Том 2. Рассказы - Жан Грива

В конце концов, удовольствие делать подарки было и остается одним из самых сильных ощущений, сравнимым разве что с удовольствием их получать. Один приятель из Средней Азии обещал в день моего шестидесятилетия подарить мне верблюда. И я с нетерпением жду своего юбилея.

Да, да, друзья, дарите, и будет даровано вам!

Не представляю себе путешествия без надежного, на всех ветрах проверенного спутника! Робинзон Крузо и тот, как известно, не обошелся без товарища. Конечно, в наше время путешественнику редко приходится вступать в единоборство с хищными зверями, строить шалаши для ночлега, разводить огонь и готовить пищу. В гостинице любого города, если только вам посчастливится получить в ней комнату, к вашим услугам все необходимое. Но вот покладистого спутника, с которым можно вечерком посидеть, поболтать, обменяться впечатлениями, разделить и радость и грусть, — не так-то просто повстречать в пути.

И потому, прежде чем отправиться в дальнее странствие, вопрос о спутнике нужно, что называется, поставить ребром, ибо от этого зависит успех путешествия в целом. В морских путешествиях моими спутниками всегда были моряки, и не было случая, чтобы я обманулся в них. Едва ли на всех континентах, вместе взятых, найдется столько отличнейших спутников, сколько вы их встретите на море! Но нельзя сказать, чтоб и на суше не было компанейских товарищей, готовых пожертвовать всем и отправиться с другом в дальнюю, полную неожиданностей дорогу.

Могу поручиться, что именно таков мой приятель Ешка, точнее Екаб Зедапумпур, руководитель турсекции Союза писателей Латвии. Если вы собрались уезжать, а ваши друзья отказались составить вам компанию, позвоните Ешке. Он без раздумий поедет с вами хоть на край света. Не верите? Тогда послушайте, я вам расскажу.

Захотелось мне однажды посмотреть Западную Сибирь. Уже были уложены вещи, оставалось купить билет до Новосибирска, а я все никак не мог отыскать себе спутника. Все друзья находили отговорку.

— Далековато, — со вздохом говорил один.

— И чего это ты — в такую глушь! — удивлялся другой.

— Времени нет, — сокрушался третий.

— Я бы поехал, — мямлил четвертый, — да в кармане пусто...

Что и говорить, причина веская. С пустым карманом в такую даль лучше не ездить. Я и сам много раз все тщательно взвесил, подсчитал издержки — надо сказать, немалые, — пока не пришел к выводу, что, не позволяя себе ничего лишнего, сумею свести концы с концами.

Как-то, размышляя об этом, бродил я по улицам и вдруг лицом к лицу столкнулся с Екабом Зедапумпуром.

— Ты что, опять в путь собрался?! — воскликнул Ешка. — Возьми меня с собой.

Я его обнял и расцеловал тут же на улице.

— Ешка, сама судьба послала мне тебя! — сказал я, с трудом придя в себя от радости, и тут же стал выкладывать маршрут: Новосибирск, Барнаул, Бийск, Горно-Алтайск. Долина реки Катунь, Онгудай. Прекрасный Алтай, снежные выси Белухи. Горная тайга. Рубцовск. Степь, степь...

— Что ты меня агитируешь! — обиделся Ешка. — Как насчет билетов?

— Дороговато, чуть ли не сто рублей, — отвечал я со вздохом. — Зато мы увидим...

— Да что ты все об этом! — перебил опять меня приятель, пренебрежительно махнув рукой, давая понять, что сто рублей для него сущие пустяки. — Я спрашиваю, ты купил билеты?

— Иду немедленно. А завтра утром заеду за тобой на такси.

— Как, уже завтра? — спросил он.

— А чего ж тянуть, — ответил я.

— Завтра так завтра, — сказал он. — Буду ждать. И не забудь билеты.

Вот это человек дела, подумал я, расставаясь с ним. Без лишних слов, без раздумий. Сказано — сделано. Настоящий герой нашего времени. А критики ворчат, что таких не существует.

Ворвавшись в кассы Аэрофлота, я протянул кассиру двести рублей и получил взамен два последних билета до Новосибирска. С легким сердцем я провел вечер в семейном кругу, а утром следующего дня в условленное время на такси подъехал к дому Ешки. Он уже стоял у ворот. Взглянув на часы, с упреком заметил:

— На пять минут опоздал.

— Извини, пожалуйста, — сказал я. — Но где твои вещи?

— Еще не хватало, чтоб я в такую даль тащил с собой лишний груз.

— Лишний, разумеется, ни к чему, а что-нибудь съестное не помешает.

— Обойдемся, — отвечал он. — Теперь не то, что раньше, все можно купить в дороге.

— Это верно, — согласился я. — А насчет одежды?

— А ты что, лесными дебрями да болотами собираешься лазить? — произнес он, оглядывая свой новый костюм. — И этот сойдет.

— Конечно, сойдет, — опять согласился я. В самом деле, как можно требовать, чтобы человек в такой короткий срок собрался в дальнюю дорогу и при этом продумал все до мелочей? И потому я добавил с улыбкой: — Меньше возьмешь — дальше уедешь.

— Вот именно, — подтвердил Ешка, устраиваясь на мягком сиденье. — Я привык ездить налегке. Достаточно своей собственной тяжести.

Собственная тяжесть у Ешки была невелика. К тщедушному туловищу крепились длиннющие ноги, с их помощью он отмахивал такие шажищи, что мне всегда приходилось его нагонять. Но я привык отрываться метров на десять, а то и пятнадцать от своего спутника, и это меня ничуть не тревожило. В своем одиночестве я мог спокойно поразмыслить над всем, что видел, и в то же время поминутно чувствовать близость друга. А в путешествии это — самое главное. Другое дело, если б нам из Риги до самого Новосибирска пришлось пешком идти. Тогда бы он достиг цели по крайней мере на месяц раньше. Но мы летели на самолете и потому прибыли в Новосибирск одновременно.

— Знаешь что? — произнес Ешка, едва мы приземлились и я снял с багажного конвейера свои вещи. — Я голоден. Зайдем в ресторан. Внешне он внушает доверие. Надо со всем познакомиться. И потом, ведь это начало нашего путешествия. Как-то надо отметить.

Я было заупрямился. Жена мне наготовила в дорогу бутербродов, к тому же мне казалось, что первым делом следует поехать в город и устроиться в гостинице. Но Ешка принялся стыдить меня.

— Тоже придумал! Чего это мы ни с того ни с сего начнем черствый хлеб жевать? Прибереги уж для тайги, для горных кряжей,