Колыбель на краю света - Николай Соколов
— Хочу ещё сделать объявление, — повысил я голос, привлекая внимание. — Пока на станцию не прибыли покупатели, мы можем бесплатно подлатать свои посудины на верфи. Всё, что успеете отремонтировать и модернизировать до прихода делегаций — ваше. Списки нового оборудования, которое есть на складах, вы получите от БиоИСКИНа Эоса. Потом станция перейдёт новым хозяевам, и доступ для нас закроется.
Зал взорвался. Если до этого одобрение было сдержанным, то теперь эмоции выплеснулись наружу. Капитаны хлопали по плечам друг друга, кто-то даже засвистел от радости. Двое немолодых уже мужчин, чьи корабли давно просили капитального ремонта, выражая свои эмоции, обнялись, как дети.
Я смотрел на этот хаос и думал о том, как быстро люди меняют отношение, когда видят реальную выгоду. Ещё неделю назад многие из них косились на меня с подозрением. А теперь я для них — едва ли не мессия, спустившийся с небес с мешком кредитов.
Когда шум немного утих, я продолжил, стараясь придать голосу максимальную серьёзность:
— Друзья, но это ещё не всё. Вы не забыли, с чего начиналась наша экспедиция? Мы собирались исследовать пространство, где тридцать тысячелетий назад гремела битва флотилии Джоре. И я намерен её продолжить. Для этого я и выкупил у Смоллета «Пегас». Если у кого осталось желание, могут присоединиться ко мне.
В зале повисла тишина.
Лица капитанов стали серьёзнее. С выплатами было понятно — каждый получил свою долю и мог уйти. А вот новая экспедиция... Она таила неизвестные риски. Особенно имея на руках такие суммы денег. Зачем рисковать, когда можно жить припеваючи?
Я видел, как в их глазах борются жадность и страх. Жадность к новым сокровищам, к технологиям Джоре, о которых ходили легенды. И страх потерять всё, что только что получили.
— Планы для всех, кто присоединится к путешествию, будут детально изложены на следующем совещании, — добавил я, давая им время на размышления. — Пока займитесь ремонтом кораблей. И людей своих настройте на работу. Месяц пролетит быстро. Все остальные, кто не захочет присоединиться ко мне могут улететь под охраной конвоя покупателей.
Один из капитанов, коренастый мужчина с седыми висками и шрамом через всю щёку — я запомнил его как капитана «Смелого», — поднял руку:
— Николас, а что насчёт доли в новых находках? Если мы найдём что-то ценное в зоне битвы Джоре? Я не хочу рисковать жизнью ради процентов, которые потом придётся выбивать с боем.
— Справедливый вопрос, — кивнул я, одобряя его прямоту. — Предлагаю следующую схему: всё найденное делится пропорционально вкладу каждого корабля в экспедицию — по размеру, вооружению и численности экипажа. Плюс бонус тем, кто возьмёт на себя дополнительные задачи: разведку, охрану, исследования территории. Эос подготовит подробный регламент распределения, который исключит любые споры. Всё будет прозрачно и под протокол.
Капитаны закивали — такая прозрачность их устраивала. Я видел, как некоторые из них уже переглядывались, оценивая свои шансы.
— И последнее, — я обвёл взглядом собравшихся, чувствуя, что настал момент для финального аккорда. — Я создаю координационный совет из трёх человек. В него войдут: Светозара де ла Веллия-Сильве, — я сделал паулу, давая им осознать, что моя жена будет иметь реальную власть, — капитан грузовоза «Валькирия» Трелони, — коренастый мужчина с седыми висками удивлённо поднял бровь, но не возражал, — и капитан крейсера «Новая Надежда» Пармела Элистер.
Пармела, сидевшая в первом ряду, довольно улыбнулась и кивнула.
— Вы будете представлять интересы всех участников, контролировать распределение ресурсов и решать спорные вопросы. Так мы избежим злоупотреблений и сохраним единство. Любое решение, касающееся всей экспедиции, будет приниматься только после одобрения совета.
— Согласны, — произнесла Пармела от лица всех, и её голос прозвучал уверенно и твёрдо. — Это честный подход. Я готова работать.
Трелони тоже кивнул, хотя в его глазах читалось лёгкое удивление от того, что его выбрали.
— Отлично, — я улыбнулся, чувствуя, как последние страхи уходят. — Тогда за работу. Через час Эос разошлёт вам все документы. Всем спасибо, совещание окончено.
Капитаны начали расходиться, обсуждая новости, делясь впечатлениями, строя планы на ремонт. Кто-то уже подходил ко мне с вопросами об очерёдности ремонта, но я вежливо кивал и направлял их к Пармеле или Трелони.
Зал опустел. Последние капитаны вышли, унося с собой гул голосов, приглушённые смешки и возбуждённое перешёптывание. Дверь за ними закрылась с тихим шипением, и вдруг стало так тихо, что я услышал собственное дыхание.
Я остался один. Подошёл к обзорному экрану, где была изображена тёмная громада станции «Кор Брар-2». Огромная, величественная, равнодушная. Она смотрела на меня тысячами иллюминаторов, и в её молчании чудилось что-то древнее, нечеловеческое. Словно она знала то, чего не знаю я.
И вдруг меня накрыло. Вот куда меня несёт? Зачем мне эта колония? Для чего я взваливаю на свои плечи всю эту махину — переговоры, корабли, людей, миллионы, будущее? Зачем там, в её недрах, Эос по моему приказу уже готовит документы и, наверное, радуется своей новой жизни, как ребёнок новой игрушке?
А может, это не я? Может, это судьба? Может, сам Бог — или кто из его помощников там наверху — направляет нас со Светозарой по этому пути? Но для чего? Какой во всём этом смысл?
Я провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть эти мысли. Глупости. Нет никакой судьбы. Есть только мы и наши решения.
Но внутри всё равно свербело. Уже от другого. Не было во мне той начальственной нотки в голосе, от которой хочется сломя голову бежать и выполнять приказы. Той, что присутствовала у императора Антрана. Той, что была у аграфской принцессы Sim'Лотанариэ, когда она смотрела на меня с экрана своими ледяными глазами. Даже у старого Смоллета, при всей его мягкости, эта нотка проскальзывала — привычка командовать, держать дистанцию.
А у меня? Я посмотрел на своё отражение в тёмном стекле экрана. Обычный мужик. Уставший, взлохмаченный, с небритой щетиной. Какой из меня лидер?
Светозара напрочь отказалась идти со мной на совещание. Я ещё тогда удивился — обычно она не пропускает такие мероприятия. Но она только улыбнулась своей