Колыбель на краю света - Николай Соколов

— Наверное. Твой дед — император. Это тебе не с пиратами договариваться.

— А вот тут ты прав, — усмехнулась я. — С пиратами действительно в чем то легче. Запустил торпеду и жди когда попадет. Ещё маленький нюанс. Пираты в отличие императоров хотя бы не играют в многоходовки на десятилетия вперёд.

Ариадна, сидевшая за пультом и безучастно наблюдавшая за нашей перепалкой, добавила своим ровным, чуть механическим голосом:

— Позвольте резюмировать основные пункты, Светозара. Во-первых, доброжелательная атмосфера. Во-вторых, ни в коем случае не показывать излишнюю заинтересованность в сделке. В-третьих, делать акцент на выгоде для партнёра и уникальности предложения. В-четвёртых, предупредить, что при попытке обмана можно вообще ничего не получить. В-пятых, о цене не договариваться, только намекнуть на четверть стоимости как ориентир, устраивающий всех заинтересованных лиц. Дополнительно: использовать родственные связи для создания доверительной атмосферы, но не злоупотреблять ими.

— Спасибо, Ари, — я улыбнулась. — Кратко и по делу. Как раз то, что нужно.

— Всегда пожалуйста, — ответила она, и мне показалось, что в её голосе прозвучало что-то похожее на гордость. Или это просто эмуляция? С Ариадной никогда не поймёшь.

Когда мы пристыковались к станции, нас встретил Эос. Вернее, не сам Эос, а его голос, раздавшийся из динамиков электрокара, который ждал нас в шлюзе — аккуратный, явно подготовленный к нашему визиту.

— Добро пожаловать, Светозара, — произнёс он своим глубоким, чуть резонирующим голосом, который, казалось, исходил из самих стен станции. — Канал связи готов и защищён по самому высокому уровню. Я подготовил для вас краткую памятку по техническим характеристикам станции и её возможностям. Вся информация на планшете. Уверен, вы произведёте впечатление на императора.

— Спасибо, Эос, — я взяла планшет и пробежалась глазами по строкам. Действительно кратко, ёмко, всё самое важное — тонны, мегатонны, гигатонны, радиус поражения, возможности верфи, характеристики щитов. Цифры впечатляли. — Ты настоящий друг.

— Я стараюсь, — в его голосе послышалась улыбка. — Удачи вам. Я буду следить за переговорами и готов подстраховать в случае технических проблем.

Мы поехали по бесконечным коридорам станции. Она казалась огромной и пустой. Высокие потолки терялись в темноте, металлические стены уходили в бесконечность, редкие лампы аварийного освещения создавали больше тени, чем света — всё это давило, создавало ощущение, что мы в гостях у спящего великана, который в любой момент может проснуться и не обрадоваться непрошеным гостям. Хорошо, что ехали на электрокаре — пешком я бы точно не дошла, заплутала бы в этих лабиринтах, и археологи будущего нашли бы мой скелет через тысячу лет с планшетом в руках.

Гиперкабинка оказалась небольшой, но технически совершенной — сплошь экраны, мигающие индикаторы, панели управления, кресло, которое явно помнило лучшие времена, но всё ещё было удобным. Николас буквально на руках занёс меня внутрь — так торопился. Зря, конечно, но приятно. Мы вошли, а на экране только помехи мелькали, создавая абстрактные узоры, достойные галереи современного искусства.

Надписи побежали через секунд десять: «Установка защищённого соединения… Маршрутизация через узел 1… узел 2… узел 3… Соединение установлено».

И вдруг — изображение.

Мой дед.

Я его больше года не видела. Он выглядел… точно так же, как и тогда. Всё тот же видный мужчина средних лет, та же уверенная осанка, тот же пронзительный взгляд, от которого у министров подкашивались колени. Словно время над ним не властно, словно он заключил сделку с кем-то из древних, и теперь будет жить вечно. Только в глазах появилось что-то новое. Беспокойство? Радость? Тоска? Трудно было разобрать — императоры вообще редко показывают свои истинные чувства, даже самым близким.

Он сидел в точно такой же гиперкабинке, только за спиной у него висел огромный герб империи Антран — золотой дракон на алом поле, символ власти, которую я когда-то с радостью променяла на свободу.

— Светозара? — его голос дрогнул. — Девочка моя… это действительно ты?

— Дедушка, — я улыбнулась, и в глазах защипало от слёз. — Я так рада тебя видеть. Так рада…

— Где ты сейчас находишься? — спросил он, вглядываясь в экран так, будто пытался разглядеть каждую деталь за моей спиной, каждую пылинку, каждый намёк на то, где я. — Мы искали тебя. Вся имперская служба безопасности на ушах стояла. Я сам…

— Я знаю, дедушка, — перебила я мягко, но твёрдо. — Прости, что не выходила на связь. Я боялась. Думала, ты рассердишься и снова отправишь меня в «Золотые купола». Или ещё куда подальше. Думала, что ты не поймёшь.

Он покачал головой, и в этом жесте было столько боли, столько непрожитых лет разлуки, что у меня сердце сжалось в тугой, болезненный комок.

— Я понял, — сказал он тихо, почти шёпотом, и от этого шёпота императора у меня мурашки побежали по спине. — Ответь мне, только честно, как своему дедушке, а не императору. Ты счастлива?

Я улыбнулась сквозь слёзы и обернулась к Николасу, который стоял чуть поодаль, стараясь не мешать и не попадать в объектив камеры. Он переминался с ноги на ногу, как нашкодивший школьник, и вид у него был такой, будто его сейчас будут вызывать к доске отвечать невыученный урок.

— Очень, дедушка. Очень счастлива.

Я сделала шаг в сторону и поманила Николаса рукой. Он подошёл, слегка запинаясь на ровном месте, и встал рядом, взял меня за руку стараясь держаться с достоинством, но я-то почувствовала, как у него вспотели ладони.

— Вот, знакомься. Мой муж — барон Николас Сильве.

Николас шагнул вперёд и замер перед камерой. А потом сделал то, от чего у меня челюсть чуть не упала на пол гиперкабинки. Он вытянулся по струнке, расправил плечи и отдал честь — чётко, по всем правилам устава военно-космических сил империи Антран. Я аж залюбовалась. Кто бы мог подумать, что бывший наёмник, который ещё год назад защищал свою планету, так идеально воспроизведёт имперский протокол? Где он только научился?

— Ваше императорское величество, — произнёс он твёрдо, глядя прямо в глаза императору. Ни тени страха, ни капли сомнения. — Честь имею представиться. Барон Николас Сильве, капитан корабля «Аврора». Муж вашей внучки и, надеюсь, ваш покорный слуга.