Сокровища далёких галактик - Николай Соколов

Пинтел, вошедший первым, вдруг замер и вскинул фонарь.

— Смотрите! — заорал он, освещая нагромождение ящиков и контейнеров впереди. — Тут целая куча добра!

Они бросились вперёд, забыв про усталость и страх, и действительно увидели аккуратно сложенные грузы: контейнеры с техникой, запечатанные ящики с маркировкой разных миров, какие-то рулоны, тюки, металлические бочки. Всё это было уложено с невероятной тщательностью, словно здесь работал опытный кладовщик, а не пираты, набивающие трюм награбленным.

На некоторых ящиках красовалась надпись, сделанная яркой несмываемой краской:

«МОЁ»

— Это кто такой наглый? — опешил Пинтел, ткнув пальцем в буквы.

— Сильве Николас, — прочитал Мерри, и его тонкие губы скривились в усмешке. — Тот самый высокородный выскочка с бабой. Который на «Авроре» летает. Ничего, он же не узнает, что мы немного поделимся. Тем более, часть этих ящиков явно с пиратского крейсера, а значит — законный трофей для всех.

— Давай, ищите грузовые дроны и погрузчики, — скомандовал Пинтел. — Мне подсказки не нужны, я сам посмотрю, чем тут можно поживиться.

Он шагнул вперёд, к ближайшему штабелю, обходя его по кругу, уже предвкушая, как выберет самое ценное, как припрячет, как потом, на базе, продаст и получит свой куш. В голове уже крутились цифры, возможности, соблазнительные картинки безбедной жизни в центральных мирах.

— АААА! — заорал Мерри, получив ощутимый удар по голове. Из-за штабеля, за которым он планировал начать «ревизию», выдвинулась массивная, двухметровая фигура. Бесшумно, словно призрак, возникла из темноты, отделившись от груды металлолома. Штурмовой дрон — старая, ещё флотская модель «Страж-М», оснащённая усиленными манипуляторами и бронированными клешнями, которые когда-то использовались для абордажных работ. Его корпус нёс отметины многочисленных сражений: вмятины, царапины, следы плазмы и пулевые отметины. Оптические сенсоры горели тусклым багровым светом, не предвещавшим ничего хорошего.

Одна из клешней уже смыкалась на тощей шее Мерри, приподнимая его над полом, как нашкодившего котёнка. Абордажник дрыгал ногами в воздухе, лицо его налилось кровью, пальцы безуспешно царапали броню дрона.

— Какого… — начал Пинтел, вскидывая оружие.

Но дрон уже повернул свои встроенные пусковые установки в их сторону. Из динамика, искажаясь, но вполне узнаваемо, раздался механический, лишённый эмоций голос:

«НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ПРОНИКНОВЕНИЕ. ОБНАРУЖЕНЫ ПОСТОРОННИЕ В ТРЮМЕ №7. ЗАПРОШЕН ПРОТОКОЛ ЗАЩИТЫ ГРУЗА. ПРИМЕНЯЮ СРЕДСТВА СДЕРЖИВАНИЯ. ВСЕМ НАРУШИТЕЛЯМ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ ПОМЕЩЕНИЕ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: СЛЕДУЮЩЕЕ ПРИМЕНЕНИЕ СИЛЫ БУДЕТ СМЕРТЕЛЬНЫМ.»

— Бежим! — заорал Хэндс, разворачиваясь и чуть не упав.

Он помчался прочь быстрее мысли, быстрее, чем, наверное, бегал когда-либо в своей жизни. Пинтел, с удивлением осознавая, что смазливый хлюпик его обогнал, рванул следом, на бегу пытаясь запихнуть парализатор в кобуру, но пальцы не слушались, и оружие упало на пол, звякнув о металл. Вернуться? Нет. Пинтел выбегая из трюма, проверил не выпал ли его маленький трофей. Найденный им среди хлама, рядом с мусорным ведром в углу. Толстый технический журнал в потрёпанном кожаном переплёте. Его страницы, были исписаны ровным, почти каллиграфическим почерком на незнакомом языке. Мелькнула мысль: вдруг там координаты пиратского клада? Или старые навигационные карты забытых миров? Он сунул журнал поглубже за пазуху и побежал дальше, не разбирая дороги.

