Солдат удачи - Николай Соколов

Пролог.

Блажен, кто посетил сей мир

В его минуты роковые.

Ф. И. Тютчев

Очнувшись, я с трудом открыл один глаз. Второй не слушался, будто залит свинцом. Вокруг стояла непроницаемая темнота, густая и осязаемая. Меня тошнило. Острая, рвущая боль пульсировала в висках, отдаваясь эхом в каждой клетке тела. По лицу текла густая, тёплая кровь — её медленное, липкое движение вызывало немой, спазм животного страха.

Я машинально попытался ощупать голову. Цела ли она? Помешал шлем. Проведя перчаткой по его поверхности, я нащупал глубокую, зловещую вмятину с левой стороны. «Лишь бы моё серое вещество не вытекло», — пронеслось в сознании странной, почти ироничной мыслью(В некоторых случаях травмы головы могут провоцировать бредовое состояние).

Попытался пошевелиться — и сразу пожалел. Боль , до этого глухая и разлитая, взорвалась внутри меня острыми, белыми осколками. Когда терпеть стало невозможно, я зашептал, сам не ожидая этого:

— Мама… Мама, мне плохо. Мама, помоги мне…

Автоматическая аптечка скафандра, наконец, среагировала на запредельный уровень адреналина и кортизола в крови. Послышался тихий шип, и в шею впилась прохладная игла. В жилы хлынул мощный, обезболивающий коктейль. Сознание поплыло. Оно мягко оторвалось от истерзанного тела и поплыло в сторону тихого, светлого забвения в мир грёз.

Там я летал среди облаков и выше, любуясь белоснежными, искрящимися пуховыми перинами, взбитыми, будто добросовестной хозяйкой. Да так, что вокруг разлетелись пух и перья.

А потом начался настоящий звёздопад из цветных искр, и душу переполнили радость и восторг. В центре этого праздника вокруг меня закружился красный огонёк. Я поиграл с ним в догонялки, а он, сменив цвет на небесно-голубой, помчался вдаль, словно призывая за собой.

Я последовал за ним, продираясь через видения, как за путеводной звездой, пока впереди не возникла дверь, скрытая пеленой тумана. Переступив порог, я снова ощутил тяжесть реальности.

Прислушавшись к ощущениям, понял, что меня бережно, но неумолимо волокли по шероховатому полу тоннеля. С трудом разлепив единственный послушный глаз, я попытался повернуть голову. Всё расплывалось. Пришлось напрячь зрение, чтобы разглядеть неяркий луч фонаря. Он пробивался сквозь пыльную взвесь, желтым пятном скользя по стене, выхватывая из мрака покрытые сероватыми потёками стены и потолок.

Химический коктейль в крови бушевал, смешивая прошлое и настоящее, память и галлюцинации. Кто я? Где я? Прошлое вспыхнуло перед внутренним взором калейдоскопом картинок.

Вот я восторгаюсь полёту на парашютном крыле.

Вот мы всей семьёй плывём на лодке, сопротивляясь течению быстрой реки, холодной реки.

Вот я радуюсь людям, прилетевшим с других планет. Не зелёным гуманоидам — а землянам, похищенным когда-то и вернувшимся. Радость и надежда охватили весь мир. Все ждали чуда, технологий, входа в галактическое сообщество.

Но халявы не случилось.

«Ничего личного, только бизнес», — говорили мафиози Америки.

Да, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Лишь России сделали предложение, от которого нельзя отказаться. Наши огромные территории и низкая плотность населения им понравились. Они арендовали земли на девяносто девять лет. Взамен мы получили технологии по увеличению качества медицинского обслуживания.

А ещё случилась маленькая двухнедельная война — для устрашения. Удары по всем крупным городам. ПВО Москвы отразило лишь 82% ракет. Среди жертв были и мои родственники. Их нашли в полуразрушенной квартире. Брат, его жена, дочь… Нужно было спасать им жизнь с помощью новой, инопланетной медицины. А она стоила баснословно.

Проанализировав все варианты, я выбрал контракт с частной военной компанией. По контракту родственники наёмников могли получить медпомощь со скидкой или в кредит. Но сумма страховки моей жизни его не покрывала. Тогда в тот же отряд, скрыв возраст, записался отец. Вдвоём мы перекрыли кредит, страховками поставив подпись под строкой о «высокой вероятности гибели».

Однако мой план столкнулся с российским законом, запрещающим гражданам моложе сорока лет покидать Землю.

Но для тех, у кого не оставалось другого выбора лазейки всё-таки были…

Глава 1. Проверка на прочность

Прощай, отчий край,

Ты нас вспоминай,

Прощай, милый взгляд,

Не все из нас придут назад

«Прощание Славянки»

Автор текста (слов): Лазарев В.

Полтора года назад по земному времени. Земля, Москва, Главное управление Генерального штаба Вооружённых сил Российской Федерации.

Кабинет начальника управления 13-Х (внеземные операции).

За небольшим столиком из темного дерева в уютном уголке, замаскированном под зону для приватных бесед, расположились двое тридцатилетних мужчин. Один был худощав и жилист. Другой – Валентин – его полная противоположность: квадратный крепыш, чья мощь читалась в каждом движении.

На столике стояла литровая бутылка коньяка двенадцатилетней выдержки. Ее янтарная жидкость была разлита в тюльпанообразные бокалы на толстой ножке. Худощавый Владимир вращал свой бокал, наблюдая, как по внутренней стенке стекают жирные, медлительные «ножки», оставляя за собой цепочки тягучих «слёзок». Признак качества. В мире, где всё можно было подделать, такие простые земные маркеры обретали сакральный смысл.

- Ну как тебе быть снова молодым? - задал вопрос крепыш.

— Так же, как и тебе. Хорошо быть снова здоровым, — отозвался Владимир, не отрывая взгляда от коньячных узоров. — О чём хотел поговорить? Мы же не только выпить собирались.

- Володя, объясни мне свой выбор. Из всех кандидатов ты выбрал этих двоих. Отец с сыном, наёмники даже не третьего разряда. Да они даже краткосрочные курсы не прошли. Они же просто «расходный материал».

- Ты не прав, мой друг. У этих Потрошителей могут выжить только ничем не примечательные солдаты удачи, такие как эти отец и сын. Серые мыши. Новички, которые не проходили обучение по программе спецназа ГРУ, будут мало приметны. Основная опасность им, как ни парадоксально, грозит от шпионов наших западных «партнёров». Они тоже заинтересованы в этой чудо-вакцине. И конкурентов не потерпят. Пиндосы всё ещё не поняли, что в этой лодке мы все. Зависть, знаешь ли, глаза застит. Им кажется, мы от дележа внеземного пирога слишком большой кусок отхватили.

- Надеюсь, что это не единственная группа? — спросил Валентин, делая первый глоток. Огонь коньяка был знакомым и надёжным.

— Яйца в одну корзину не собираюсь класть. Я уже внедрил группу при предыдущей вербовке. Кстати, — Владимир наконец оторвал взгляд от бокала, — сведения о попытке Запада договориться с наблюдателями… об «точечной зачистке» России. Они верны?

— Как банковский код. Наглость и хамство не знают границ. Предлагали ресурсы целого континента.

- Может Запад ещё и высокотехнологичное