На неведомых дорогах вселенной - Николай Соколов
Светящиеся прожилки на стене запульсировали и вспыхнули ярче, собравшись в узор, напоминающий схему. Прямо перед глазами, в воздухе, замерцала трёхмерная карта тоннелей, с пульсирующей точкой, обозначающей наше местоположение, и… второй точкой, в стороне, мигающей призывным зелёным цветом. От неё к нам тянулся прерывистый, но явный путь.
Он, словно педантичный учёный-бюрократ, расписал каждый шаг с такой точностью, будто давал инструкцию по сборке сложнейшего механизма, а не по добыче эссенции из гигантского червя.
- Тебе необходимо подойти к цели и установить экстрактор в область нервного узла. Процесс займёт не более пятнадцати минут. После этого ты получишь координаты безопасного выхода и… образец «Амриты» для твоей нанимательницы.
И что поразительно — я уложился в его безумные сроки. Правда, мне пришлось мчаться до подземного тупика, где находился брошенный транспорт аграфов, преодолеть на нём полсотни километров по лабиринту тоннелей, погрузить медицинского дроида и картриджи для синтеза, а затем нестись обратно. В общем, когда я вернулся я вновь, был без сил.
Ариадна пока я выполнял безумный план «ученого» призрака уже расчистила проход к телу червя.
Дальнейшая работа была грязной, буквально: пришлось вручную, под руководством Ариадны и голограммы, буравить остывающую тушу червя, устанавливать экстракторы, фильтровать жидкость… Запах стоял такой, что даже фильтры скафандра порой захлёбывались.
В итоге я, вновь вывозившись во внутренностях червя, крепко сжимал несколько блистеров с капсулами, наполненными мерцающей золотистой «Амритой». И даже срок годности указан — шесть месяцев.
И тут меня озарило: кажется, я ухватил ту самую легендарную синюю птицу удачи за хвост. Это вамне кустарный эликсир, а настоящее сокровище, прошедшее испытания временем и доказавшее свою эффективность в деле продления молодости и жизни.
Зачем эссенция понадобилась ИСКИНу древнего поселения, я не знал, но твёрдо намеревался использовать её как козырь для шантажа. Или, выражаясь культурно, хорошенько поторговаться.
Жаль часы неумолимо тикали, вынудив меня согласиться на невыгодные условия, даже с изученной Базой «Торговля» шестого ранга. Всё из-за одного проклятого желания — немедленно выбраться на поверхность и убраться с этой чёртовой планеты подальше.
В результате меня ждало ещё три долгих часа работы на призрачного бюрократа. Однако и оплата была велика: - Блистер «Амриты» — десять ампул с кристально-прозрачной жидкостью, мерцающей внутренним светом, и детальной голографической инструкцией.
Два пси-имплантата с предустановленными базами «Эспер» — для меня и Авроры. Современнее и мощнее сгоревшего. Голограмма пояснила, что это «аванс доверия».
Помощь в возврате техники аграфов — голограмма пообещала отправить сигнал, который разблокирует их штурмовые дроиды и прочее оборудование.
И главное — спасение уцелевших бойцов из спецотряда по борьбе с пиратством.
Оказалось, Шай-Халуд, подобно пауку, запасала их живыми, усыплёнными в коконах — пропитание для своих вечно голодных личинок.
Если вы полагаете, будто я хоть на секунду доверился ИСКИНу древнего поселения, вы глубоко ошибаетесь. Едва начался торг, и у меня в руках оказалась карта тоннелей, я тут же отправил тихий запрос Авроре через Умку.
Текст был лаконичен: - Есть проход. Захвати… всё, что может стрелять и ехать.
Она не заставила себя ждать, появившись за рулём электрокара столь же «инновационного», сколь и сомнительной конструкции.
Казалось, он был собран из обломков аграфских дронов, панелей челнока и чего-то, отдалённо напоминавшего старую плазменную турбину. Корпус покрыт свежими сварными швами. Неужели это она сама собрала сие «чудо инженерной мысли» за те часы, пока я ползал по подземелью?
Пока я с немым восхищением разглядывал её творение, Аврора тем временем изучала голограмму учёного. Её взгляд был холодно-аналитический, без тени того благоговения, которое, возможно, ожидал увидеть древний ИИ. Она обошла проекцию кругом, как будто оценивая не эфемерное изображение, а реального противника.
Мы быстро обменялись парой тихих фраз через нейросеть, как заговорщики, после чего я деловито разделил блистеры с «Амритой» пополам, вручил ей часть и с показным энтузиазмом принялся выполнять условия сделки — словно от этого и впрямь зависела наша жизнь.
Искусственный интеллект древнего поселения уверенно вёл меня через запутанные лабиринты коридоров, открывая массивные бункерные двери. Эти огромные стальные преграды, некогда служившие надёжным щитом от любых опасностей, покорно подчинялись его командам, плавно разъезжаясь в стороны. Все, кроме последней. Она выглядела исполином по сравнению с другими. Не просто дверь — это был целый шлюзовой модуль, покрытый слоем вековой пыли.
- Автоматическое открытие нарушено в ходе… предыдущего конфликта, — наконец прозвучал голос. — Его необходимо ввести вручную.
Пришлось работать ручками самому. Вбивая в терминал сложный и до безобразия длинный код долгих десять минут, в течение которых я чувствовал, как взгляд голограммы буквально сверлит мне спину. Наконец, терминал тихо щёлкнул, и исполинская дверь с низким скрежетом, будто пробуждаясь от тысячелетнего сна, поползла в стороны.
Именно за ней мой путь и завершился. Похоже, это и было сердце древнего поселения — его самое охраняемое убежище. Зал был огромным, уходящим ввысь куполообразным потолком. Стены, впитавшие тысячелетние тайны, хранили гробовую тишину, которую нарушал лишь ровный гул высокотехнологичной медицинской аппаратуры. В центре зала, окутанные призрачным голубым сиянием, высились несколько вытянутых цилиндрических капсул, уходя вверх на добрые четыре метра.
В них, подобно царевне из сказки Пушкина, покоились неизвестные мне загадочные существа, чьи тайны оставались неведомыми миру и науке.
Вот тут-то я по-настоящему испугался. Такие тайны охраняют как самое драгоценное сокровище.
— А не стану ли я для хранителя этих секретов просто случайным свидетелем, от которого нужно избавиться? — пронеслось у меня в голове.
ИСКИН древнего поселения, будто уловив мою тревогу, произнёс спокойным, размеренным тоном:
- Твоя жизнь нам не понадобится. Раскрыть эту тайну ты не сможешь. Будет установлен запрет, и твоя нейросеть неотступно проследит за соблюдением ограничений.
Его речь звучала уверенно и убедительно, а тон голоса и взгляд говорили о порядочности и прямоте. Несмотря на это, жизненный опыт подсказывал мне сохранить крайнюю осторожность, и я твердо решил прислушаться к интуиции и быть предельно внимательным и ни на миг не терять бдительность.
- Твоя задача, - продолжил он. – Разложить эссенцию по медкапсулам.
- Хорошо, но стулья вперед, – пошутил я, пытаясь отвлечься от нарастающего напряжения.
– Я имел в виду, что пси-имплантаты и базы «Эспер», вперед.
— Без проблем, — раздался спокойный, как гладь озера, голос. — Открой контейнер Z164V8999O.
Я