Сокровища далёких галактик - Николай Соколов
— Претензии, Пармела? У меня нет претензий. У меня есть вопросы. Ты договорилась с экипажами транспортников «Розовый пеликан» и «Джамайкана», пока те ещё не отошли от потери. Переманила их к себе на этот… «Огненный Шквал». Который ты уже переименовала в «Новую Надежду». Звучно. Пафосно. Отражает твои чаяния, да?
Он откинулся в кресле, изучая её реакцию. Пармела не дрогнула.
— Они остались без кораблей и без капитанов. Я предложила им работу и кров. На законных основаниях — как исполняющий обязанности командира трофейного судна. Это повышает наши шансы на успех экспедиции. У нас теперь не десять, а двенадцать кораблей, если считать мою «Новую Надежду» и «Аврору». И один из них — крейсер.
— Крейсер с дырой в борту, без щитов и с призраками в трюмах, — парировал Смоллет, но в его голосе прозвучало не осуждение, а констатация факта.
— Дыры залатаем. Щиты починим. А призраков, — она чуть заметно усмехнулась, — мы приручим. Или выгоним. Я не прошу у вас ресурсов, капитан. Только разрешения. И… понимания.
Она сделала паузу, выбирая слова.
— Вы знали мою мать. Вы знаете, чего стоят амбиции женщины на Фронтире. Я не хочу быть вечным старпомом. Я хочу быть капитаном. И этот крейсер — мой шанс. Я его купила. Не украла, не отняла — взяла, потому что он был ничейный и потому, что смогла договориться с людьми. Разве не этому вы меня учили? «На Фронтире выживает не тот, у кого больше пушек, а тот, у кого больше здравого смысла и умения говорить».
Смоллет молчал несколько долгих секунд. Потом кивнул, коротко, почти неохотно.
— Учил. Не думал, что ты так буквально воспримешь. Ладно. Разрешение у тебя есть. Де-факто оно у тебя уже было с момента, как ты подняла на том крейсере свой флаг. Но, Пармела…
Он придвинулся к столу, и его взгляд стал жёстким, отцовски-суровым.
— Ты теперь капитан. Пусть пока временный, пусть трофейного корыта. Значит, и ответственность — на тебе. За корабль. За экипаж. За решения. Если что-то пойдёт не так — это твоя голова полетит первой. И я не смогу тебя прикрыть. Потому что капитан «Пегаса» отвечает за весь караван. Поняла?
Пармела выпрямилась ещё больше, будто приняв на плечи невидимый, но ощутимый груз.
— Поняла, капитан.
— И ещё. Наш барон Сильве… Непрост. Видела, как точно в командную рубку они попали, заодно уничтожив ИСКИН. Чует моё сердце. Будь с ним осторожна. Он не враг, но у него свои интересы. И его жена, и тот андроид… Они играют в свою игру. Не дай втянуть себя в неё, пока не поймёшь правил.
— Считайте, что предупреждение принято, — кивнула Пармела. В её глазах мелькнула тень любопытства. Интерес к тайнам барона пересилил даже гнев.
— Иди, — махнул рукой Смоллет. — Приводи в порядок свою «Новую Надежду». И готовься. Скоро прыжок к станции. Там решим, кто чего стоит на самом деле.
Пармела отдала чёткий, почти военный кивок и развернулась к выходу. Её шаги были твёрдыми, уверенными. Капитанскими.
- Стой, - остановил ее Смоллет разглядывая её ладную фигурку. – Этот Николас больше тебе ничего не предлагал.
- Нет, - ответила Пармела, чуть развернувшись к нему вполоборота и показав шикарный бюст обтянутый формой.
- Я видел, как ты с ревностью посматриваешь на де ла Веллия-Сильве. Между ними не только любовь. Так, что даже не пытайся.
Я знаю, - с некоторой печалью сказала Пармела. – Кто не успел, тот опоздал.
Смоллет неопределённо махнул рукой, иди ладно уж и остался один, глядя на закрывшуюся дверь. Он потушил сигару, раздавив огарок в пепельнице, сделанной из черепа какого-то экзотического животного.
— Надежда, — пробормотал он себе под нос с лёгкой, уставшей усмешкой. — Главное, чтобы она не оказалась последней.
Сектор V-3452. Кают-компания «Быстрой Эферы». Заговоршики.
За накрытым столом в душной кают-компании корабля «Быстрая Эфра», пропитанной затхлым, неприятным ароматом испортившейся еды, въевшейся в пластик стен. Собрались пять командиров звездолетов - не элита флота, а рабочие лошадки фронтира.
Перед каждым стояла кружка с мутной обильно вспененной самодельной бражкой, которую во фронтире с гордостью называли «пивом». Пена была неестественно белой и живучей, как лишайник на скале.
Хозяин судна, капитан грузового транспорта «Быстрая Эфра» Глот Катрук, был невысокого роста, плешивый человек с глубокими складками на лице, мрачно оглядывал собравшихся собеседников тяжелым, недобрым взором. Он чувствовал себя загнанным в угол, и это его бесило.
Созвать эту тайную сходку было непросто — пришлось шептаться в углах, ловить взгляды после совещаний. Но ему удалось выявить тех, кто тоже был недоволен внезапным пересмотром планов и новым раскладом сил. Теперь они сидели здесь, пятеро недовольных, освещённые тусклым светом над столом.
Положение капитана «Быстрой Эферы» было самым отчаянным. Его корабль — источник позора. Его член экипажа, его техник, оказался диверсантом, чуть не угробившим всю экспедицию. Отвертеться не получилось — видеозаписи с «Пегаса» разошлись по всему каравану, как горячие пирожки. А последующая попытка Отто Скорц покушения на жизнь «спящего» экипажа в криокапсулах только усугубила положение. Глот Катрук до сих пор жалел, что диверсанта не взяли живым. О, он бы нашёл, как отвести душу… Месть была бы долгой, изощрённой и очень, очень личной.
Но сейчас Глот Катрук страдал по совершенно иному поводу. Его доля в предстоящей добыче — та самая, ради которой он заложил последнее имущество, — была урезана на четверть. И эти проценты пошли экипажам «Розового пеликана» и «Джамайканы» — как компенсация за то, что их корабли стали космическим мусором.
— Итак, — сипло начал Глот Катрук, обводя присутствующих тяжёлым взглядом. — Вы все видели. Смоллет слушает этого выскочку-барона и высокородную куклу. Пармела Элистер вообще свой флаг на крейсере подняла — прямо как королева на троне из обломков. А мы? Мы сидим на ржавых корытах и ждём, когда нам бросят объедки с их стола. Как попрошайки.
— Бунт? — капитан «Быстрой Эферы» усмехнулся, и а его морщины на лице стали глубже. — Нет. Мы просто… обеспечим себе страховку и чуть больше прибыли. Станция «Кор Брар-2» — место большое. Очень большое. Кто сказал, что все находки должны пройти через общий склад? Кто сказал, что мы не можем найти свой, особый груз? Пока они будут ломать головы, как погрузить добычу, мы можем обследовать другие отсеки.Один из капитанов, худой и нервный, с глазами, бегающими по сторонам, заёрзал на