Альфа Центавра. Документальная поэма о космонавтах, которые не были в космосе - Александр Плотников
Тут можно читать бесплатно Альфа Центавра. Документальная поэма о космонавтах, которые не были в космосе - Александр Плотников. Жанр: Поэзия издательство , год .
Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию),
описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
занововырезать горло в остывшей звезде зановоголос как в ножны вложить в это горлои слушать молитвы и песниможет и наши пейзажи(вид которых я право не помню уже)сад камней в котором тоску зарывают?..
Песнь третья
Сергей Павлович Нефёдов родилсяв посёлке Верхняя Часовня, служилв бомбардировочном авиаполкуи был отобран среди прочихлётчиков с абсолютным здоровьемв отряд космонавтов-испытателей, или,как выражались позднее,нулевых космонавтов.Половине из составлявших отрядбыло едва за тридцать, когдаони погибли. Королёв говорил:Мы должны знать потолок,мы должны знать, на что человек способен,в связи с чем отобранных подвергалитяжелейшим перегрузкам, многократнопревышающим те, которыемогли грозить им в открытом космосе.Они пребывали насорокаградусном морозе водном тренировочном костюмедо тех пор, покатемпература в прямой кишкене опускалась ниже 35 градусов,что почти несовместимо с жизнью.Нефёдов выстоял на морозеоколо сорока часов.Это одно из немногихнемыслимых испытаний, о которых,изучив телеметрию Нефёдова и других,мы можем сказать, что онивсячески превышаютлюбые человеческие лимиты,словно само понятиечеловеческого лимитане постоянно, а можетдвигаться, как горизонт при ходьбе,и никто не знает, гденачинаются владения смерти.Нефёдов провел без движения11 суток в бассейне с водой,после чего его кожастала сухой, как пергамент, илопалась от любого прикосновения.Нефёдов пребывал в барокамерев скафандре в течение месяцапри температуре 70 градусов Цельсия,свернувшись в позу эмбриона,и ни разу за месяцне поменял положения.Нефёдов исследовалвысотную физиологиювзрывной декомпрессии, когдаперепад давления имитируетпадение с высоты стратосферы,от чего тело надувается изнутри,как воздушный шар.Что в действительностине укладывается в голове: откудав одном человеке такиенемыслимые запасы здоровья, которыхпри фантастическом перерасчётемогло бы хватитьна целый больничный корпус илихотя бы на шейные позвонкикосмонавта Варламова.Нефёдов провёл в условияхкислородного голоданиямногие дни и ночи,и потеря сознания стала обычным делом.Таким же обычным делом сталиатрофия мышц, истощение, разрывы сосудов,но самое неприятное – этоязвы от датчиков, которымибыло покрыто всё тело,и раздражение отбесконечного геля.За всё время службы Нефёдовпровёл более150 испытаний.Если суммировать всеэти ночи и днисопротивленияискусственно созданным условиям,можно было бы получитьчистое время героя.Но больше всего Нефёдовизвестен как манекен,по которому шили костюмдля первого космонавта.Нефёдов провёл 24 часав гипсе, без сна и еды, а вода и воздухдоставлялись ему через крошечноеотверстие около рта.Макетчики должны были снять с негомерки и показания для скафандра Гагарина,ибо их антропометрические параметры,а именно рост, вес и комплектацияудивительным образомполностью совпадали.Можно сказать, что Нефёдовна 24 часастал памятником.Замурованный в гипсе, как в бронзе, онбезмолвно утверждал себяи своё служение, напоминая о тех,на чью долю выпала величайшая несправедливость —лечь в фундамент дальнейших завоеванийи великой человеческой славы.В конце 1980-хНефёдов былзамечен в воровстве магнитоли прочей немецкой техники,которая поставляласьв Звёздный городок. Дежурный,вышедший на обход в тот вечерчуть раньше обычного, обнаружилпятидесятилетнего испытателя, которыйвыглядел как глубокий старик,крадущимся к чёрному ходус двумя проигрывателями фирмы Telefunkenзажатыми под мышками. По ходатайству,что впредьНефёдов не уронит честь советского человекаи что Нефёдов был полезен странекак испытатель военной техники,его дело закрыли, как будто быудачно рассчиталисьза 17 лет безымянной работыпо ту сторону смысла.Денежного пособияпо статье прохожденияособых испытаний, связанныхс риском для здоровья,Нефёдов не получал,так как все испытания,в которых он участвовал,были сперва засекречены,а затем утратилизначение. В 1990-е годыНефёдов работал грузчикомгазет в «Известиях». На вопросв единственном интервью,взятом у негов конце 2000-х,на вопрос о том,о чем он жалеет,Нефёдов ответил, что жалеет, что таки не был в открытом космосе,и добавил: Предложили бы мне,предложили бы мне,долетишь до Марса, ноназад не вернёшься,я бы и прямо сейчас,я бы и прямо сейчасполетел.Одиссей послушай твой островпо-моему сошёл с орбитыи двигается быстреесамого быстрого корабляа радары в мылезамри же попробуйтурбины вином оботриглазам что утратили близь дай отдыхи может бытьИтакадугой изрезавпрозрачный космический лёдкак девочка руки наложитсзади тебе на глазаПеснь четвертая
