Колыбель на краю света - Николай Соколов

Дарника подняла глаза, и на мгновение в её взгляде мелькнуло что-то глубокое, почти печальное — тень воспоминаний, что не сбылось, о выборах, которые нельзя отменить.

— Да, цикл… — тихо повторила она, проведя пальцем по краю чашки. — Возможно, в этом и есть истинное бессмертие — не в вечности одного бутона, а в вечной смене сезонов.

Она встряхнулась, словно отгоняя наваждение, и, перейдя на деловой тон, задала вопрос:

— Рассказывай, дорогуша, для чего ты пригласила меня на чашечку этого божественного напитка?

Sim'Лотанариэ подняла глаза и произнесла:

— Я давно хотела встретиться с тобой. Как я знаю, ты тётя Светозары?

— Мы подруги… или больше сёстры, — мягко поправила Дарника, и в её голосе прозвучала нотка теплоты. — Нас связывает не только кровь.

— У неё такая таинственная судьба… она ведь императорской крови и замужем за наёмником? — Sim'Лотанариэ сделала маленький глоток чая, не сводя глаз с Дарники. В её тоне не было осуждения — скорее любопытство, смешанное с недоумением. Пальцы принцессы слегка постукивали по фарфору — единственный признак внутреннего напряжения.

— Да, но я не удивлена, — Дарника отставила чашку и поправила невидимую складочку на скатерти. — Она всегда была свободолюбива. С детства. Помню, как в пансионате «Золотые купола» она умудрялась сбегать с уроков этикета, чтобы читать книги о космических пиратах и дальних планетах. Наставницы разводили руками — «девочка безнадёжна». А она просто искала свой путь. И, знаешь, — Дарника усмехнулась, — может, они и были правы в одном: она действительно безнадёжна. Безнадёжно свободна.

— И нашла его в лице барона Сильве? — в голосе аграфской принцессы прозвучала лёгкая ирония, но глаза оставались серьёзными.

— Нашла, — твёрдо ответила Дарника, и её голос вдруг стал жёстче, как сталь, скрытая под бархатом. — И не смотри на меня так, Лота. Я знаю, что ты думаешь: наёмник, авантюрист, без роду без племени. Но он… он другой. Он сделал её счастливой. А это дорогого стоит.

Sim'Лотанариэ откинулась на спинку кресла, и её сапфировые глаза сузились, став похожими на лезвия.

— Я чувствую, ты это всё не просто так сказала. Ты сама была в него влюблена? — неожиданно спросила принцесса, и в её голосе мелькнула хитринка — как у кошки, играющей с мышью.

Дарника замерла. Её пальцы чуть сжали край чашки, побелели на мгновение. Внутри неё всё сжалось — старая боль, которую она прятала за слоями лет и званий.

— Это было… давно, — сказала она тихо, и в этом «давно» звучала целая вечность. — И ничего не было. Почти ничего.

— Почти? — принцесса подняла бровь, но в её взгляде уже не было насмешки — только любопытство.

— Лота, — Дарника подняла глаза, и в них вдруг вспыхнул холодный огонь, который мог заморозить любое неуместное любопытство. — Не лезь в прошлое, которого ты не знаешь. Барон женат на моей племяннице. Я люблю их обоих. И не позволю, чтобы кто-то бросал тень на их отношения.

Sim'Лотанариэ улыбнулась — не зло, скорее удовлетворённо, как учитель, получивший правильный ответ.

— Хороший ответ, — кивнула она. — Я хотела проверить, насколько ты предана. Вижу, что полностью. Это радует.

— Ты проверяла меня? — Дарника чуть прищурилась, и в её голосе зазвенела сталь.

— Конечно, — принцесса взяла чашку и сделала глоток. — Барон мне дорог. Он много сделал для меня. Я даже предлагала ему дружбу. Мне важно знать, кто рядом с ним. Друг или враг. Ты, Дарника, — друг. Но слишком скрытный. Я хочу, чтобы ты знала: я не претендую на барона. Да, он производит впечатление. Смелый, честный, не трус, но не в моём вкусе.

В кают-компании повисла тишина. Только лёгкое гудение систем «Авроры» напоминало, что они не в оранжерее на планете, а в глубине космоса, окружённые бесконечной чернотой.

Дарника первой нарушила молчание, отставив чашку.

— Лота, зачем ты позвала меня? Не только же моих родственников обсуждать?

— Истинная причина, — принцесса поставила чашку на стол и сложила руки на коленях, — в том, что я хочу предложить тебе сотрудничество. Неофициальное. Личное.

— Какое? — Дарника подалась вперёд, и в её глазах загорелся профессиональный интерес.

— Ты финансист. Я — политик и военный. Меня перевели к вам в столичную систему. Вместе мы могли бы многое. Например, торговля или политическая поддержка. На особых условиях. Для своих.

— Своих? — переспросила Дарника, чувствуя, как разговор заворачивает в опасное русло.

— Для тех, кому мы доверяем, — пояснила Sim'Лотанариэ. — Мы могли бы создать… внутренний круг. Не тайное общество, нет. Просто группу людей, которые принимают ключевые решения. Чтобы никто не тянул одеяло на себя.

— И ты предлагаешь мне войти в этот круг? — Дарника прищурилась, оценивая риски.

— Ты уже в нём, — принцесса слегка наклонила голову, и прядь серебристых волос упала на лицо. — Я наблюдала за тобой. Ты умна, осторожна, предана. И у тебя есть доступ к финансам империи. Это ценно.

— Ты хочешь использовать меня как канал для аграфских инвестиций? — Дарника откинулась в кресле, и в её позе вдруг проявилась та самая сталь, что скрывалась за внешней хрупкостью.

— А что взамен? — спросила она, чувствуя, как в голове уже крутятся схемы, цифры, варианты.

— Моя личная поддержка. И не только моя. Если всё пойдёт хорошо, мы сможем договориться о таможенных льготах между империями. На постоянной основе.

— Извини, — Дарника покачала головой, и её голос стал твёрдым, как броня крейсера. — Это… серьёзное предложение. Но я не могу его принять. Я покидаю пост. Я устала от интриг, сплетен, вечных игр престолов. Я буду финансовым директором у барона. Потому что здесь… — она обвела рукой кают-компанию, — здесь есть жизнь. Настоящая. Не иллюзорная, не разыгранная по нотам. Здесь каждый день — приключение. Каждый человек — личность. И они не смотрят на мои ордена,