На неведомых дорогах вселенной - Николай Соколов
Николас, — обратилась ко мне девушка, — ты тоже обратил внимание, что эти псевдодраконы погибают?
И не дожидаясь моего ответа продолжила. - Причина проста: режим стазиса далёк от совершенства. Никто не смог достичь стопроцентной остановки течения времени, лишь удалось замедлить его на 98,6 процента от среднестатистической скорости течения времени в нашем секторе Вселенной, что недостаточно для полной защиты от разрушительных воздействий энтропии. Зато пока они слабы, у тебя появляется реальный шанс выжить.
Что? – Уриэль сощурилась, уловив сомнение на моем лице. – Ты можешь не доверять мне, но ситуация складывается таким образом, что у тебя попросту не будет другого варианта. Тебе придется мне довериться! Кто предупреждён — тот вооружён!
Заметив, что я не отреагировал на ее слова, Уриэль строго рявкнула властным тоном:— Готовься к бою и раз ты мне не веришь, быстрей раскладывай капсулы эссенции «Амриты», сколько можно затягивать!
Как только приёмное устройство проглотило капсулу с эссенцией. Графики на консоли молниеносно перескочили из красной зоны сразу в зелёную, минуя жёлтую, чётко свидетельствуя о значительном улучшении состояния и стабилизации жизненно важных функций мужчины-дракона.
Аналогичная положительная динамика произошла и в остальных стазиз капсулах. Такая быстрая регенерация заставила меня в очередной раз задуматься о невероятной ценности этого препарата.
Тихое протяжное шипение открываемой стазиз капсулы вынудило меня встрепенуться и машинально схватиться за игольник. Оглянувшись, я увидел, как крышка одной из многочисленных капсул плавно поднимается, а вылезший оттуда мужчина-дракон злобно сверлит меня взглядом своих золотых змеиных глаз.
- Ну, что Николас, я вижу они решили, что и сами могут разложить эссенцию, - с долей сарказма сообщила мне Уриэль. – Сейчас он достанет плазморез и сделает тебе «секир башка».
И правда в следующую секунду камрани, вытащил меч с лезвием, окаймлённым тонкой кромкой холодной плазмы и осклабился жуткой ухмылкой. Вид получился откровенно ужасающий, ведь число зубов у него значительно больше, чем у обычного человека.
— Эй! Между нами же договор! — попытался я вложить в голос максимум убедительности, хотя уже чувствовал, что это бесполезно. — Я выполняю свою часть, а вы — свою!
Тишина в ответ была красноречивее любых слов. Типичный день. Типичная «удача» барона Сильве.
- Ха, - едкий смех Уриэль прозвучал в сознании. - Вынуждена тебя расстроить. Это не рыцарский турнир. Он просто ждёт подкрепления, и раздавит тебя, как таракана. Семерым против одного всегда проще.
Ну, зачем она так пугает? Мне и без её страшилок как-то неспокойно на душе.
Ш-ш-ш... — услышал я вновь звук похожий на шипение змеи. Ещё одна крышка капсулы плавно сдвинулась, выпуская очередного драконоподобного воина.
- Решайся! – воскликнула Уриэль, - У тебя и Авроры последний шанс остаться в живых.
Решать, что делать, мне не пришлось. Мужчина-дракон первым предпринял попытку сократить дистанцию между нами, стремительно рванув вперёд.
Мгновенно оценив угрозу, нейросеть активировала боевой режим, и мир расцвел в ставшие уже привычными элементы виртуальной реальности. Тело противника раскрасилось отметками наиболее уязвимых мест. Окружающее пространство перед глазами поделилось на разноцветные сектора вероятных атак противника с пунктирными линиями векторов прогнозируемого нападения.
Ну, а меня захлестнула волна адреналина и какой-то мальчишеский азарт, когда я увидел приближающегося Камрани. Посмотрим, кто здесь станет добычей! Тело, соскучившись по хорошей драке, почуяв приток адреналина, как-то выросло и расправило плечи. По коже побежали мурашки, стекая волной вниз по позвоночнику, к плечам и конечностям. Сердце забилось в яростном ритме, разгоняя горячую, обжигающую кровь. Скорость, лёгкость, стремительность. На целых шестьдесят вдохов, не дольше...
Мир вокруг начал замедляться: звуки приглушились, время словно остановилось, и каждое движение приобрело точность и ясность. Игольник выскользнул из кобуры автоматически, и я уверенно направил его на ближайшего противника. Совместил прицел и сразу открыл огонь по точкам, указанным нейросетью.
Это читерство какое-то! – возмутился я, увидев как энергощит псевдодракона без труда отклонил иглы, которые с неприятным дребезгом рикошетом отлетели в сторону, а его меч с тихим свистом рассёк воздух над моей головой.
- Прибью гада! — процедил я сквозь зубы, стремительным движением уходя от удара в сторону.
— Николас, — раздался крик Уриэль, — прежде чем стрелять, сначала представь, что заряжаешь иглы пси-энергией, и только после этого открывай огонь!
— Отличное время для советов, — язвительно бросил я, спасаясь от нового удара.
— Жаль, что мои советы для тебя — пустой звук, — голос её прозвучал холодно и сухо. — Но если хочешь остаться в живых, тебе придётся прислушаться. Иначе следующий звук, который ты услышишь, будет хрустом твоих костей.
От следующего взмаха я едва успел рывком уйти вниз, но не смог полностью избежать удара — кончик меча скользнул по плечу, опаляя болью. Из разреза брызнула кровь, тёплая и липкая.
Пролитая кровь охладила пыл первых секунд схватки. Больше никакого азарта — только расчёт, только хладнокровие.
Выстрел, выстрел. А иглы вновь уходят в рикошет. Моё сознание будто загнанный зверь, металось в поисках решения, а ситуация неумолимо катилась в тартарары. Противники уверены в моей слабости и действуют методично.
Первый кармани не давал ни секунды передышки - каждый его выпад требовал молниеносной реакции, отнимая силы и время. А тем временем второй, уверенный и неторопливый, уже подбирался сзади, готовя смертельный удар.
В голову лезли абсурдные фантазии: провалиться сквозь землю, исчезнуть, телепортироваться куда угодно — лишь бы не оставаться здесь. Но реальность была безжалостна: ни магии, ни чудес — только я, они и узкий коридор между жизнью и смертью.
- А если…!
И тогда тело сработало само — рефлексы опередили не родившуюся мысль. Мышцы взорвались спонтанным импульсом, выбросив меня вверх в стремительном прыжке. Я взмыл, словно боевой тушканчик, уходя от смертоносного броска змеи, приземлившись на зеркальную поверхность стазис-капсулы. Для стороннего наблюдателя мой прыжок было бы лишь размытым пятном, почти незаметным для обычного взгляда.
Но для меня мир внутри растянувшегося времени на этот миг погрузился в густой, вязкий поток, где каждая пылинка застыла, а звук растянулся в низкий гул. Секунды стали резиновыми, тянущимися, будто кто-то выключил саму физику, оставив то,