После того какАнатолий Карташоввыбыл из лётной программы,к отбытию в космосстали готовитьВалентина Бондаренко.Пара недель до назначенной даты,весеннее воскресенье,тёплое равнодушное весеннее воскресенье.Повседневные испытания в барокамерес повышенным содержанием кислородаидут своим чередом.Бондаренко чувствует себя отлично.Он греет на электроплиткепостный сублимированный супи почему-то забываетвыключить электричество.Когдаиспытания уже законченыи дежурный инженерпочему-товыходит на улицу покурить,Бондаренко отлепляет от тела датчикии стирает ватным тампоном с теламедицинский гель.Этот ватный тампон, которыйБондаренко, в прошломмастер спорта по баскетболу,бросает в мусорный бак,почему-тоне попадает в мусорный бак,а падает нараскалённую электроплитку.Дверь барокамеры клинит.Дежурный инженеркак раз вдавливает окурокв пепельницу. Бондаренковытаскиваютчерез 8 минут,когда всё его телоуже не похоже на тело.Моя вина,это моя вина,это моя вина,повторяет он раз за разоми не теряет сознания,оставшись совсем без кожи,это моя вина,успокойся, ты поправишься, – кричат ему,не винить никого, – отвечает он. —это моя вина.Он повторяет этона протяжении всех семи часовот возгорания барокамерыдо ожоговой смерти.Сделать так, чтобы никто не узнало печальной случайности,поручают Комитетугосударственной безопасности.И долгое время об этой случайностиникто ничего не знает,пока в конце перестройкиработник Дома московского радионе обнаруживает в архивемосковского радиокакую-тостранную радиозапись.Включив этурадиозапись,он не может поверить своим ушами решает, что это суфлёрпроверял исправность микрофона.На этой записиобращение к Советскому Союзу,текст знакомый до запятой,как детская площадка во дворе,но произнесённый совсем,совсем другимнезнакомым голосом,голосом Валентина Бондаренко:через несколько минут могучий космический корабльунесёт меня в далёкие просторы Вселенной.Что можно сказать вамв эти последние минуты перед стартом?Вся моя жизнь кажется мне сейчасодним прекрасным мгновением.Всё, что прожито,что сделано прежде,было прожито и сделанорадиэтой минуты[1].читая на палубе корабля в тысяче световых лет от земли описание природы у Толстого, поймал себя на том, что плачу. или вот ещё «белеет парус одинокий». я никогда не видел ни моря, ни парусов, так как родился уже в космосе. что это всё значит? что думали люди, когда писали это? кажется, что вся земная культура была создана именно для этого момента, когда на земле никого не останется и мы отправимся на поиски далёких планет. понимаю, что это эгоистично звучит. но отсюда я вижу, как много в этом любви.Песнь пятая
В 1950-х, из страха,что первый в мире советскийкосмодром может статьцелью американского авиаудара,в 300 километрах от Байконурабыл выстроенвторой Байконур,координаты которогофигурировали в отчётах,отводя опасность от действующей станции.Тысячу заключённыхпереместилик месту строительства, гдес тщательностью и проработкой,избыточной для фанерной копии,был возведён макет космодромав натуральном масштабе.Можем ли мы представитьто неописуемое удивление зэков, еслиудивление было ещё в их силах,когда по окончании рабочего дня онивозвращались в бараки, проходямимо огромных фанерных ангарови ракет, построенных издеревяшек и щебня.Науке известен эффекттак называемойзловещей долины, когдажизнеподобие манекена иличрезмерная похожестьлюбой копии на оригиналвызывает у наблюдателянеподдельный ужас инеобъяснимое смятение. Вероятно,это происходит отне установимой никакой мыслительной процедуройграницы, котораядолжна бы разделятьживое и мёртвое, границы,попросту говоря,отсутствующей, что, в свою очередь,приводит, если так можно выразиться,к разгерметизации реальности,в силу чего сюдапроникает нечтонаподобие холода,как в тёплую комнату, когдаоткрыто окно. Примерно то жеощущали советские ученые, впервыеувидев манекен, изготовленныйдля тестирования нулевого полётакосмического аппарата «Восток 3КА-2».Имя Иван Иванович, иногда дядя Ваня,было универсальным прозвищемдля любых манекенов,которые использовались в СССРдля тренировок,например, пожарных команд илидля испытания техники.Но самым известным из них,почти что героем,дважды побывавшимв открытом космосе,был Иван Иванович из Звёздного городка,сконструированный в конце 1950-х годови проданный на американском аукционев начале 2000-х забаснословную сумму.Иван Иванович летал в началеапреля1961-го, неся в отсекахвнутренних полостейбиоматериал, состоящий измышей, морских свинок, кроликов,раковых и здоровых клетоки некоторых злаковых культур,в связи с чемможно вспомнитьстихотворение немецкого