Первый Предтеча 7 - Элиан Тарс

«Вы сильнее его! — зазвенело в головах сразу у всех нас. — Не дайте ему вас сломить!»

И мои бойцы, и княжеские расправили плечи. Настю обе волны обошли стороной — все-таки у нее в голове три мысли, и все про еду, так что Глядню там ухватиться было не за что, а княжне подбадривать некого.

Сильнее всех на наказ Церебры отозвался Игоша. Малец выпрямился во весь свой невеликий рост и развел руки в стороны.

— Я держу! — выкрикнул он ломким голосом.

Волна его благословения прокатилась по рядам гвардейцев, а следом обратное благословение ударило по скоплению монстров от первых рядов и до самых опор эстакады. Твари, что находились ближе к Игоше, повалились друг на друга, а те, что были подальше, начали спотыкались о тела передних.

Подгадав момент Рух ударил огнем по этой куче-мале.

Наиль сражался на первом рубеже, встречая самых ретивых тварей. Молниями он атаковал мощно и тошно — демонстрируя плоды тренировок. Пробегая мимо, Церебра бросила на него короткий взгляд и одобрительно крикнула:

— Хорошо бьешь, искорка!

Наиль покраснел до самых ушей, а наруч на его предплечье зашипел и пустил тонкую струйку дыма, не справляясь с хлынувшей в него Силой. Парень сорвал его и выставил вперед ладони. Синяя молния ударила в скопление монстров и продолжила скакать от твари к твари, пока не уложила пару десятков голов.

— Влюбился, — уверенно констатировал Лапа, меняя пулеметную ленту.

— Отстань! — рявкнул Наиль, не опуская рук.

А из кабины «Егеря» вдруг донесся такой рев, какого я от Петровича еще не слышал:

— Раззудись, плечо! Размахнись, рука!

Даже наш старик, после череды благословений от Церебры и Игоши, похоже, ощутил себя добрым молодцем. «Егерь» сорвался с места и врезался в толпу тварей сминая их бронированным бампером. На каждом развороте Петрович высовывался в окно со «Слонобоем» в руке и палил в упор.

А Золотой с ревом «Алга!» и молотом в руках врезался в свору монстров с другой стороны, принявшись крошить их и насаживать на каменные колья, что вырастали прямо из-под асфальта.

Я же потоками воздуха расчищал дорогу, а ятаганом добивая тех, кто не успел убраться подальше, уверенно продирался к центру развязки. Церебра пристроилась рядом, и раскаленное лезвие, с каждым взмахом ее алебарды, оставляло в стаде дымящиеся просеки.

Глядень пустил в нас сразу пять молний. Я на бегу, не теряя скорости, встретил каждую из них воздушным барьером.

Оказавшись перед глазастым шаром, я подбросил себя ветром вверх и ударил ятаганом.

Гад резко отлетел назад, но я-таки успел срезать ему пару извивающихся отростков.

Поднялись веки, скрывавшие самый огромный — центральный глаз монстра.

По мне ударил мощный ментальный выплеск энергии — монстр пытался на силу сжечь мне мозги.

Я поморщился и влил из Источника больше своей чистой энергии в голову.

Монстр изумленно замер, а затем на огромной скорости ринулся к скучающему жирдяю-недобитку.

Черная заплатка на груди гиганта разошлась в стороны, будто веко, и Глядень, уменьшив свой размер в несколько раз нырнул прямо в нее.

Края заплатки тут же сомкнулись обратно.

Стоя на бетонном бордюре я пристально изучал их симбиоз.

Глаза гиганта, которые до этого момента казались пустыми и какими-то кукольными вдруг вспыхнули желтым светом.

Монстр рванул в нашу сторону. Его движения заметно изменились — исчезли бессмысленные раскачивания, да и реветь попусту он перестал. Желтые молнии пронеслись по складкам жира, а кулак, которым монстр отмахнулся от огненного шара, оказался неожиданно точным.

Глядень полностью взял под контроль это тело и спрятался внутри.

Гигант был уже рядом, и я встретил его воздушным копьем в колено. Церебра зашла слева и полоснула тварь раскаленным лезвием по ноге, так что жир зашипел и пошел пузырями. Справа подоспел Золотой и с размаху приложил молотом по второму колену.

Но жирдяй даже не покачнулся. Да и жирдяй ли? Скорее уж теперь это был гибрид.

Желтые молнии на его шкуре сбились в тугой жгут и ударили в княжну. Я дернул ее за локоть на себя, и, когда Церебра оказалась в моих объятьях, молния выжгла в асфальте дымящуюся борозду. Ровно там, где она стояла секунду назад.

— Спасибо, — выдохнула княжна, даже не глядя на меня.

Во время этого тяжелого боя, она ни на миг не переставала защищать мозги наших товарищей. Я чувствовал, как Глядень пытается пробиться в чужие разумы, и Церебра раз за разом выпивает его куда подальше.

И с каждой новой попыткой это дается ей всё легче.

Сперва я решил, что княжна просто втянулась. Но потом заметил, что ментальные нити между Гляднем и тварями стали провисать.

Кузнечики на краю развязки и вовсе развернулись и поскакали прочь.

Зато сам гибрид двигался всё быстрее и ловчее. Он в очередной раз ударил кулаком в мой воздушный щит — пришлось поднатужиться, чтобы заклинание не развеялось. Да уж, и это после снятия Второго Замка? Если бы я не встретил Церебру, а точнее не нашел свою булавку, эта битва была бы для меня крайне сложно…

Стоило об этом подумать, как яростный удар ногой от гибрида-гиганта, разбил мой барьер в дребезги — тот лопнул с сухим треском, а мантия на моих плечах вспыхнула, гася удар. Следующим ударом он снес каменную стену Золотого, и Мастер, хекнув, улетел куда-то вдаль за ограждение.

А вот княжна смогла ударить сбоку. Но лезвие ее алебарды увязло в жировой броне твари, и по древку к рукам девушки побежали желтые молнии.

Что ж, все ясно… Смотрящий распускает своих подчинённых. Вся Сила, которая раньше уходила на то, чтобы держать других монстров на ментальных поводках, теперь концентрируется в нём самом и в его «коняшке» — у которой в брюхе гад удобно устроился. Чем сильнее мы на него давим, тем меньше внимания глядеть уделяет остальным.

Значит, надо давить ещё сильнее.

— Церебра! — крикнул я во весь голос. — Бей по нему ментальными атаками!

— С удовольствием! — оскалилась княжна.

Она стиснула кулаки, и ментальный клин ударил в гибрида так, что даже меня зацепило отголоском. Жирдяй взревел и схватился за кукольную голову. Я добавил сверху «закаленным дыханием», а Золотой выбрался из-за ограждения и снова схватился за тяжелый молот.

Начался очередной раунд!

Гибрид огрызался всё яростнее и точнее — я уже дважды остался без барьера, а мантия на мне то и дело дымилась. Зато скопление тварей под эстакадой превратилось в обычную свору, где каждый сам за себя. Княжеские бойцы и мои ребята перемалывали тварей, потерявших командира, одну за другой.

Судя по воплям из кабины, Петрович вошел во вкус — вместе с Лапой и Муромцем, они устроили соревнование кто больше всех перебьет. На мой взгляд побеждал Наиль, который в этой забаве даже не участвовал.

В