Колыбель на краю света - Николай Соколов
— Ваше величество, — осмелилась она задать вопрос, чувствуя, что император сегодня в благодушном настроении, — мы могли бы поделить между собой станцию, не выплачивая огромных сумм барону. Почему вы согласились на такие условия?
— Хороший вопрос, — казалось, обрадовался император её прямоте. — В этом случае они уничтожат станцию. А мы потеряем по два миллиарда кредитов каждый. Или больше. Я прагматик, принцесса. Лучше заплатить один миллиард сейчас и заработать четыре потом. Чем получить ноль и остаться с пустыми руками.
— Я поняла, ваше величество, — она ещё раз склонила голову в знак согласия. — Я сейчас же соединюсь с главой нашего Великого Дома и обсужу с ним этот вопрос. После этого переговорю с бароном и сообщу вам решение. Но я думаю, он согласится на ваши условия.
— Не спугни их, — император усмехнулся. — И помни: ты теперь начальник отдела СБ Совета Контролёров центральных миров. Веди себя соответственно.
Sim'Лотанариэ улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне, широко, счастливо.
— Обещаю, ваше величество. Я буду паинькой.
Император усмехнулся и отключился.
Она вышла из гиперкабинки и прислонилась к стене. Сердце колотилось как бешеное, в висках стучало, а на губах расплывалась глупая, совершенно не соответствующая её статусу улыбка.
— Вот это поворот, — прошептала она.
Прав был отец, когда уговорил её не злиться на барона Сильве. Человек, который выполнил для неё несколько сложных заданий и подарил ей «Амриту». Пусть он и отказался стать её вассалом. Но вновь принёс ей в своём стальном клювике удачу. И теперь сидит на станции, способной изменить для неё всё.
Она вернулась в кабинет, села в кресло и прикрыла глаза. Надо было подготовиться. Надо было придумать, как вести разговор с отцом. Он человек старой закалки, консервативный, недоверчивый. Ему нужны будут гарантии. Цифры. Факты.
Она открыла глаза и посмотрела на своё отражение в тёмном экране погасшего монитора. Форма сидела идеально, ордена блестели, лицо было спокойным. Но внутри бушевал ураган.
Да и ладно. Отец поймёт. Не каждый день предлагают такую выгодную сделку. И не каждый день дочь приносит домой два миллиарда кредитов и союз с императором.
— Связь с отцом, — приказала она нейросети. — Срочно. Личный канал.
В ожидании соединения она смотрела на своё отражение и думала о Николасе.
Интересно, он хоть понимает, что сейчас произойдёт? Что через пару часов его жизнь изменится навсегда? Что он станет не просто бароном, а человеком, с которым считаются две величайшие державы галактики?
Наверное, нет. Наверное, он сейчас сидит на своей станции и ковыряется в железках своего корабля или пьёт кофе. С него станется.
— Духи космоса, — улыбнулась она. — Какой же ты всё-таки странный, человек Николас Сильве.
Экран моргнул. На нём появилось изображение отца. В прозрачно-голубых глазах, так похожих на её собственные, читалась привычная настороженность, смешанная с беспокойством.
— Дочь? — удивлённо спросил он. — Что-то случилось?
— Папа, — она выпрямилась в кресле, принимая официальный вид, хотя внутри всё ещё бурлило от новости о повышении, — у нас есть разговор. Очень важный. И очень выгодный.
Отец смотрел на неё с экрана своими прозрачно-голубыми глазами, в которых читалась привычная настороженность. Глава Великого Дома Syl`Aerrua не привык верить на слово даже собственной дочери — слишком много интриг, слишком много желающих урвать кусок от их благосостояния.
— Я слушаю, дочь.
Она начала быстро, чётко, стараясь не упустить ни одной детали. Рассказала о звонке императора, о станции «Кор Брар-2», о предложении разделить доступ и технологии. Особо остановилась на укреплении дипломатических и экономических связей — это было важно для отца, для его понимания долгосрочных перспектив.
— Таможенные скидки для нашего Дома, — подчеркнула она. — Торговля с империей Антран пойдёт через нас. Это обоюдная выгода. Император сам это предложил. Он хочет не просто купить доступ к станции, он хочет союза.
Отец молчал, переваривая информацию. Его лицо оставалось непроницаемым — старая школа, выучка десятилетий.
— Моя роза, — начал он осторожно, и этот тон заставил её внутренне подобраться, — а ты ничего не утаила от меня?
— Папа! — возмутилась она, и возмущение было совершенно искренним. — Ну что ты такое говорит! Я рассказала всё как на духу. Честно.
— Честно, — повторил он, и в его голосе появилась та самая отеческая интонация, которую она знала с детства. — Меня начинает беспокоить, что все твои особо важные удачи завязаны на одного человека. — Он сделал паузу. — Это же он рассказал о тебе императору? Барон Сильве?
Sim'Лотанариэ замерла. Она не думала об этом. Действительно не думала. В потоке новостей, в эйфории от повышения, в спешке переговоров эта мысль как-то ускользнула.
— Я… не знаю, папа, — ответила она чуть виновато. — Но других предположений у меня тоже нет. Император явно знал, кому звонить. И он знал, что я имею отношение к барону. Это не могло быть случайностью.
— Вот именно, — отец кивнул. — Не могло.
Он помолчал, и она видела, как в его глазах мелькают привычные расчёты, оценки, планы.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Считай моё согласие на проведение сделки у тебя есть. Когда в руки сама падает прибыль, грех отказываться. Дальше пусть работают юристы.
Она выдохнула с облегчением.
— Спасибо, папа.
— Погоди благодарить, — остановил он её. — Кстати, ты проверила ту девушку, которая была с бароном на Аркануме? Аврора, кажется?
Sim'Лотанариэ моргнула. Она помнила ту встречу — человечку, которая держалась с удивительным достоинством для простой спутницы наёмника. Тонкие черты, благородная осанка, взгляд, в котором читалось что-то… знакомое? Что-то, что зацепило её тогда, но она не придала значения.
— Я мельком смотрела тогда, — призналась она. — Данные были чистыми. Беглая аристократка из какого-то второстепенного рода. Я не стала углубляться, меня больше интересовал сам барон.
— А зря, — отец покачал головой. — Уж очень всё странно. Барон —