На неведомых дорогах вселенной - Николай Соколов
— Да он просто издевается! — горько усмехнулся я. — Специально разместил там, где не достать. Чистейшее кидалово. Интересно, каким образом туда вообще предполагалось забираться?
Лестницы не предусмотрели, подъёмных механизмов нет... Может, считали, что здесь будут работать люди пауки?
Вот верно отец говорил: «Захочешь помочь дураку, сам станешь идиотом».
И тут из тени рядом с одной из мерцающих капсул вышла она. Та самая девушка с заставки, чей голос я слышал ранее. Её изображение было стабильнее, чётче голограммы учёного, словно более современный протокол.
— Ты, конечно, можешь поверить ему и полезть наверх, открывать ящик, — её голос прозвучал тихо, но с невероятной чёткостью. Однако в нём чувствовалось что-то неправильное. Другой акцент, что ли. — Но я настоятельно рекомендую не спешить и хорошенько подумать. Видишь ли, раса, которая находится в стазис-капсулах, называется камрани. Они — практически бессмертные псионики уровня «АА». Те самые, чьи технологии легли в основу «Амриты». И чей долгий сон… он не совсем добровольный. И на это были свои причины. Представь себе настоящих псевдо-драконов-нацистов, считающих себя вершиной эволюции и открыто враждующих со всеми разумными видами.
Сделав небольшую паузу, позволив мне усвоить сказанное, она продолжила:
— Девиз нацистов прост и однозначен: «Камрани, германия, украинапревыше всего». Где бы они ни появились во Вселенной, убеждения остаются прежними.
Мой взгляд заметался между двумя голографическим образами. Девушкой и учёным, словно испуганная птица, пытающаяся найти укрытие. Мне было непонятно: если они враги, как утверждала незнакомка, то где молнии взаимной ненависти? Что это? Хрупкое перемирие, скрепленное шатким соглашением? Или я уже стал заложником в этом странном спектакле, где мне отведена роль слепого зрителя?
— Не переживай, обмана нет, — мягко произнесла девушка. - Он просто... не видит меня.
— Хочешь выжить — беги. Прямо сейчас. Пока этот бункер не превратился в тюрьму.
- Ага, — пронеслось у меня в голове, — нашла доверчивого простофилю. Сходу довериться первой встречной, и отказаться от таких вкусных плюшек - абсолютная глупость.
- Прости, кажется, я забыла представиться. Меня зовут Уриэль, — её голос прозвучал как серебряный колокольчик, но с лёгкой стальной ноткой. – В переводе с аграфского означает "свет Божий". А вовсе не «девушка с заставки», как ты назвал меня.
— А теперь, чтобы укрепить доверие между нами, советую мысленно связаться с Авророй. Узнай, где она находится в этот момент. И спроси, почему ослушалась твоего приказа. И, что самое главное, — её голос стал чуть тише, — не замешан ли в этом «призрак» Камрани.
По спине побежал холодок. Что там с Авророй.
- Аврора! - мысленно заорал я всем своим видом демонстрируя сосредоточенное размышление, - ты где!
Спустя минуту, в голове зазвучал её озабоченный голос, едва различимый, словно приглушённый толстым слоем ваты: - Я спешу к тебе на помощь. Что произошло?
- У меня все в порядке, не спеши и это, Светозара не верь больше ни кому. Даже мне.
- Понятно, - с некоторой печалью произнесла Аврора, - действую по ситуации.
Едва я разорвал хрупкую ментальную связь с Авророй, оставив в сознании лишь пустоту, как знакомый голос Уриэль вновь заполнил её.
— Итак... убедился? — слова Уриэль прозвучали не как вопрос, а как приговор. – Мой совет не изменился! Уходи!
- Ну да, конечно. Послушаюсь и стану марионеткой в её руках, — яростно пронеслось у меня в голове. – Но все-таки, какая хитрая штучка, как грамотно строит игру! Почувствовала моё сомнение и как умелый гроссмейстер, заранее подготовила стопроцентное доказательство, чтобы окончательно меня убедить.
Хотя ничего удивительного — после того, как она переустановила операционную систему и дотошно прошлась по каждой ячейке памяти моей нейросети, она знает меня как облупленного. Полагаю, её личные мотивы и скрытые планы на мой счёт могут нести реальную угрозу. Поэтому её советы я буду выполнять ровно до тех пор, пока они совпадают с моими интересами.
- Уходить с пустыми руками? — внутренне я усмехнулся. — После всего, через что я прошёл? Нет уж. У нас соглашение. И я намерен получить своё».
— Хорошо, пусть тысячелетняя драма завершится сегодня, - неожиданно согласилась Уриэль, ничем не выдав своего недовольства. — Но вот условие: раскладывай эссенцию «Амриты» только в те капсулы стазиза, которые я тебе укажу. Хотя бы это ты можешь сделать?
Я на секунду замер, в уме лихорадочно анализируя подвох.
— Легко, — выдал я, мысленное согласие.
- Запомни и не говори мне потом, что я тебя не предупреждала: камрани настроены решительно, и тебе предстоит защищаться. А пока сделай вид, что подчиняешься голограмме камрани. Позволь ему увидеть в тебе бесссерёбеника, готового отказаться от награды. Никаких посторонних мыслей, никакой подозрительной активности в нейросети — малейшая вспышка способна вызвать агрессию, справиться с которой в одиночку... тебе не удастся.
Я не ответил Уриэль — разве не она сама настаивала на абсолютной скрытности?
— Эй, хозяин подземелья, — я повернулся голографической сущности камрани, стараясь придать голосу лёгкую, почти беззаботную ноту. — Знаешь, я тут подумал... И полностью уверовал в твою порядочность.
- Это правильное решение, человек, - лишённым эмоций голосом отозвалась замершая у одной из капсул голограмма.
- Лживые интриганы, — подумал я, пока пальцы инстинктивно скользнули по рукояти игольника в скрытой кобуре. — Сыграем в вашу игру. Посмотрим, чьи нервы окажутся крепче.
Я приблизился к первой из помеченных Уриэль стазис-капсул и прежде чем вскрыть блистер с эссенцией «Амриты», замер у прозрачной поверхности, вглядываясь в очертания существа внутри.
Это был мужчина с короткими огненнорыжими волосами, словно пламя, добавляя образу яркости и динамики. Внешность его представляла уникальное сочетание человеческих черт и облика мифического дракона. Лицо выглядело гладким и утончённым, а тело покрывала мелкая изумрудная чешуя, наделяя мужчину-дракона особой экзотичностью и аурой скрытой опасности.
Мой взгляд скользнул вдоль внешней поверхности капсулы и задержался на панели управления — небольшой консоли с изображением множества индикаторов и приборов. В центре приборной доски тускло светились яркие красные символы, смысл которых я воспринял как сигнал о необходимости