Колыбель на краю света - Николай Соколов
Но с карьерой, похоже, будет всё плохо. Начальство косится, коллеги шепчутся за спиной, а пираты продолжают резвиться, как будто у них индульгенция от самого Совета. И никто не хочет слышать её доводов о том, что это подстава, что её подставляют специально, что «MagiЯ» просто мстит.
— Духи космоса, — выдохнула она, когда ролики добрались до особенно забитого участка между лопатками. — Хоть бы день без проблем...
И в этот самый момент пришёл вызов на нейросеть.
Она нехотя приняла, даже не открывая глаз. Помощница. Щебечущий голос, полный извинений — таким голосом обычно сообщают, что всё плохо, но виновата не я, а обстоятельства.
— Госпожа, простите ради всех звёзд, что беспокою, — затараторила помощница, — но вам нужно срочно ответить на вызов высокопоставленной особы по гиперсвязи. И ещё с вами просит связаться барон Николас Сильве. Так как он является «другом аграфов», я предварительно назначила ему через два часа.
Sim'Лотанариэ поморщилась. Барон Сильве — это тот самый человек, что отказался от вассалитета и подарил ей «Амриту». Приятный, полезный, но не настолько, чтобы бросать всё и бежать к гиперкабинке. Хотя... после Арканума она питала к нему странную симпатию. Слишком уж необычный человек. Слишком живой. Слишком... настоящий.
— Ты можешь конкретнее? — недовольно спросила она, не открывая глаз. — Что за высокопоставленная особа?
— Госпожа, я не могу вам ответить, согласно вашему же приказу, — голос помощницы звучал виновато, но твёрдо. — Однако это очень важно. Я бы не стала вас беспокоить без крайней необходимости.
— Хорошо.
Она нехотя открыла глаза и велела креслу замереть. Ролики остановились, музыка притихла. Наваждение покоя развеялось.
Она вывела на сетчатку рабочий стол нейросети и ткнула в ярлык защищённой почты.
И замерла, едва увидев отправителя.
Император Антрана.
Она не побежала. Хотя очень хотелось. Но офицер Совета Контролёров не имеет права бежать — ни при каких обстоятельствах. Только быстрый, уверенный шаг. Только собранность. Только сталь. Но внутри всё кипело.
Император Антрана. Один из самых могущественных людей в галактике. Глава империи, с которой у аграфов сложные, но жизненно важные отношения. И он вызывает её лично. Не её отца, не главу Дома, не какого-нибудь посла — именно её.
— Форму, — приказала она помощнице вслух, влетая в гардеробную. — Полную. Парадную. С регалиями.
Она натягивала мундир, застёгивала пуговицы, поправляла ордена и медали. Каждое движение было отточено до автоматизма ещё в курсантские годы в академии Совета Контролёров. За годы службы она научилась одеваться за минуту. Но сегодня каждая секунда казалась вечностью. Пальцы слегка дрожали — от волнения, от непонимания, от предчувствия чего-то грандиозного.
В голове проносились мысли: зачем? Почему именно она? Что случилось?
И вдруг — озарение.
Барон Сильве тоже просил связи. Может, у него вопросы как раз по исчезнувшей планете Арканум? Может, он что-то знает? Может, император узнал об этом?
— Духи космоса, — выдохнула она, застёгивая последний орден. — Только не это.
Она влетела в гиперкабинку, поправила мундир, села в кресло и активировала канал. Надписи побежали по экрану: «Установка защищённого соединения… Маршрутизация через узел 1… Прямое соединение установлено».
Экран моргнул, и перед ней возникло изображение.
Император Антрана. Тот самый, чей портрет висел в академии Совета Контролёров на самом почётном месте, чьё лицо знали все — не только в империи Антран, но и во многих других государствах Содружества. Сейчас он смотрел на неё с экрана, и в его глазах читалась лёгкая смешинка. Ну да, пусть она была идеально одета, но её руки и глаза выдавали лёгкую растерянность. Император, кажется, это заметил. И это его позабавило.
— Принцесса Sim'Лотанариэ, — произнёс он своим глубоким, властным голосом, от которого у министров подкашивались колени. — Благодарю, что согласились на разговор.
— Ваше величество, — она склонила голову в почтительном поклоне, стараясь, чтобы голос звучал ровно, несмотря на бешено колотящееся сердце. — Честь для меня. Чем обязана?
— Мне доложили, что у вас небольшие проблемы в данный момент времени, — император говорил спокойно, буднично, словно обсуждал погоду. — И я хотел бы помочь их решить. Перевод в центральный мир и хорошая должность вас устроит?
Sim'Лотанариэ замерла, не решаясь даже вздохнуть.
Это кто же оказал ей такую протекцию, что она перескочит сразу несколько ступенек карьерной лестницы? Мало того что переведут из этого гиблого места, где её травят корпораты, так ещё и повысят? Кто? За что?
— Ваше величество, — она ещё раз склонила голову в почтительном поклоне, стараясь скрыть замешательство. — Я не могу вам отказать. Но хотелось бы узнать цену столь стремительного моего карьерного роста?
— О, цена не столь значительна, — император усмехнулся, и в этой усмешке читалось что-то отеческое, почти тёплое. — Всего лишь не поднимать ставку в предстоящих переговорах с бароном Николасом Сильве.
Sim'Лотанариэ замерла, ожидая продолжения. Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать.
— Они нашли аграфскую станцию «Кор Брар-2». Полностью рабочую, с БиоИСКИНом, с архивами, с верфью. И хотят продать доступ к ней.
— Ваше величество, — осторожно начала она, стараясь, чтобы голос не дрожал, — вы хотите, чтобы мой Дом участвовал в сделке?
— Я хочу, чтобы мы участвовали вместе, — поправил император, и его тон стал серьёзным, деловым. — Империя Антран и ваш Великий Дом. Пятьдесят на пятьдесят. Деньги — поровну. С меня пятьсот миллионов и с вас пятьсот миллионов, ни кредитом больше. Станция будет в совместном пользовании. Научные исследования, технологии, верфь — всё пополам.
Она молчала, переваривая информацию.
Миллиардные суммы. Политические последствия. Риски. Возможности. И её повышение! Жизнь в центральных мирах, балы, бутики, нормальная работа, без этих вечных пиратов и интриг корпораций, без косых взглядов начальства...
— Ваше величество, — сказала она наконец, тщательно подбирая слова, — я должна обсудить это с главой Дома. Это слишком серьёзное решение, чтобы принимать его единолично. Но моё предварительное согласие — да. Это выгодно всем. Очень выгодно.
— Хорошо, — император кивнул, и в его