Петровича упрямое: «родовой эликсир Северских» все-таки капнул на палец, пробуя на вкус.

— Господин Северский, — хрипло позвал он, разглядывая бутылочку. — Что это за состав?

— Родовой, — пожал плечами я.

Лекарь горестно вздохнул и бережно спрятал склянку в нагрудный карман.

Петрович тем временем кормил контурный отсек Ядрами переростков. После боя у трамвайного кольца «Егерь» чувствовал нехватку «ядерного топлива», так что эти были очень кстати.

К счастью, допольнительный транспорт для княжеских гвардейцев тоже всё-таки нашёлся — один из казанцев подкатил к бывшему рынку на стареньком микроавтобусе, когда я уже думал, что кому-то из бойцов Церебры придется бежать за «Егерем» на своих двоих.

— С третьей попытки завелся! — отчеканил боец, выглядывая из разбитого окна микроавтобуса.

«Он не угнал, а реквизировал этот бриг», — прокоментировал происходящее Рух.

«А?» — не понял я.

«Анхарт, тебе нужно повышать свой культурный уровень!»

Ориентируясь на данные Руны Реакции, я обозначил Петровичу примерное направление движения. Старик кивнул, поняв главное — сначала заезжаем в туман, затем берем чуть левее.

Мы начали рассаживаться — даже с учётом микроавтобуса все еле помещались.

— Как килька в банке! — проворчал Лапа в кузове «Егеря», глядя на казанских соседей.

— Поеду наверху, — оглядев забитый мужиками кузов, решил я и полез на крышу кузова.

Церебра, посмотрев на заполненные грузовик и микроавтобус, а затем глянув на меня, тоже полезла наверх.

— Госпожа? — насторожился Золотой, единственный ещё оставшийся на улице.

— Я на крышу, — бросила она. — А ты полезай в кабину к дедушке. Присмотришь за ним.

— К какому еще дедушке⁈ — возмутился Петрович.

Золотой насупился, но спорить не стал. Из кабины вышел Игоша, пропустил Золотого, и кабина под весом татарского здоровяка жалобно скрипнула. Затем с краю разместился Игошу и захлопнул дверь.

— Только не сопи мне на ухо, — проворчал Петрович.

— Не буду, бабай, — пообещал Золотой с таким серьезным лицом, что старик не нашелся, что ответить.

Наша мини-колонна двинулась в путь.

Княжна устроилась у решетки контура, поджав под себя одну ногу, и положила алебарду поперек колен. Встречный ветер трепал ее косу.

Первые пару минут Церебра молчала и разглядывала меня сбоку, ничуть этого не стесняясь.

— Ты кто такой вообще, Северский? — наконец-то не выдержала она.

— Антон Игоревич Северский, глава рода. Мы из Ярославля, — ответил я, решив не усложнять объяснение рассказом про Ивановское происхождение рода.

— Это я и по рации слышала, — фыркнула княжна и, не дождавшись продолжения моего рассказа, подалась ближе. — Ладно, зайдем с другой стороны. Откуда ты знаешь Учителя?

— Какого Учителя? — изобразил я удивление.

— Ты сам сказал, что я на нее похожа!

— А разве не похожа? — улыбнулся, искоса глядя на княжну.

Она нахмурилась, буравя меня взглядом. В этот момент я почувствовал, как она осторожно пытается прощупать моей сознание. Я проявил гостепреимство и пропустил ее. Показал ей секретную серию «Ну погоди!», которую как-то смотрели бойцы в казарме.

Разумеется, ничего кроме мультика в моей голове она не увидела.

— Подловил, — выдохнула она. — А ведь мальчики обычно открыты мне, как книга!

— В следующий раз могу пособие по химии тебе показать, — усмехнулся я.

— Ты держишь свою крепость неприступной! — не то восхитилась, не то возмутилась она, глядя на мой лоб.

— У меня там не прибрано, — признался я. — Не хочу шокировать психику юной княжны. Да и просто не люблю, когда гости видят немытую посуду.

— А я люблю беспорядок, — ухмыльнулась она.

— В этом вы тоже похожи, — хмыкнул я.

— Что?

— Расскажи, что про меня говорила Учитель?

Княжна демонстративно поправила косу и отвернулась, сделав вид, что сосредоточила свой взгляд на дороге.

— Может и расскажу, — вальяжно произнесла она, а затем хитро улыбнулась и добавила: — Но не раньше, чем ты вернешь мне мантию.

— Тогда поношу ее еще немного, — кивнул я. — Наверняка эта твоя Учитель хочет, чтобы сейчас мантия была на Северском.

Церебра изумленно уставилась на меня. Ха, менталлисты всегда особо бурно реагируют, когда другие их видят насквозь.

— Ну и наглец же ты, Северский! — выпалила девушка.

Я невольно улыбнулся, поняв, что Шиза много раз повторяла эту фразу, пусть и называла меня по истинному имени.

На искорёженных рельсах «Егерь» тряхнуло. Княжна инстинктивно вцепилась в мой локоть, словно за поручень.

— Еще кое-что, — серьезно проговорил я, глядя в ее черные глаза, — Я видел, как ты себя накачиваешь Даром посреди боя. Учитель объясняла тебе, что залезать в собственную голову куда опаснее, чем в чужую? Достаточно одной ошибки, чтобы оттуда не выбраться.

— Слово в слово, — удивленно протянула Церебра.

Из раций вдруг проклюнулось:

— … Барс-девять, у нас на Азино тихо! Твари ушли куда-то на юго-запад!

— … Строговы на связи! Подтверждаем, из Дербышков отходят в сторону…

После чего связь так же внезапно оборвалась, и княжеские бойцы еще минут пять тщетно пытались достучаться до Ипподрома.

Хм… значит у монстров подкрепление со всех сторон?

Интересно, додумаются ли казанские вояки ударить им в спину?