Оставшийся Мерри изрыгал проклятия вслед своим подельникам и дрыгал ногами в воздухе, пытаясь освободиться от стальной хватки. Но штурмовой дрон держал его крепко, словно в тисках. Багровые огни сенсоров смотрели прямо в лицо абордажнику, и в их холодном свете Мерри увидел своё отражение — перекошенное, жалкое, беспомощное.

— Ну давай, — прохрипел он, — давай, стреляй, железка! Что встал?!

Но дрон не стрелял. Дрон не действовал по шаблону — он словно ждал… Команды от своего большого брата?

Где-то в коридоре стихал топот бегущих ног. А потом наступила тишина. Та самая, звенящая, вязкая, которая бывает только на старых кораблях, переживших много смертей. И в этой тишине Мерри вдруг отчётливо понял: его не убьют. С ним поиграют. А потом, когда наиграются, отдадут тому, чьё имя было написано краской на ящиках.

— М-мамочка… — прошептал он, и слёзы потекли по его щекам.

Дрон медленно, с лёгким шипением гидравлики, понёс его куда-то в темноту. А старый крейсер вздохнул всей своей вентиляционной системой, довольно и удовлетворённо. Сегодня он снова был на службе. И снова защитил то, что доверили его старому, верному сердцу.

Крейсер «Новая Надежда». Некоторое время спустя. Никлас.

Снова я иду по пустым коридорам крейсера. Однако тишина уже не была такой зловещей. Она как бы оберегала меня. Говоря мне: - я предупрежу, если вдруг появится угроза.

Построение стандартное, отработанное ещё в ЧВК до состояния спинномозгового рефлекса: один штурмовой дрон впереди, сканирует пространство, второй замыкает, контролирует тылы. Я посередине — как начинка в бутерброде из брони и сенсоров.

Настроение — хуже не придумаешь.

А какое оно может быть, если посреди ночи, в собачью вахту, тебя выдёргивают из тёплой каюты, из объятий жены, которая только-только перестала ворочаться и наконец-то заснула спокойным сном, — и всё ради того, чтобы разбираться с идиотами, которые решили поживиться чужим добром?

Моим добром!

Всё честно затрофеенное, между прочим. Ракеты ПКР, энергоячейки, плазменные заряды. Ну и мелочь всякая — пищевые концентраты, боеприпасы для лёгкого стрелкового оружия, пара ящиков с запчастями. Всё, что удалось собрать по ближайшим трюмам после того боя.

Я даже подписал всё честно: «МОЁ». Крупными буквами. Краской, которая светится в темноте. Думал, хватит. Не хватило.

— Шеф, — голос Умки в наушнике звучит виновато. Насколько вообще нейросеть может звучать виновато. — Я фиксировала их проникновение. Но они использовали легальный ключ доступа, выданный капитаном Элистер. Система классифицировала их как «свой экипаж».

— Легальный ключ, — бурчу я, перешагивая через очередную груду какого-то хлама, которым завалены коридоры крейсера. — Кому Пармела раздаёт ключи? Она тут гостиницу открывает?

— Ключ был выдан медику Зуле с «Розового пеликана», — уточняет Умка. — После гибели их судна она переведена в экипаж «Новой Надежды». Ключ является штатным средством доступа для персонала.

— А медичка, надо полагать, поделилась ключиком со своим ухажёром?

— Именно так, шеф. Установлено: техник Хэндс с транспортника «Навь» состоит в близких отношениях с Зулей. По предварительным данным, он пообещал найти для неё «что-нибудь красивое и изящное» в обмен на временное пользование ключом.

— Романтика, — хмыкаю я. — Фильм «Титаник» в космосе. Только вместо айсберга — мой кулак.

Первый дрон впереди замирает, подсвечивая развилку. Я сверяюсь с